Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— Позволишь проверить состояние? — спросил он. И мне ничего не оставалось, как кивнуть. Как я могла его еще успокоить?

Уложив меня на кровать, он очень бережно и осторожно коснулся солнечного сплетения, где находился магический источник, а я почувствовала волны магии, окутывающие мое тело. Темная сила не причиняла дискомфорта, а будто ластилась и защищала.

— Никому не расходиться! — услышала я резкие слова лорда Сенье у своих дверей и в следующую секунду он вошел в комнату, уставившись на нас.

Подойдя ближе, ректор молча ждал пока Тенебрей закончит.

— Яд остался в организме, — сообщил Тенебрей, — но очень небольшое количество, не смертельно. Его вполне можно вывести магически.

— И сколько для этого времени понадобится? — задал вопрос лорд Сенье.

— Мне несколько часов, — ответил Корин, — у самой Леи процесс затянется на долго.

— Вовремя Ризгас вмешался, — пробормотал ректор, пристально глядя на меня. После чего развернулся чтобы вернулся в гостиную.

— Лея, тебя я возьму с собой, — сообщил мне Корин. — Мы идем в гостиную.

Он помог мне встать и завернул в плед, подняв на руки. Так и отнес в общую комнату, усевшись на диван и удобно устроил на своих руках. Сам капитан видимо немного успокоился. А в гостиной я у стены увидела перевернутый и сломанный в щепы стол, над которыми колдовал, приводя в порядок Гарольт. Стало понятно, откуда происходил сильный грохот. Стол просто швырнули в стену. Учитывая, что весил он немало, то явно было, что разозлился Тенебрей основательно.

— А теперь еще раз все подробно и по порядку, — грозно обратился ректор, усаживаясь в кресло.

В гостиной помимо Кираны, Тирела и Элдрина, стоял вернувшийся еще и Стомиан и выглядели они все в разной степени виноватыми и хмурыми.

Элдрин начал рассказывать о том, как мы пошли на вечер и что происходило. Из рассказа я узнала, что пока мы с Элдрином развлекались, Линетте неожиданно стало плохо. Сразу после того, как она отпила пунш из своего бокала, ее сильно затошнило. Стомиану пришлось увести ее в лазарет, где он и пробыл с ней несколько часов, так как оставшийся на ночном дежурстве лекарь не сразу разобрался что нужно делать, а магистр Фиарель отсутствовала.

— Лейяна, вы ничего подозрительного не заметили в виде моей племянницы, которая подала вам бокал с компотом? — задал вопрос ректор.

— Нет. Если что-то и было, то в полутьме я не обратила внимания.

— Значит, кто-то очень хорошо знает магию иллюзий и владеет ею, — заключил Корин.

— Что было дальше? — поторопил лорд Сенье.

Элдрин продолжил рассказывать, как увидел у меня в руках бокал и вспомнив про отравление Линетты, решил перестраховаться и проверить состав напитка у Тирела, а тот обнаружил в нем яд. Дальше рассказывал Тирел, о том, как влетел в комнату Кираны и попросил помощи, чтоб определить состав яда. Больше никого, кому бы можно было доверять он не знал. Забрав девушку из общежития, он помог ей найти необходимые реактивы в нашей лаборатории, а Кирана установила точный состав отравы.

— У нас очень хорошо продуманный сговор, — заключил Тенебрей. — И часть заговорщиков находятся в академии. В королевской лаборатории не могли приготовить яд, мы уже это выяснили. Сейчас Истед проверяет все городские лаборатории, лицензированные и подпольные в том числе. Но я сейчас склонен думать, что яд был приготовлен в академии, потому мы и не смогли сразу найти, где и кто его сделал.

Лорд Сенье осунулся лицом.

— Магистра Триона допрашивали и проверяли. Он ни при чем, — заметил ректор.

— В академии много других талантливых и не очень зельеваров, кто мог бы сделать это, — возразил некромант.

— Корин, вы знали, что Лею хотят отравить? — задал вопрос Стомиан.

И все разом посмотрели на Главу тайной стражи. Я тоже немного отодвинула край одеяла, чтобы лучше всех видеть. Лорд Сенье и Тенебрей молчали.

— Нет, Стомиан, — ответил Тенебрей. — Покушение было спланированно на короля и королеву и мы его предотвратили. Никто не подумал, что одновременно с этим его совершат и в отношении Леи. Мы арестовали всех во дворце, кто к этому причастен. Но организатора, как и того, кто изготовил яд, нет.

— Лорд Сенье, — робко обратилась Кирана. — Я не хочу никого ни в чем обвинять. Но я часто по вечерам занимаюсь в лабораториях. Обычно там никого нет и приходят только адепты, которые не смогли верно приготовить зелье на занятии, и отрабатывают его у лаборантов. На этой неделе, в лаборатории каждый день приходила адептка Мейнира Сатале. Раньше я ее никогда не видела в это время, у нее вроде «долгов» нет.

Ректор молча и нахмурившись слушал Кирану.

— А вы, адептка Лейк, что так часто там делаете? — спросил он грозно.

— Готовлю заказ для адептки Хардин, — призналась девушка.

Я лишь подтвердила ее слова кивком головы, когда ректор посмотрел на меня.

— Но Мейнира ничего не знает об иллюзиях, — заметил ректор.

— Иллюзионистом мог быть другой адепт, — заметил Корин. — К тому же мы так и не нашли того, кто призвал лича. Расследование нужно вести еще и отсюда.

— Об этом позже, — отмахнулся ректор. — Всем разойтись, — скомандовал он таким тоном, что все тут же отправились в свои комнаты. Тирел же выпросил разрешения проводить Кирану по случаю позднего времени.

А меня вдруг начало сильно клонить в сон, будто втягивая в пучину. Хотя до этого спать особо не хотелось. После всего, что услышала, я думала, что просто так не засну. Но глаза сами собой слипались и мысли путались. Свет в гостиной начал медленно гаснуть и сквозь сомкнутые веки, я различала лишь всполохи огня в камине, который трещал, создавая уют.

[1] Пример песни Gayazov brother — Малиновая лада.

[2] Пример песни Anna Asti — По барам.

[3] Дикая яблоня, плоды которой около сантиметра в диаметре.

Глава 24

— Где ваш посыльный с чаем? — различила я тихий голос лорда Сенье.

— Поздно уже, — ответил некромант и я ощутила легкие поглаживания по волосам. — Пошли Гарольта, чтоб принесли еду и чайник.

Мой сон углубился, голоса стали звучать будто доносясь из другой части невидимого тоннеля, но через какое-то время я услышала едва слышное и подобострастное:

— Доброй ночи, лорд Сенье.

Звякнули чашки. А через время снова раздался едва слышный голос ректора:

— Вы правы, лорд Корин, в академии «не чисто». Что бы мы не предпринимали, но заговорщики есть