Любовь по расчёту - Ирина Мясникова

– Хотел вот еще твоей матери плиту индукционную купить, но уж больно дорого, – сообщил отец.

– И хорошо, что не купил, – Лопатин вспомнил Сонин рассказ про то, что её мать кроет эту новомодную плиту, на чем свет стоит. – Говорят, барахло это всё. Посуду к ней особую надо. Рецепты всякие.

– Зато я в нашем отеле прачечную организую. Всех соседей обстирывать будем. Две машины купил профессиональные. Сушилку. Завтра покажу, будешь мне помогать устанавливать. Там твоя гладильная машина – ох, как кстати!

В Лехиной комнате всё осталось без изменений. Вот только книжные полки заменили на новые со стеклами, а в душевой появился новый никелированный смеситель, вместо всё время подтекавшего старого. Конечно, у Лехи не было собственной огромной джакузи, как у Сони, но личная душевая у него всё-таки была. И душевая, и шкаф огромный в нише, практически гардеробная. Ведь раньше Лёхина комната тоже сдавалась отдыхающим. Лёха распаковал вещи, быстро принял душ, оделся в домашнее и достал из чемодана подарки. Гладильная машина – это по делу, а вот духи для матери и галстук для отца – это уже для души. Тем более что подарки эти покупать ему помогала Соня, подкосив в очередной раз бюджет Лопатина. С подарками он отправился в залу. Обычно семейство Лопатиных питалось на кухне, но по праздникам накрывали стол в зале. А приезд младшего Лопатина после столь длительного отсутствия – это самый настоящий семейный праздник. И обязательно будут гости – cоседи, друзья и одноклассники Лопатина. Зайдя в залу, Леха аж зажмурился: новые шторы, замысловатая люстра, новый огромный телевизор да еще и самый настоящий камин. Вот это да! Первым делом Лёха направился к камину. Потрогал чистое стекло.

– Французский, – пояснил из-за спины отец. – Наши уговаривали классический сложить, а я подумал, уж больно они пожароопасные. Вот, купил готовый под заказ. Три месяца ждали. Потом ребята его за неделю установили. Красота!

– Как тут и был, – согласился Лёха, подумав, что теперь его семья, пожалуй, не особо отличается от семей его однокурсников мажоров. Вон, и камин даже есть. Он почему-то сразу представил, как знакомит тут Соню с родителями. Картинка вырисовывалась вполне себе приличная.

Застолье длилось до поздней ночи. Одних гостей сменяли другие, мама беспрестанно суетилась, ставя чистые тарелки и подавая всё новые и новые блюда. Когда только успела всё наготовить! Наконец, все разошлись, и Лопатины остались втроем. Быстро прибрали со стола, в очередной раз загрузили посудомойку, что не влезло, помыли сами и уселись на чистой кухне поговорить. То, что у родителей к нему есть разговор, Лёха понял сразу.

– Мы вот тут решили еще один мини-отель прикупить, – сообщил отец, – Костаниди уезжают, им в Греции хорошие подъемные дают, вот они своё хозяйство и продают.

Хозяйство Костаниди находилось недалеко от дома Лопатиных и явно давало приличный доход.

– А деньги откуда? – поинтересовался Лёша. – Это же дорого безумно.

Одно дело, прикупить к сезону новой техники, кондиционеров или телевизоров, другое дело – готовый отлаженный бизнес.

– Думаем в банке ипотеку взять, или кредит для малого бизнеса. Мать, вон, уже зарегистрировалась, как индивидуальный предприниматель, – пояснил отец.

– А зачем? Денег на жизнь вам хватает, более чем, – Лёха кивнул головой в сторону сверкающей модной кухни. – Если ещё и хозяйство Костаниди обслуживать, так и разорваться можно. Никакого здоровья не хватит. Да еще и долги огромные. Знаю я эти ипотеки да кредиты с их процентами. Вы расчёт-то хоть делали?

– Лёшенька, – мама чмокнула его в нос, – ты же большой у нас совсем. Вернешься, женишься, работать пойдёшь. Дополнительный бизнес и хороший отдельный дом тебе не помешают. А мы с отцом рядом будем, подсобим, если что. И с детками посидеть, и по хозяйству.

– Вон оно что! – Лёха хмыкнул, представив холёную Соню, моющую полы в комнатах отдыхающих. – Без меня меня женили, значит, жизнь мою дальнейшую продумали. Наверняка, и невеста на примете уже есть?

– А как же! Вон, у Михальченков дочка школу заканчивает. Красавица! Загляденье. Воспитанная, скромная, матери по хозяйству помогает. Мечта, а не девка!

Лёха заржал. Видели бы они Соню, уж даже до нее новороссийским девкам, как до неба, не говоря уже о той, что с зелёными глазами, о Еве с яблоком. Нашли тоже красавицу – Таньку Михальченку.

– Ну, не хочешь Михальченкову девочку, другую подберем, – рассудил отец. – Время-то еще есть.

– Спасибо вам, ребята, что заботитесь о моей дальнейшей жизни, только я сам как-нибудь управлюсь. И не вздумайте в долги влезать и бизнес у Костаниди покупать. Во-первых, у меня другие планы, а во-вторых, бизнесу этому скоро трындец наступит. Снесут подчистую всё наше богатство, да больших отелей из стекла и бетона понаставят.

– Как снесут? – мама прижала руки к груди.

– Легко и просто, как в Питере ларьки да маленькие магазинчики посносили. Уйму народа без бизнеса и без средств оставили. Не любит наше государство неучтённый бизнес. А у нас тут всё побережье неучтённое.

– Ишь ты! Пусть только попробуют сунуться, – мама погрозила кулаком в сторону центра города. – У нас тут, сынок, ситуация другая, нежели в Питере твоем распрекрасном. Город маленький, все друг друга знают.

– Всё равно, это вопрос времени. Вы ж, наверняка, про нормы водоотведения, да про водоочистку слыхом не слыхивали. А тут пара грамотных комиссий от заинтересованных лиц – и пишите письма! Я уж не говорю про электропотребление. Там тоже нормы разные есть на жилые помещения. Выделят вам три киловатта, и что делать? Потом использование земельного участка не под жилые цели. Много всего разного придумать можно, если захотеть, – Лёха тяжело вздохнул и оглядел испуганные лица родителей. Стареют они, что ли? Или телевизор много смотрят?

– Сынок, ты это серьёзно?

– Серьёзней некуда. Так что пользуйтесь пока тем, что есть, и старайтесь не высовываться. И не волнуйтесь, я к вам на шею не сяду.

– Ну, да ладно! – отец тяжело крякнул и встал из-за стола. – Утро вечера мудренее. Спать, однако, пора.

Все дни, которые Лёха провёл в родительском доме, он помогал отцу и матери по хозяйству. Отец с утра уходил на работу, а Лёха обустраивал новую прачечную. Он установил на крыше огромный накопительный бак, ведь летом случались перебои с водой, и эти накопительные баки устанавливали повсюду, провёл в прачечную металло-пластиковые трубы, подключил стиральные машины, сделал новую проводку. Этому всему его еще с детства обучал дед. В хлопотном гостиничном хозяйстве без умелых мужских рук никуда.

По вечерам уставший за день Лёха либо поигрывал на пианино, либо читал Акунина. Встречаться с бывшими одноклассниками он совершенно не стремился. О чем с ними говорить? У Лёхи теперь совсем другая жизнь, новые интересы. Засыпая, он думал про Соню и про глазастую Еву с яблоком. Сравнивал их. Сравнение иногда выходило в пользу Сони, а иногда при воспоминаниях о глазах Евы сердце его стучало в груди так, будто бы пыталось исполнить французскую польку. Отец с матерью к разговору о покупке имущества Костаниди больше не возвращались. Работой сына оба явно были довольны и, наверное, поняли, что разговор про его будущее ему неприятен.