Госпожа Вольтури - Яна Бендер

– Люциан, – прошептала я, следуя за ним.

– Доверься мне, как прежде, – напомнил он, подхватив меня над землёй, обвив моими бедрами свой обнаженный торс, унося в сердце полянки, где мы были только вдвоем под лунным светом, что обнажал наши и без того беззащитные тела.

Ликан бережно уложил меня на траву, покрывая возбуждённую плоть огненными поцелуями, заставляя меня извиваться под его тяжестью.

– Ты так прекрасна, особенно, когда на тебе нет символов Вольтури, – заметил он.

– Особенно, когда на мне совсем ничего нет, – поправила я.

Он целовал мою шею, первые несколько пар рёбер, а я чувствовала себя лакомой косточкой свирепого пса, как бы забавно это не звучало. Я обхватила его голову руками, запутав свои пальцы в его волосах, позволяя желанию внутри меня перерастать из крохотной искры в кипящее адское пламя.

– Скажи мне, что ты меня любишь, – взмолился он, остановившись на мгновение.

– Я тебя ненавижу, – с кокетливой улыбкой, требующей продолжения нашего безумия, ответила я, скрыв истину под игривой шуткой.

– Тоже неплохо, – огрызнулся он, вернувшись к прерванному занятию.

Теперь уже я не владела собою, а моя кожа воспламенялась от каждого его прикосновения. Он был везде: снаружи и внутри, ворвавшись в пространство меж моих костей, когда моё ожидание, на мой взгляд, несколько затянулось. Лишь потом я осознала, что он всё делал с точностью до секунды – ровно столько, сколько мне было нужно.

Я зажала в своей груди протяжный стон, что был вызван неукротимой волной горячего тягучего наслаждения, которая захватила в плен мою плоть. Этого было достаточно, но осознать то, что наступил конец я ещё не могла, как и позволить ему остановиться. Нет, не сейчас. Мне было его мало, как и всего неба, что безразлично смотрело на нас сверху, предвещая первыми светлыми проблесками скорый восход солнца.

Люциану, казалось, не хватало воздуха, как и мне. Я лишь, забыв обо всём, вцепилась ногтями в его спину, оставляя слегка окровавленные потёки на его теле, вновь и вновь выгибаясь навстречу ему. Его стон отзывался глубоко во мне. Голос ликана слегка дрогнул: то ли от боли, то ли от вожделения, но теперь уже я поймала себя на мысли, что на сегодня достаточно, ведь скоро яркие полосы зари застанут нас врасплох.

– Люциан… – тяжело глотнула я воздух, когда он опустился рядом на траву, захватив меня по-хозяйски в свои объятия.

– Даже если ты меня ненавидишь, я всё равно тебя буду любить, – прошептал он, восстанавливая ритм своего дыхания.

Аро так редко был со мной, исполнял супружеский долг, что я тосковала по нему. Конечно, для существа, прожившего на земле почти две тысячи лет, это должно быть совершенно незаметной мелочью, но, как я поняла со временем, это было, пожалуй, одним из основных развлечений для бессмертного создания вроде меня.

– Вот-вот наступит рассвет, – повернув к нему голову, заметила я.

– Тебе больше незачем бояться солнца, – напомнил он.

– Ты обещал переезд в замок…

– Ты так к ним привыкла, – он слегка оскалил клыки.

– Не думай обо мне, как об избалованной аристократке, – попросила я, ложась на бок, проводя пальцем по его груди.

– И не собирался, – честно ответил он, слегка подавшись вперёд, касаясь устами моих губ, возвращая меня на секунду в сладкие воспоминания о сегодняшней ночи.

– Поехали обратно, – предложила я, ровно садясь на траве.

– Тебе не помешало бы одеться, – поровнявшись со мной, произнёс он, а после подал мне то, что было снято в порыве страсти и горячих эмоций.

Через полчаса мы вернулись в деревню, на окраине которой Люциан, вновь вернувшись в человеческое тело, набросил на себя плащ, оставленный здесь, и, запахнувшись, повёл меня в дом.

Первые солнечные лучи заглядывали в окна. Я сбросила с себя одежду, что испачкалась в зелени травы и немного в песке.

Ванная комната выглядела довольно обшарпанной, я бы даже сказала, холостяцкой, но при этом обладала каким-то шармом, что окутывал таинственным ощущением забвения и пустоты. Бетон и темная серая штукатурка покрывала стены. Я включила воду, перекрыв отток пробкой на сточном отверстии, закрыв жалюзи на маленьком окне.

Люциан тихо приоткрыл дверь, остановившись в проёме, следя за каждым моим движением.

– Тебе не стыдно? – спокойно и почти равнодушно спросила я, всё ещё не поворачиваясь к нему.

– Я потерял это чувство, когда был зачат, – слегка усмехнувшись, я слышала это в его голосе, ответил он.

Теплая вода заполнила ванну ровно на половину, я же медленно и довольно вызывающе, перешагнув через бортик, опустилась в приятную жидкость.

– Ты напрашиваешься, – предупредил он.

– Хочешь стать моим палачом? – улыбнулась я, подняв, не сгибая, ногу над уровнем воды.

– Ты ведь меня терзаешь столько лет… – он оттолкнулся плечом от дверного проема, делая шаг вперёд, а после, опускаясь на колени возле ванны, опираясь на бортик, проводя тыльной стороной ладони по моему плечу.

– Даже не думай, – кокетливо отказалась я. – Хватит с тебя и прошлой ночи.

– Я буду ждать тебя внизу. Нам скоро нужно отправляться, – напомнил он, покидая меня.

К полудню мы переехали в замок Виктора, что впрочем теперь являлся одной из основных резиденций ликанов. Машина въехала в ворота, остановилась по середине двора, а Люциан, подав мне руку, вывел на улицу.

– Что будет дальше? – уточнила я.

– Я займусь твоим воспитанием, – сухо ответил он.

– Что же я опять натворила? – игриво прозвучал мой голос.

– Ты не поняла. Я научу тебя сражаться, несмотря на твою человеческую беспомощность, – пояснил он.

– Хочешь сделать из меня Соню? – догадалась я, пока он, подойдя к деревянному столу в одной из ветхих построек, что находились за высокими каменными стенами замка, открыл один из чемоданов и начал собирать какое-то оружие.

– Соню? – уточнил он. – Нет. Я благодарен тебе за то, что ты и твои друзья однажды воскресили её, но за время, пока она снова была со мной, я понял, что больше не способен испытывать к ней какие-либо чувства. Она была слишком… Холодная. В ней не было того шарма, который скрыт в тебе, – он отложил своё занятие и провел пальцами по моей щеке.

– Что это? – спросила я, кивнув в сторону предмета, похожего на автомат.

– Это? Ох, как много тебе нужно рассказать… Хорошо, начнем с этого. Эта, с твоего позволения, пушка, была изобретена учёными, которые работают на меня. Она излучает ультрафиолет.

– Но зачем?

– Помнишь, потомки Виктора не