Брак по любви - Хиби Элсна

Пока сын учился в университете, леди Мельбурн решила, что он должен стать адвокатом. Уильям безо всякого энтузиазма согласился с матерью, но затем она внезапно передумала. Теперь она хотела, чтобы он избрал поприще священнослужителя, и уверяла сына, что с его непревзойденным талантом к публичным выступлениям и высокими моральными принципами он в самом скором времени станет епископом.

Эта мысль показалась ей очень удачной, но, когда она поделилась ею с Уильямом, тот разразился таким громким и неуважительным хохотом, что поверг мать в совершеннейшее замешательство. Успокоившись, он решительно отверг ее предложение, а затем поинтересовался, не приходило ли ей на ум, что человеку, избравшему для себя этот путь, необходима хоть чуточка той самой веры, к которой он — и она прекрасно об этом осведомлена — относится с глубочайшим скепсисом.

Последующая фраза матери немедленно вызвала очередной взрыв смеха, ибо, обескураженная и раздосадованная, леди Мельбурн в сердцах заявила, что вовсе не считает, что эта самая «вера» на самом деле так уж необходима.

Но чем больше она упорствовала и настаивала на своем, тем непреклоннее становился Уильям. Наконец-то отделавшись от матери, он поспешил в Девоншир-Хаус, чтобы рассказать обо всем Каролине.

Та буквально задохнулась от негодования, отвращения и изумления одновременно. Она терпеть не могла леди Мельбурн; и мать Уильяма отвечала ей взаимностью.

Само собой разумеется, чуть позже этот разговор с Уильямом был во всех подробностях пересказан Фанни.

— Конечно, я сказала ему, что, если он ей уступит, я ужасно рассержусь и никогда больше не стану с ним разговаривать, — рассказывала Каро. — Я понимаю Уильяма и даже жалею его, потому что у него в сердце нет веры. Но если он окажется настолько лицемерным, что войдет в лоно святой церкви, не признавая ее идеалов и морали, это будет непростительно… Но чего еще можно было ожидать от этой ужасной, бессердечной женщины?!

— Это может казаться недостойным и постыдным тебе, но если она не верит в Бога, то, должно быть, все эти церковные церемонии кажутся ей не более чем непонятным, а оттого бессмысленным действом, — задумчиво проговорила Фанни.

— Мне иногда начинает казаться, что ты ей симпатизируешь, — недовольно заметила Каролина.

— Для этого я недостаточно хорошо с ней знакома, но я не могу сказать, что я ее недолюбливаю, — ответила Фанни. — Знаешь, в некотором смысле мы с ней даже похожи. Я привыкла руководствоваться здравым смыслом, леди Мельбурн, судя по всему, тоже. Больше того, она по-своему вполне искренна: не особенно афиширует свою точку зрения, но уж если вступает в спор, то отстаивает и защищает ее. Видишь ли, если Уильяму нравится трубить на каждом углу, что он не верит в Бога, то леди Мельбурн просто никогда не ходит в церковь и не вступает в споры о религии.

— Она бы наверняка начала ходить из соображений приличия, если бы ей все же удалось сделать из Уильяма священника!

— Но ведь он вовсе и не собирается соглашаться! Он же пришел сюда, чтобы обо всем рассказать тебе и вместе с тобой вдоволь посмеяться над планами его маменьки!

— Я знаю, и… и, конечно, я очень рада, но все-таки… Ох, Фанни, как бы я обрадовалась, если бы Уильям пришел и сказал мне, что он верит в Господа Бога так же, как и мы с тобой… Как близки мы бы с ним тогда стали!

Фанни промолчала, и Каро, взглянув на нее, раздраженно воскликнула:

— И перестань смотреть на меня так неодобрительно! Ты прекрасно знаешь, как много он для меня значит.

— Если я что-то и не одобряю, то лишь потому, что понимаю, какое горе тебе может причинить эта привязанность. Мне нравится Уильям; он такой добрый и милый. Но… у него своя дорога в жизни, и…

— Можешь не продолжать, я и сама все это прекрасно знаю, — вздохнула Каро. — Глупо воображать, что мы с ним поженимся. Но я и не думаю об этом, да и Уильям тоже. Даже если я соглашусь на этот брак, он никогда не допустит его. Он слишком любит меня, чтобы позволить мне пойти на такую жертву, и слишком любит мою маму, чтобы так сильно ее огорчать. Только представь, в какую ярость пришел бы папа! Он, как всегда, во всем стал бы винить бедную маму. Слава богу, что я хотя бы внешне похожа на него, иначе он просто извел бы ее, притворяясь, что я — результат одной из ее любовных интрижек!

— Каро!

Каролина рассмеялась:

— Не изображай из себя святошу! Ты прекрасно знаешь, какие отношения у моих родителей.

— Но мы не вправе обсуждать их, Каро. Тетя Генриетта слишком много для меня значит.

— Я очень люблю ее и никогда ее не предам! Вся ее жизнь была сплошным разочарованием. Если бы папа постарался понять ее! Но он никогда и не пытался… Если бы Грэнвилл был предан ей и любил только ее одну, разве стала бы она искать счастья в объятиях других мужчин?! Она ищет свое счастье всю жизнь, но до сих пор так и не нашла его, бедняжка…

— Может быть, люди слишком много думают о своем счастье и о любви? По-моему, намного легче жить, если умеешь довольствоваться малым, — заметила Фанни.

— Но мама и тетя Джорджи считают, что заслужили свое счастье. Такие красивые и знатные дамы — кому еще, как не им, быть счастливыми? Мне ужасно жаль их обеих. На самом деле ни мама, ни тетя Джорджи вовсе не так плохи, как та же леди Мельбурн — жестокая и циничная, и как ловко скрывает свои любовные похождения! Если бы мама была хоть немного осмотрительнее и благоразумнее…

— Да… — сказала Фанни, отводя взгляд.

— Хотя наверняка лорд Мельбурн знает, что Уильям не его сын. Он же его ни капельки не любит! Зато души не чает в его братьях — Фредерике и Пенистоне и довольно сносно относится к Эмили, хотя и неизвестно, его она дочь или нет. Но Уильяма и Джорджа он всего-навсего терпит, хотя и из них двоих все же отдает предпочтение Джорджу — ведь ни для кого не секрет, что его настоящий отец — не кто иной, как сам принц Уэльский. Бедный принц, для него это настоящая трагедия — все сыновья — незаконнорожденные и единственная дочь от принцессы Каролины, которую он ненавидит!

— А я ненавижу, когда ты начинаешь сплетничать! — сердито заметила Фанни.

— Согласна, сплетничать — это не в моих правилах, — ответила Каро, — и я не люблю скандалов. Но сегодня, когда пришел Уильям, я почему-то подумала о его настоящем отце — лорде Эгремонте. Знаешь, мне кажется, что он — совершенно замечательный человек! Я только один раз была в Петворте, давно, еще до того, как ты к нам переехала, и, знаешь, я была просто в восторге! Ты даже представить себе не можешь, какие сокровища собраны в его доме! Прекрасные картины, миниатюры, целая коллекция эмалей… а какие лошади у него в конюшнях! Ума не приложу, что он нашел в леди Мельбурн — ведь он, похоже, до сих пор не забыл ее. Может быть, он просто благодарен ей за сына — ведь о таком сыне многие могут только мечтать! Я знаю, что не могу выйти за Уильяма, но я все равно обожаю его, хотя мне часто кажется, что он чересчур хорош для меня. Наверное, ему следует благодарить судьбу за то, что я никогда не стану его женой.