Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

Она повернула голову ещё больше и, вытянув такие же опухшие губы, поцеловала меня в нос.

— На тебе запах хозяйки. Да у тебя член всё ещё мокрый был! Тут и слышать не надо, — рассмеялась она звонким колокольчиком.

— Давай посмотрим, что с попкой — царапины прошли ли нет? — ответил я на очевидный факт.

— Вынимай свою кувалду, — капризно высказалась она.

Я оставил спину суккубы и сполз коленями на диван. Она опустила таз ниже и я потянул член наружу. Он, покрытый толстым слоем спермы и взбитой почти в пену смазки, пошёл на выход и распухшая головка уперлась в сфинктер, выворачивая его наружу.

— Ай, — звонко крикнула Эдесс, — порвёшь!

Я снова ввёл член глубже и просунул палец между ним и сфинктером, пытаясь его растянуть. В открывшуюся щель засочилась густая синевато-сизая светящаяся сперма, натекая на губки влагалища.

— Ай! — снова крикнула Эдесс, — ты что делаешь? Давай лучше подождём, он опадёт и вытащишь.

Ну давай подождём. Я снова пристроился между ножек демоницы и полуопёрся на её поясницу.

— Эдесс? — спросил я.

— А… — ответила она, положив голову щекой на сложенные руки.

— А что ты такое сделала? Ну, когда я до дна добрался, — покрутил я рукой.

— А ты не знаешь? Ну точно засланный, — она вздохнула, — знай же, наивный юноша, что каждый демон, каждый, — она наставительно подняла палец с длинным маникюром, — может, в определённых пределах, конечно, менять и приспосабливать своё тело, а уж мы, демоны любви, просто обязаны доставлять партнёрам максимум удовольствия таким способом. Вот я и приспособилась. Вижу же, что меня жалел… Ну вот и… сделала. Тебе же понравилось!

Опустив голову я слушал демоницу и разглядывал на её ягодице затянувшиеся шрамы от когтей Аул Бит.

— Давай ещё раз попробуем, — предложил я вытащить свой член.

И вдруг мощная пропитанная огнём аура навалилась на нас прижимая к дивану. Эдесс распласталась плашмя, а я скрючился сверху. От страха попка суккубы сжалась и намертво зажала мой многострадальный член.

Аул Бит беззвучно появилась в дверном проёме, постояла в нём, опершись руками в косяки и плавно прошла к дивану, втянула пропитанный нашими выделениями воздух, шумно выдохнула.

— Н-да…, - протянула она, разглядывая нашу композицию.

Она шевельнула рукой и, чпок! не прикасаясь, вздёрнула меня телекинезом в воздух на уровень своего лица, насильно выдернув при этом мой член из попки Эдесс. Хвост демоницы остался во мне и сейчас тянулся вверх, выворачивая мне анус. Эдесс ойкнула и привстала, прикрывая рукой сочащуюся спермой попку.

Аул Бит своей рукой выдернула из моей задницы хвост суккубы и отбросила его в сторòну. Я висел в воздухе как обоссавшийся котёнок.

— Повернись, — приказала Аул Бит суккубе.

Та повернулась. Густые чёрные брови хозяйки сдвинулись — от царапин на ягодице остались только белёсые следы.

— Ты! — она тряхнула меня, по-прежнему не касаясь, голова моя болталась как у куклы, — как посмел перечить!

Аура демона надавила сильнее и мне нечем стало дышать.

Аул Бит всмотрелась в меня. Хмыкнула, а затем опустила на пол. Ноги мои подогнулись и я сел. Она присела рядом со мной, опустившись на колено.

— Малыш, — голос её гулко звучал в большущей комнате Эдесс, — она наказана. А ты со своей жалостью вмешался. Я не буду тебя наказывать — не выживешь. Но знай, — она поводила своим гигантским пальцем перед моим носом, — это было в последний раз.

Демоница помолчала.

— И ещё, — добавила она, — скоро я ухожу. Пойдёшь со мной. Ты мне нравишься.

— Но… как же…, - я еле мог говорить, — ей же больно… было… Не могу так…, - на меня нахлынули чувства, испытанные мной во время секса с Эдесс.

— И будет ещё больней, — ответила Аул Бит.

— Лежать! — приказала она Эдесс.

Та послушно растянулась на животе на диване, придавленная мощной аурой.

Аул Бит взмахнула рукой и на левой ягодице, на том же месте, снова возникли четыре глубоких царапины от когтей хозяйки домена.

Эдесс вздрогнула, хвост её дёрнулся, она выдохнула и сжала зубы, чтобы не закричать от боли. Царапины засветились наполненные зеленоватой энергией Аул Бит.

— Теперь тебе надолго хватит, — заключила она.

Бежать, срочно бежать отсюда!

— Не надо… Аул Бит, она хорошая, — повинуясь какому-то наитию прошептал я, поднимаясь на дрожащие ноги, едва переставляя их чтобы закрыть Эдесс собой. Хвост опять обвил мою ногу.

— Малыш, — пробасила Аул Бит, — не испытывай моё терпение…

— Она… дракошку нянчит…, - я вновь набрал в непослушную грудь тяжёлого воздуха и упрямо поднял лицо на демоницу, — нагу выходила… Если надо… если хотите… то меня можете…, - я помнил, что мне рассказывала Эдесс по прошлому сну.

Аул Бит втянула воздух так сильно, что меня мотнуло к ней.

— Хм-м, странный малыш. Влюбился? — Аул Бит по прежнему сидела на одном колене.

Опять пристально всмотрелась в меня:

— Нет. Тебе жаль её, да?

Я кивнул, глядя на неё широко раскрытыми глазами.

— Ничего. Поваляется и встанет. Ей полезно, — заключила хозяйка домена, — А ты со мной пойдёшь. Я повторять не люблю.

Она поднялась и плавно двигаясь походкой опытного бойца вышла. Давление ауры сошло.

Я повернулся к Эдесс. Она лежала на животе повернув лицо ко мне. Видимый мне глаз был полон слёз. Суккуба кусала губы — ей было очень больно.

— Ну что ты? Не плачь, — я присел к голове Эдесс и погладил её по рогам, затылку, по щеке. У меня самого в глазах стояли слёзы, моргнул и они покатились по щекам.

— Давай я тебе ушко поцелую. Тебе легче станет, — прошептал я.

— Переживу я это…, - выдохнула Эдесс… помолчала, — защищать кинулся… Сам едва на ногах стоит, а туда же…

Я сел на пол, подобрал член на бедро и привалился спиной к дивану, приложив свой затылок к голове Эдесс. Не знаю, может это влияние суккубы, я же слабее, но как-то привык я к ней что ли? Хорошая она. Ага, только сама об этом не знает. Хотя-а… А что она мне плохого сделала? Ничего. Вот футки как-то мне… Не знаю, дальше что ли? А с ней… кого ещё так в мозг потрахаешь. Не Аул Бит же… Возле той и дышать-то нечем.

— Эдесс?

— А…

— А Аул Бит куда меня тащит?

— На войну скорее всего…

Эк…, я подавился воздухом. Если там все такие как она… да я там сдохну… Я наверно вообще сдохну как только из домена выйду.

— Больно?

— Нет…

— Врёшь.

— Вру…