Любимая для эльфа 2 - Astra Maore

— Ну и зачем это объединение Сторон нам? — говорил Магу Лукас. — Если ты хочешь власти над теми анамаорэ, иди к ним сам. Преодолей барьер, попробуй с ними подружиться. Или вымани Дамира в Город. Его невеста постоянно навещает свою сестру из прошлой жизни. Теоретически все возможно, хотя Дамирка и не обрадуется такому раскладу.

Магнус лишь хитро улыбался.

* * *

Максимилиан принимал Лукаса у себя на пляже, где ему чисто подсознательно дышалось свободнее.

Унижение с Маю, свидетелем которого стали не только Лукас и Тамико, но и все анамаорэ, благо блудная невеста Макса отправилась прямиком в эксцентричные последователи нового бога, подкосило Макса.

Конечно, ему пришлось сделать официальное заявление о том, что его Церемония не состоится. Толпы фанаток возликовали, но для Максимилиана эти женщины были точно ветер над морем.

Всегда до боли сладкоголосый певец и давным-давно царевич, Максимилиан привык к вниманию, и само по себе оно не грело его душу.

— Мой дом непривычно пустой… Я возьму эту девочку, если мы поладим. А почему ты сам не хочешь ее забрать? Вы с Тамико хорошие родители. У девочки будет реальная семья, а не формальная опека.

Лукас приподнял уголки губ:

— Моя маленькая устала. Все ее текущие детки появились без Церемоний. Тамико вкусила ответственность раньше, чем наслаждение. Люция вон царевна, а живет, не зная хлопот. Тамико же даже не имеет особого статуса и обязательств. Неправильно нагружать ее сейчас, она больше не выдержит.

Максимилиан глядел куда-то вдаль:

— Флавиану я категорически запрещу появляться в Городе. Под угрозой изгнания из Анамаории.

Лукас обронил:

— Я его предупреждал. Скажи, когда станешь готов познакомиться с Ланой.

* * *

Лана не помнила, как она дошла домой. Возможно, никак — впечатляющий брюнет Лукас сам доставил ее в квартиру и привел в чувство какой-то магией.

Осознание, что с Флавианом все безнадежно настолько, что его высшее руководство уже в курсе их неоспоримого разрыва, полностью лишило Лану сил.

Флавиан уже предлагал ей расстаться, Лана только отсрочила неминуемое и теперь пожинала плоды.

Флав поставил точку, обратить которую в запятую можно было бы, лишь став анамаорэ. Однако, догонять и убеждать Флава Лана считала ниже своего достоинства.

Знакомиться ли с формальными опекунами поочередно или попеременно — она не видела особой разницы. Раньше или позже, это лишь неприятные формальности. Как и вся ее неудачная жизнь.

Вся ее история была борьбой с обстоятельствами. Как знать, вдруг «переезд» в Анамаорию что-то серьезно поменяет?

Так как Лана не выказала никаких предпочтений, Лукас пригласил обоих своих братьев встретиться с ней единомоментно.

Глава 492. Разбор полетов

Легкое прикосновение к его плечу заставило Оливера обернуться.

Сероглазая длинноволосая шатенка, раньше поразившая его необычным сиянием, стояла за его спиной. Сияния вокруг нее теперь не было.

— Здравствуй, жрец.

Оливер встряхнул длинной косой челкой:

— Ооо, Есения! Как поживает твой любимый?

Есения гордо вскинула подбородок:

— Наших отношений больше нет. Я не смогла любить в одиночку и предпочла уйти. Хочешь, отблагодарю тебя за твою тогдашнюю поддержку?

Она говорила так серьезно, что Оливер дерзко улыбнулся:

— Хочу. Когда?

Есения не отводила глаз:

— Тебе решать.

Наклонившись, Оливер мягко приник к ее сочным податливым губам:

— Прямо сейчас.

Платно-договорные отношения с Жизелью вернули ему веру в себя и возможность уделять внимание другим желающим.

В то же время Оливер планомерно влюблял Жизель, размышляя над местью ей уже без каких-либо подсказок Роберта. Жизель, унижавшая его, топтавшая его достоинство, нажила тихо ненавидящего ее врага. Оливер выбирал момент и обстоятельства, чтобы отыграться.

Есения вызывала у него чувство давнего знакомства и отличного взаимопонимания. Оливер потрясенно обнаружил, что ощущал схожее, общаясь с Робертом, с которым отдыхал душой.

Кто бы ни был неблагодарный возлюбленный Есении, он оказал Оливеру большую услугу!

* * *

Мистический переход свершился, и Юми теперь много лучше понимала и себя, и причины своих прошлых неудач с мужчинами.

Методично анализируя их, Юми четко осознавала степень собственной вины или невиновности в отношениях.

Роберт — излишне жесткий, авторитарный и страстный как любовник — оставлял ей слишком маленькое личное пространство. Он чересчур торопил события. Частично Роберт сохранял эти качества и как ее друг с почти маниакальной заботой…

Юми не сумела и не хотела раствориться в Роберте, вдвоем им оказалось слишком тесно.

Ричард намекнул ей, что видеться с Робертом, оставшимся в ином мире, уже нет большого смысла.

Роберт оказал ей весомую поддержку, когда Юми в ней нуждалась, но в характерах их обоих не было ничего, способствующего реальному взаимному развитию при общении.

Кацуо искал принцессу. Идеал женственности с обворожительно-мягкими манерами, однако сильную и пылкую.

Юми же воплощала образ преданной подруги, падкой на авантюры. Обольстительность, кокетливость, в чем-то скрытность и поэтичная лиричность не являлись ее сильными сторонами.

И Кацуо ушел.

Здесь он родился «сыном царевича», в том же статусе, что Юми, и довольно давно и плотно встречался с вожделенной «принцессой» что по статусу, что по характеру… С Агнес.

Кацуо и Юми стали теперь формально родственниками. Им предстояло иногда встречаться на мероприятиях Царской семьи, и Юми воспринимала грядущее спокойно, проработав свои обиды.

Оливер, милый и нежный, баловавший Юми духами и готовивший ей пирожки, оказался порочным рабом страстей. Еще Роберт объяснил ей это, а теперь Юми сама видела, как полно натура Оливера раскрылась в ипостаси жреца эпатажного бога Магнуса.

Конечно, как пара Юми с Оливером совершенно не подходили друг другу.

Аш, жених царевны Люции, уверенный, глубокий и спокойный, параллельно всегда был себе на уме, со внезапными вспышками эмоций. Он также был теперь почти родственником Юми, и по словам Ричарда любил исключительно капризных дамочек. Пикантных ребячливых стервочек или таких, от которых не по себе становилось даже многоопытным царевичам.

Стервозностью Юми не могла похвалиться совсем, вот и их отношения с Ашем предсказуемо распались.

Таковы были последствия позиции принятия любых подарков судьбы без анализа. Юми неизменно говорила «да» любым возможностям, живя фактически методом перебора.

Это и оказывалось основной ее ошибкой. Не всесильным роком, а всего лишь поспешностью в принятии судьбоносных решений.

Боясь потерять тех, кто заведомо не подходил ей, Юми только больше запутывалась и обесценивала себя.

Ричард не убегал от нее и не требовал от нее превратиться в кого-то еще. С каждым днем Юми ощущала, что хочет полноценно жить, а не плакать и цепляться за какого-то мужчину!

Глава