Самое сокровенное - Ронда Гарднер

Воскресным утром можно было никуда не спешить, но Ида проснулась рано. Встав с постели, она подошла к окну, но сегодня умиротворяющий пейзаж не оказал на нее обычного действия. Перед глазами по-прежнему стояли события вчерашнего вечера. Замечательного вечера! И дело вовсе не в концерте: самое главное началось потом… Интересно, какое впечатление все это произвело на Криса? Казалось, что он тоже получил удовольствие от их встречи…

Ида много думала о нем. Безусловно, он преследует определенную цель и не скрывает этого. Тем не менее прошлой ночью он нежно поцеловал ее и ушел. Ида вдруг подумала, что Крис просто действует куда более тонкими методами, чем она подозревала. Если он позвонит ей еще и предложит увидеться, нужно будет следить за каждым своим шагом! Крис напрасно надеется, что она когда-нибудь поддастся ему!

Ида отошла от окна, приняла душ и оделась. Посуду она перемыла еще вчера, но нужно было немного убраться на кухне, чтобы все было на месте, когда вернется миссис Марлоу.

— Как ты вчера провела время? — спросила ее мать, едва Ида спустилась вниз.

— Хорошо! — честно ответила она и, чтобы избежать дальнейших расспросов, поинтересовалась: — Хочешь что-нибудь на завтрак?

— Только кофе, — ответила мать, но перед тем, как Ида скрылась на кухне, успела спросить: — И куда вы ходили?

Начинается!

— Здесь недалеко был концерт, и мы…

— Не может быть! Ты не могла повести такого человека, как мистер Каннингтон, на любительский концерт! — в ужасе воскликнула мать.

— Ему понравилось, — заявила Ида и кинулась к двери, но мать еще отнюдь не закончила.

— А куда вы пошли потом? — не унималась она, поскольку ей было хорошо известно, что концерты в их пригороде заканчиваются рано.

— Мы… э… поужинали.

— Где? В том новом ресторане, о котором говорила Сильвия?

— Нет, мы… мы ужинали здесь, — обреченно призналась Ида, прекрасно зная, что последует за этим.

— Здесь?! Но… ты же отпустила миссис Марлоу! Ты…

— Я кое-что приготовила. Мы ели на кухне и…

— Вы ели на кухне?! — Лаура Пеллинг задохнулась от возмущения. — Ты хочешь сказать, что совсем не знаешь правил приличия? Тебе неизвестно, что мистера Каннингтона нельзя принимать на кухне?

— Но он остался вполне доволен! — в отчаянии воскликнула Ида.

Ничего не помогало! Ее мать скоро пришла в себя, и Иде пришлось выслушать целую лекцию о том, что можно делать, что нельзя, какую большую ошибку, она допустила и что ей никогда не следует поступать так в будущем. В конце концов мать вспомнила о бабушке и не преминула сказать, что ужасное поведение младшей дочери — следствие ее дурного влияния.

Уже оказавшись на кухне, Ида представила себе, как отреагировала бы бабушка, если бы она передала ей эти слова. Наверное, сказала бы только одно: «Прекрасно!»

В течение следующего часа мать наверняка все расскажет ее сестрам, а те, в свою очередь, — Дилану и Артуру.

А впрочем, оно и к лучшему. Пусть знают, что им не удастся использовать ее для завлечения клиентов. А если им станет ясно, что они только потеряют время, пытаясь через нее наладить контакт с «Кейси трейдинг», то перестанут давить на нее. И они, и ее сестры!

В понедельник вечером Ида почувствовала себя значительно лучше, и когда позвонил Питер Райли, она согласилась встретиться с ним и посидеть где-нибудь, хотя и знала, что весь вечер он будет говорить о своей бывшей жене, ее подруге Минне.

Вечер показался ей бесконечным: Питер так и не смог пережить ухода Минны. Впрочем, он, кажется, преисполнился к Иде искренней симпатией: когда они расставались, он поблагодарил Иду за то, что она выслушала его: ему необходимо иногда с кем-нибудь поговорить о Минне.

— А для чего же тогда друзья? — мягко ответила ему Ида и заторопилась домой.

Дома она спросила мать, не звонил ли кто-нибудь, пока ее не было.

— Нет, а кто-то должен был позвонить? — холоднее обычного спросила мать. — Ты случайно не ждешь, что тебе позвонит мистер Каннингтон?

— Этого мне только не хватало! Конечно нет! — яростно возразила Ида и поднялась в свою спальню, почему-то почувствовав себя плохо.

Она знала, что Крис не будет больше звонить ей на работу. Но… он ведь мог позвонить домой! Неужели ее родственники правы, и она действительно вела себя недопустимо?

Крис не позвонил и во вторник, и Ида сказала себе, что ей это глубоко безразлично. Телефон молчал и в среду, и в четверг, а в пятницу Ида решила, что поедет к бабушке и проведет там выходные дни.

В субботу выдался прекрасный солнечный день. Ида помогала бабушке в саду, но все ее мысли крутились вокруг Криса. Если сначала она задавала себе вопрос, не позвонит ли он ей в воскресенье, то теперь была уверена, что он вообще никогда больше не позвонит!

Они с бабушкой пили чай на лужайке, греясь в лучах послеобеденного солнца, когда Ида решила, что здесь что-то не так. Ее мать, сестры и зятья считали, что Крис не мог не отвернуться от нее после того, как она пригласила его на концерт самодеятельности, а потом накормила ужином на кухне. Но это было так не похоже на него! Хотя Ида и виделась с Крисом всего один раз, подобное поведение не вязалось с образом этого человека, который она создала для себя. Значит, все дело в том, что она сама для него недостаточно интересна! Ему просто не хочется больше видеться с ней. Другого объяснения она не находила.