Унесённые «Призраком» - Мария Роше

– Да, но вам ли не знать, столько опасностей таит в себе океан! – возражал упрямый старик. – Пираты, торговцы рабами, опасные течения и штормовые ветра, блуждающие волны-убийцы…

– …а также Левиафан и Кракен, – рассмеялся Роберт. – Полно вам, отец, вспоминать всякие глупости. Война окончена, испанцы нам более не враги, с пиратами «Призрак» справится, а ураганами опытных мореходов не испугать. Обещаю, я позабочусь о безопасности вверенных мне сокровищ. – Он подмигнул сестре и с нежностью посмотрел на жену.

– Что такое блуждающие волны? – спросила Кейт. Роберт отмахнулся: очередная нелепость, а губернатор обиженно пояснил:

– Многие считают их вымыслом, но не те, кто чудом уцелел, встретив в океане гигантскую волну, способную разнести в щепки самый крепкий корабль. Они появляются в безветренную погоду, возникают из ниоткуда, исчезают в никуда и почти всегда приносят с собой смерть, поэтому их и называют «волны-убийцы».

– Среди пиратов также бытует легенда о корабле-призраке, встреча с которым предрекает скорую гибель. Каждый второй уверяет, что видел его своими глазами, – Стейн усмехнулся, – но почему-то все они до сих пор живы. Вы же умный, образованный человек, мистер Айвор, а верите фантазиям невежественных матросов.

Переубедить старика не удалось, успокоить – тоже: в день отплытия он прощался со всеми так, словно разлука обещала быть вечной, и это расстроило Мэри. Она даже расплакалась, когда поднялась по трапу, обернулась и увидела отца, одиноко стоящего на причале в стороне от других провожающих. И не выходила из каюты до тех пор, пока Бермудские острова не превратились в крошечную светлую полосу на горизонте.

– Ты стала слишком чувствительной, Мэри-Энн. – Стейн привлек жену к себе, коснулся губами ее волос. – Что-то не так?

– Нет, просто… – Она задумалась. – Я боюсь потерять тех, кто мне бесконечно дорог. Меня бросает в дрожь от ощущения, что мы больше никогда не увидимся. Мой наполненный счастьем мир истончается, словно мыльный пузырь, и вот-вот лопнет.

– Это просто дыхание перемен, – успокоил ее он. – Наше счастье – не остров на карте: оно, как попутный ветер, всегда рядом с нами, куда бы мы ни отправились.

У Кейт, в отличие от подруги, настроение было прекрасным. В первые дни путешествия ей слегка нездоровилось, но доктор Мин изготовил для нее травяную микстуру, и вскоре миссис Айвор, забыв о тошноте и головной боли, уже спокойно передвигалась по кораблю и много времени проводила с мужем на шканцах. Ей были интересны навигация и управление кораблем, и капитан даже однажды пошутил, что, будь она юношей, из нее получился бы толковый помощник штурмана.

Правда, всякий раз, когда она смотрела на небо, особенно на ночное, у нее возникало странное чувство, которое нельзя было передать словами. И от этого ей порой становилось тревожно.

В один из дней Кейт нашла среди вещей капитана пустой флакон из темно-синего стекла, на котором блестели полуистертые золотистые буквы – кажется, греческие, и ощутила тот самый загадочный аромат, пряный, чуть сладковатый, от которого внутри растекалось божественное тепло. Этот запах будил воспоминания, и не только о первой встрече с Робертом, но и другие, спрятанные намного глубже и похожие на обрывки несбывшихся снов.

– Что это за духи? – спросила она у мужа.

– Парфюмированая вода, привезенная с острова Крит, – ответил Роберт. – Никогда не любил подобные запахи, но этот… Он показался мне особенным, как и его название – «Элизиум». Флакон опустел в тот день, когда я сделал тебе предложение. Жаль, точно такого уже не найти.

– Элизиум, – задумчиво пробормотала Кейт. – Что-то настолько знакомое…

Элиссим. Так пахли его цветочные поля в теплом сиянии трех лун. Инн… Омни… Темпоре… отныне, вовеки и во все времена…

«Я схожу с ума», – подумала она и убрала флакон в шкатулку для безделушек.

Ни одно из упомянутых мистером Айвором бедствий, кроме грозы и пары тропических ливней, на пути корабля не встретилось, поэтому утром двадцать восьмого октября «Призрак» благополучно пришвартовался в порту Саутгемптона. Здесь пути Мэри и Кейт разошлись: мистер и миссис Айвор купили билеты на дилижанс, отправлявшийся в Хартфордшир, а доктор Норвуд с супругой пересели на барк⁹⁴, идущий на север, в Эдинбург.

– Когда закончите с делами и заскучаете в Лондоне, приезжайте к нам в округ Фолкерк, в фамильный особняк графа Норвуда, – на прощание сказал капитану Стейн. – Мы с Мэри-Энн будем ждать вас.

Дилижанс первым покинул Саутгемптон. Для Роберта это было первое путешествие вглубь страны, которую он знал исключительно по столице и портовым городам. Два дня они с Кейт ехали мимо маленьких городков, окруженных лесами деревень и просторных полей с пасущимися на них овцами. Наконец вдалеке показалась красивая, ухоженная усадьба, принадлежащая семье Маккейн.

– Здесь мы часто гуляли с отцом, – рассказывала Кейт, когда они шли по дороге вдоль берега извилистой речки. – А в тот лес ездили на охоту.

Она не ждала, что их примут с безудержной радостью. Но служанка, открывшая дверь, ни разу не улыбнулась ей, а дворецкий холодно произнес «Добрый день, мэм!» и удалился, попросив мистера и миссис Айвор подождать в холле. Спустя четверть часа их пригласили в гостиную, где Кейт увидела мать – заплаканную, в темном платье и черной вуали.

«Кто-то из сестер?» – с ужасом подумала она, но задать вопрос не успела: миссис Маккейн заговорила первой.

– Вы приехали, невзирая на горе, постигшее нашу семью! – воскликнула она. – Господь вновь терзает меня, как будто я недостаточно вынесла!

– Что случилось, матушка? – осторожно спросила Кейт. – Вы снова в трауре…

– Мой бедный брат, мой несчастный Грэм – два месяца, как его нет в живых! – Миссис Маккейн разрыдалась. – Корабль, на котором он вез товар, затонул посреди океана! – Кейт и Роберт молча переглянулись, понимая, о каком товаре может идти речь. – Разумеется, вы об этом не знали, – в голосе матери послышалась злость, – ведя разгульную жизнь на другом острове и устраивая притоны! Ваш знакомый подробно нам все описал! И после этого у вас хватает совести явиться сюда и строить из себя порядочную женщину?! Бесстыдница! Вы и замуж посмели выйти без родительского благословения, неизвестно за кого!

– Миссис Маккейн, при всем уважении… – начал было капитан, но женщина замахала руками, едва не срываясь на крик:

– Вас я вообще не желаю слушать! И не хочу вас обоих видеть в своем доме! Убирайтесь!

– А как же мое приданое? – растерялась Кейт. – А завещание? Отец должен был мне хоть что-то оставить…

Миссис Маккейн позвала горничную, и та через некоторое время принесла аккуратно сложенный документ, который женщина в сердцах швырнула в лицо дочери:

– По завещанию вашего отца вы получили бы этот дом и все имущество, если бы не вышли замуж! Таковы были его условия. А поскольку вы успели обзавестись мужем, усадьба переходит к старшему сыну вашей сестры Анны. Что до приданого, – она мстительно улыбнулась, – то всю сумму я передала брату вместе с письменным благословением на ваш брак. А вы истратили деньги на шлюх!