За хвойной стеной - Джерри Хилл

– О, да, – Жаклин непринужденно скрестила руки. – Ты имеешь ввиду тот день, когда ты вышвырнула меня из города?

– Это твое решение. У тебя был выбор.

– Выбор? Ах, да! Дениел Торнтон. Из нас бы получилась отличная гей пара. И ты надеялась на внуков?

– Убирайся из моей комнаты!

– Это все, что ты можешь сказать через столько лет? Я разочарована, мама. Ты всегда была остра на язык.

– Я уверена, что Джон Лоуренс стоит за всем этим. И первое, что я сделаю, это уберу его как советника из нашей семьи. У него не было права звонить тебе.

– Да? Он хороший человек. Вообще-то я остановилась у них с Мэри. Они очень любезные хозяева.

– Я должна была догадаться. Чего ты хочешь? Ты вернулась, чтобы урвать состояние твоего отца? Что ж, к сожалению, вы ошиблись, юная леди. Отец презирал тебя и твою извращенную жизнь. Ты не получишь ни пенни. Ты сделала из него посмешище.

Жаклин улыбнулась.

– Вообще-то я думаю, это ты сделала из него посмешище, мама. Но нет, я приехала не за деньгами. У меня их достаточно. И этим я обязана тебе. Моя первая новелла, может, ты о ней слышала, называется «Нет места для семьи», – мать изумленно смотрела на Жаклин. – Да, я должна благодарить тебя. Мать из рассказа прямо твоя точная копия. Мне кажется, они хорошо тебя изобразили в кино. Такая трагичная смерть.

– Убирайся из моей комнаты! Сейчас же, пока я не позвала охрану!

– Охрану? В Пайн Спрингс есть охрана?

– Ты обесчестила нашу семью, и тебе хватает наглости явиться на его похороны? Как будто ты часть этой семьи? Да как ты смеешь? Ты можешь себе представить, какие пойдут разговоры?

Жаклин рассмеялась.

– Да, уж! Как это на тебя похоже, мама. Всегда озабочена тем, что подумают о тебе, о нашей семье. На самом деле, большинству людей наплевать на нашу маленькую семью.

– Твой отец владел этим городом. Он был мэром. На него работала половина штата. Конечно, он должен был подавать пример людям.

– Пример? Так значит как пример, ты выгнала свою единственную дочь из города, потому что Брат Гарнер не мог излечить ее?

– Ты дитя дьявола, и я отказываюсь с тобой говорить, – подняв руку, она несколько раз нажала на кнопку. – И я прикажу им больше не впускать тебя в больницу.

– Не утруждайся. Я больше не вернусь. Я просто заехала сказать, что я в городе. Уверена, дядя Уолтер все тебе расскажет после похорон.

Вбежала медсестра, и, минуя Жаклин, направилась к кровати.

– Миссис Кейс, что я могу для вас сделать?

– Выведите эту… этого человека из моей палаты.

– Мне не нужны провожатые, мама. Я сама найду дорогу. Мне не в первой.

С этими словами Жаклин обернулась и решительно вышла из комнаты, удивляясь, зачем она вообще приходила. Чего она хотела добиться? Ожидала ли она, что мать переменит свое отношение к ней после стольких лет?

Когда Жаклин вернулась к машине, ее трясло так, что она схватилась за руль, пытаясь успокоиться. Для чего все это? Бессмысленно. Ее мать осталась такой же бессердечной женщиной, какой всегда была. Часть Жаклин надеялась, что мать изменилась и будет рада увидеть ее через столько лет. Но нет. Мать не собиралась принимать ее.

– Хорошо. Просто прекрасно, – пробормотала она, повернув ключ в замке зажигания, шины взвизгнули на асфальте, когда она нажала на газ. Взглянув в зеркало заднего вида, она ухмыльнулась.

– Ты ведешь себя как ребенок, Джеки.