Опасная связь - Анна Джолос

— Они тебе не дадут потерять голову от счастья, будь уверен.

— Плевать. Я готов ко всему.

— На дно надо пока залечь, Илюх. Пусть шумиха с проверками поутихнет.

— На дно говоришь… Есть и другой вариант. Мне тут предложение одно поступило, нужен твой совет.

— Я слушаю…

*********

— Держи крепче!

— Держу, не очкуй, Сань.

Она сидит на моих плечах. Закрепляет на вершине елки звезду.

— Ееесть! Дай еще один золотистый стеклянный шарик, тут дырка.

Даю.

— Угу, так… и колокольчик, — командует она, оценивая украшенную нами елку. — Его здесь прям не хватает.

— Боюсь, у нас проблема.

— Какая?

— Колокольчик у Гремлина, — сообщаю, хохотнув.

Лупатый носится с ним по гостиной. Развлекается, идиотина.

— Все. Опускай меня, — взлохмачивает мои патлы.

— Оооп, — аккуратно ставлю Рыжую на пол.

— Надо проверить иллюминацию, — гладит Тайсона по черепушке и бежит к розетке. — Готовы?

— Да.

— Раз. Два. Три! Ёлочка, гори!

Гирлянда начинает мигать разноцветными огоньками.

Симпатично, однако.

— Гав! Рррр!

Тайсон, охеревший от такого светопредставления, начинает люто лаять. К нему тут же присоединяется и второй Дурачелло.

Дурдом, блять.

— Тихо, придурки, — пытаюсь их утихомирить.

— Красиво, а? — интересуется Сашка, поправляя красный бант. — Все гармонично?

— Да, супер.

— Ну я вроде тоже довольна, — уперев руки в бока, констатирует она. — О, «Служебный роман», сделай звук погромче. Люблю этот фильм.

Послушно выполняю то, что просит. На душе так тепло и хорошо оттого, что этот Новый Год встречаем с ней вдвоем. Всегда мечтал об этом.

— Чего улыбаешься? — вопросительно выгибает изящную бровь.

— Рад, что ты здесь, с нами, — отвечаю я честно.

— Где ж мне еще быть. И потом, вы бы сами с этим не справились.

— Точно нет, — соглашаюсь я.

— Дилинь-дилинь! — проносится мимо нас мелкое чудовище.

— Так, я пошла на кухню. Займусь холодными закусками.

— Погоди, — тяну ее за руку на диван. — Сперва я тобой займусь.

— Гаав!

— Время, Паровозов! Мы ничегошеньки не успеваем! И там, наверное, курица уже вовсю горит.

— Все успеваем, Рыжая, — усаживаю ее к себе на колени. — Иди сюда, я сам, как та курица. Горю. Смотри.

— Ой, дурачок!

Она хихикает. Я лезу целоваться.

Невозможно же. Шортики, красные носочки со снежинками. Чудо как хороша!

— И тебе идут, — смеется, водрузив мне на голову ободок с оленьими рогами.

— Щас кто-то получит, — предупреждаю строго.

— Не злись, — примирительно мурлычет она.

— Целуй давай, женщина. Я заслужил.

Ее мягкие, сладкие губы касаются моих. И все… Пропадаем на неопределенный по времени срок.

— Еще так сделай.

Сашка эротично на мне ерзает.

Задираю ее футболку.

— Илюх, ну курица, — выдыхает со стоном, когда целую грудь.

— Да по хрен на нее.

— Гав! Рррр.

Ни черта уже не соображаю.

— Ладно, пусть горит.

Не сопротивляется, когда опрокидываю на лопатки, заваливая на диван.

— Не могу, эти рога… — снова хохочет, снимая с меня дурацкий ободок.

Я в свою очередь снимаю с нее все шмотки. Милые, но абсолютно ненужные.

— Ходи голой, Бесстыжая. Тебе так идет, — покрываю тонкую шею нетерпеливыми, страстными поцелуями.

— Ты итак постоянно меня раздеваешь.

— А ты против?

— Нет, я за, — крепко обнимает и льнет ко мне всем телом. Распаляя, возбуждая сильней.

Это четвертый заход за день, но мне все еще мало. Хочу свою маленькую Бестию. Безумно. Моя бы воля, вообще из постели с ней не вылезал бы.

— ГАФ! Рррр!

— Нет, Тайсон… — в Санькиных глазах отражается неподдельный ужас.

Поворачиваюсь как раз в тот момент, когда этот полудурок, стоя на задних ногах, сваливает к ебеням огромную елку, которую мы с Рыжей наряжали крайние три часа.

БА-БАХ!

Лупатый от грохота аж обсыкается.

Эпик фэйл.

— Ну сука… — сжимаю зубы, глядя на виновника ЧП, сгорбившегося и искоса на нас поглядывающего. — Пиздец тебе, скотина.

— Ну ладно, он не нарочно, — по обыкновению принимается защищать его Сашка. — Поднимем. Иди сюда, мне срочно нужны твои поцелуи…

Все, что от меня надо, я с радостью дам. А до этого дегенерата доберусь позже…

Глава 63. Письмо «счастья»

Камиль

— Вы понимаете, есть подозрение, что они хотят от меня поскорее избавиться. Уже боюсь и пить, и есть. Вдруг отравят! А чего… в сериалах часто такое показывают. Раз конфетка — и нет бабушки. А я еще пожить хочу. Для себя, знаете ли, не для детей и внуков. Вы, вообще, меня слушаете?

— Да.

Честно говоря, это — ложь. С тех пор, как получил проклятую открытку, думать ни о чем другом не могу. А надо бы… Все-таки на работе.

— И? — дама выжидающе на меня смотрит, постукивая внушительным маникюром по столу.

— Если вы чувствуете давление со стороны родственников, то вправе отказаться от дарственной. Это ваша квартира, и только вам решать, как с ней поступить.

— Вот и я о том! Давят, еще как давят! Только и разговоров об этом! Каждый божий день! Послушайте, — понижает голос до полушепота, — а может, того…

— Что?

— Полицию подключить? — сощуривает один глаз.

— Вам кто-то угрожает?

— Пока нет, но уж больно настойчива внучка. Заладила: подпиши квартиру, да подпиши. Мол, на всякий случай. А на какой-такой случай? Говорю вам, они только и ждут, что я откинусь. Да-да! — активно кивает головой.

— Галина Иосифовна, еще раз повторюсь, никто не вправе давить на вас и склонять к каким-либо действиям, связанным с принадлежащим вам имуществом.

— И я о том же! — возмущается она громко. — А завещание? Как вы считаете, завещание надо писать? Или это дурная примета?

Дурная примета.

— На ваше усмотрение.

— На мое — пока рано. Я в самом расцвете сил, как Карлсон.

Поглядываю на часы. Оказывается, мой рабочий день закончился двадцать минут назад.

— Ой, вы, наверное, торопитесь? — интересуется она участливо.

— Все в порядке, Галина Иосифовна, если остались вопросы, задавайте.

— Вы дадите мне семьдесят два? — вскидывает подбородок, и уголок ее губ медленно ползет вверх.

Вообще-то, я имел ввиду юридические вопросы.

— Вы прекрасно выглядите.

— Каков льстец! — хихикает, поднимаясь со стула. — Вот и я думаю: рано мне к мужьям.

Вопросительно выгибаю бровь.

— Всех четверых пережила. Слабость у меня к хилым мужичонкам. У нынешнего ухажера тоже сердце больное, — отмахивается и вздыхает. — Ладно, пойду я. Не то опоздаю к Ниночке, моему косметологу.

— Всего доброго.

— Спасибо за консультацию. Как соберусь уложить кости в ящик — навещу вас.

— Буду рад помочь.

— Спасибо, голубчик! — плывет по направлению к выходу.

— До свидания.

Как только за ней закрывается дверь, откидываюсь в кресле. Минут пять гипнотизирую белоснежный потолок. Пытаюсь принять последние новости.

Лежащий на столе смартфон вибрирует.

Беру его в руки и, разблокировав экран, читаю входящее сообщение.

Маша:«Ты поздно приедешь?»

«Да»