Дождь в наших сердцах - Кристи Грей

Я: Спасибо за отзывчивость. И за помощь.

Больше я не знала, что писать… было неловко. Необычно.

Внезапно раздавшийся звонок в дверь квартиры заставил меня вздрогнуть и выбросить из рук телефон. Снова! Кто на этот раз?

— Лаура, открой пожалуйста, у меня руки грязные, я мариную курицу! — кричит с кухни тётя, и я вынужденно поднимаюсь с кровати.

Пришлось остановиться через несколько шагов. У меня закружилась голова и потемнело в глазах. Такое бывает, когда долгое время не встаёшь с кровати. Держась за стенку, я медленно передвигалась по коридору.

Достигнув цели, я поднялась на носочки, чтобы взглянуть в глазок.

И щёки заболели от широкой улыбки. Я улыбалась, потому что увидела там Аарона, и той тоски, что была несколько минут назад, будто и не было. И так происходит всегда. Аарон — целитель всех ран: и внутренних, и, уверена, внешних. Мне стоит просто увидеть его глаза цвета морского шторма. Раньше они казались мне страшными, пугающими временами, — особенно, когда он злился, — сейчас же я нахожу их своим умиротворением.

Вот только что-то мне не нравилось в его глазах сейчас. Именно сейчас в них была злость и волнение.

Я без раздумий открыла дверь.

— Блядь, Лаура, — выдохнул он, а я прокашлялась.

— Не ругайся! Лили дома, — прошептала ему, прикладывая палец к его мокрой губе.

— Что произошло? — на выдохе спрашивает Аарон.

Я вскидываю бровь и наклоняю голову, не переставая смотреть на него.

— Ты о чём?

— Блядь, Лаура, — уже тише говорит он, смотря в сторону кухни и снова на меня. — Ты прислала мне сообщения. У меня была отвратительная связь, чтобы ответить, но я прочитал их. И я чуть не сошёл с ума, Лаура. Кто к вам приходил и почему ты испугалась?

— Лаура, кто там? — спрашивает с кухни тётя, и я не успеваю ответить, за меня это делает Аарон:

— Это я, мисс Лили.

— Аарон, мальчик мой, а я курицу готовлю, будешь?

— Нет, благодарю.

Парень хватает меня за руку и уводит в комнату. Быстро оглядывает её, мою не заправленную кровать, отчего я чувствую себя неловко, и садится на неё, а следом тянет меня за собой, усаживая на свои колени.

И я выдыхаю.

Только сейчас чувствую себя очень хорошо. Очень спокойно.

— Я испугалась, потому что думала, что это Юджин… или они. Но это была Эрика.

— Эрика? — хмурится.

— Да. Она пыталась мне объяснить, что между вами ничего не было, пыталась помириться. Но я… не захотела её слушать. И вот теперь думаю, правильно ли я поступила…

Большая и холодная рука после улицы легла на мою поясницу. Я вздрогнула оттого, насколько холодными были его руки. Аарон забрался прямо под мой свитер, чтобы погреть их об меня!

— Если чувствуешь, что правильно, — значит, правильно.

— Не знаю, что я чувствую. Кажется, что я не права. Между вами действительно ведь ничего не было, а я поругалась с ней просто из-за того, что… ты помог ей. Это глупо, да?

— Лаура, на самом деле, Эрика не так проста. Она хитрая девушка. Она много раз флиртовала со мной, пока ты не видела. Может, не с той целью, о которой ты думаешь, но это было. И это странно — делать подобное.

— Значит, я поступила правильно?

— Я тебе не указ, родная.

— Ты мой маяк, Аарон. И я… советуюсь.

— Я считаю, что правильно, да. Потому что Эрика не понравилась мне с самого начала, и Элизе, между прочем, тоже. Но твоя тоска объяснима. Это тяжело, когда близкий человек, которого ты давно знаешь, предает.

Я прижалась к нему и, вздохнувши, опустилась на его плечо.

— Я бы хотел поговорить с тобой, родная, — его голос внезапного меняется со спокойного на более серьёзный. И я напрягаюсь. И, замечая его, Аарон интенсивнее поглаживает мою спину.

— О чём? — сглотнула я и подняла глаза на него.

Что-то мне не нравилось. Я чувствовала что-то не то.

— Я не хотел говорить об этом раньше, потому что решил дать тебе время, чтобы ты отошла от случившегося. Сейчас пора, потому что непонятно, что будет дальше.

Я поняла, о чём он.

— Неизвестно, что Юджин сделает следующим. Тебе нужно поговорить с тётей, Лаура. Поговорить с её мужчиной, у которого огромные связи в нужных органах. Это нельзя держать в тайне от них и спускать ему всё с рук. Ты понимаешь меня, родная?

Аарон говорил грубо, настойчиво, стараясь давить на нужные точки во мне. Но он не переставал меня касаться.

— Я не могу.

При мысли о том, что Лили всё узнает, у меня начинается паника. Самая настоящая, не выдуманная.

— Лаура… это нужно.

— Нет!

Я надавила на его плечи, чтобы встать, но Аарон не позволил. Он сжал мою талию и усадил обратно.

— Не будь капризной и не убегай от меня, Лаура. Ты знаешь, что это сделать нужно. Ты должна всё рассказать тёте.

— Не сейчас, Аарон…

— А когда? — громче спросил он, теряя терпение.

Я его понимала… Не винила…

— Не знаю, но не сейчас.

— Ладно.

Серо-голубые глаза посмотрели в сторону.

— Пообещай, что ты ничего не сделаешь и не скажешь, Аарон.

Парень молчал и лишь сжимал челюсть.

— Аарон! Пообещай!

Сглотнул.

— Обещаю.

42 глава. Мне пришлось солгать

Я солгал.

Мне пришлось обмануть самого дорогого мне человека — Лауру.

Любовь — это прежде всего забота.

Как говорят… ложь во благо? Наверное, это именно тот случай.

Я чувствую себя чертовски отвратительно, потому что мне пришлось соврать, прямо глядя ей в глаза. И это была моя самая первая ложь в жизни, от которой я испытываю страх и стыд.

Лаура доверилась мне, а я уверен, что подорвал это доверие. И пусть я знаю, что от того, что я сделал, всё может измениться в лучшую сторону, чувство того, что я поступил неправильно, не покидало меня.

Больше недели я мучил себя мыслями и различными вариантами исхода событий. Худший — Лаура перестанет со мной общаться. Лучший — это решит все проблемы, и мы, главное Лаура, будем счастливы.

Мне трудно представить, как будет вести себя Лаура. А еще труднее — её тётя. Я толком не проработал свой план, даже не толком, а совсем не проработал. Просто знал, что должен поступить так, должен всё рассказать.

От этого и вправду зависит едва ли не вся жизнь Лауры.

И чем дольше она молчит — тем больше обидчики вокруг неё начинают