Горячий Генерал или Дневник путешественницы во времени - Марина Де Бурбон

Баян выглядел смущенно от такого внимания в его сторону, явно не осознавая, чем вызвал такой сильный отклик в наших сердцах.

— Я не прощу себе этого. Потому, — тихо сказал Тогон, — я нашел выход, я его нашел.

Я с надежой взглянула на императора. Его Величество подошел ближе к решетке.

— Баян, ты должен пойти к Гвиби и встать перед ней на колени и просить прощения за покушение на нее, еще ты должен признать принца Аю наследным принцем, отказавшись от того, что поддерживал Маху в прошлый раз. Ты скажешь, что хочешь удалить его от двора, отправив в ссылку в Коре, как меня в детстве.

— Что? — возмутился Баян, — никогда! Я Баян из клана Меркит! Степной волк! Канцлер Великой Юань, склонюсь перед женщиной, служанкой из Коре? Я потеряю свою честь? Возьму свои слова назад? Смерть станет моей единственной славой, я не стану унижаться!

— Баян, ты должен, — Тогон сжал своими белыми длинными пальцами прутья решетки, — ради меня. Прошу, хочешь я буду умолять? Не оставляй меня.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. В этот момент по ступенькам застучали чьи-то сапоги. Мы все обернулись. Это был Тал Тал. Баян облегченно вздохнул.

Тал Тал ни на кого из нас не взглянул. Его лицо словно окаменело. Он слегка поклонился императору. Тогон отшатнулся от решетки и Тал Тал обратился к Баяну:

— Господин, — голос Тал Тала звучал непривычно равнодушно, — Вы действительно должны сделать то, о чем просит Его Величество. Тем более, что Гвиби Ки согласна пойти на это. Я только что от нее, и она сказала, что готова принять ваши извинения в обмен на вашу жизнь. И она примет вас в тронном зале в час мин сегодня. Вы готовы?

Я и император умоляюще посмотрели на Баяна.

— Святые небеса! Будьте вы все прокляты, я, я! Ладно, покоряюсь вам, — воскликнул Баян и отвернулся, скрипнув зубами, — я потом лично привяжу каждого из вас к хвосту моей лошади и протащу через всю степь, даже вас, Ваше Величество!

— Да, да, Баян, так и поступишь, — Тогон облегченно вздохнул.

Тал Тал подошел ко мне, словно только что заметил.

— Пойдем, — тем же каменным голосом сказал он, — нужно поговорить.

— Да нужно, — ответила я.

Мы вышли и молча направились в покои. Двери с глухим стуком захлопнулись, как только мы вошли. Тал Тал велел слугам покинуть нас. Вместо того, чтобы поговорить в кабинете, Тал Тал повел меня в спальню, выглянул в окно и прикрыл ставни, будто убедившись, что нас никто не подслушивает.

Сам он встал напротив двери, и мне почему-то показалось, что он хочет тем самым преградить мне выход.

— Что происходит? — прямо спросила я.

— Сейчас поведаю, — ответил Тал Тал, он прошествовал к столу, налил себе из графина воды, выпил и спросил, — не хочешь выпить?

— Нет, — я скрестила руки и с недоумением посмотрела на него.

— Ты не доверяешь мне? — с усмешкой спросил он.

— Это спорный вопрос, — туманно ответила я.

— Мату, я все расскажу тебе, — он со стуком поставил стакан на столик, — но обещай, что не будешь вмешиваться, сопротивляться и что ты будешь на моей стороне.

— Я не могу этого обещать, — сказала я и сама поразилась этому.

Похоже, какая-то часть меня соображала быстрее, чем даже я могла вообразить. Наверно, это и называется диссонанс. Я напряглась, словно пружина и в ушах отдавался тонкий мелодичный звон. Должно быть, еще чуть-чуть и пружина распрямится. Выдержу ли я это?

Тал Тал посмотрел на меня исподлобья.

— Сегодня я разговаривал с Гвиби Ки, она сказала мне, что так дальше продолжаться не может и война должна прекратиться. Она хочет мира во дворце.

— Вот как, — похолодев спросила я, — и каким путем?

— Кто-то должен умереть. Один не сможет жить, пока жив другой.

— Звучит как пророчество из Гарри Поттера, но шутки в сторону, Тал Тал, — позвала я, но он не смотрел на меня, — скажи, это правда, что ты голосовал за Гвиби Ки, когда выбирали регента?

Он странно улыбнулся.

— Да, но я не думал, что ты поймешь. Тебе невдомек мои причины.

— Так расскажи их, будь добр, — усилием воли я сдержалась, чтобы не начать истерику.

— Да я голосовал за Гвиби. И много еще чего сделал.

— Например, составил компрамат?

— Да. Это я сделал. Написал его и передал Гвиби Ки.

— Как такое возможно, Тал Тал? — мои ноги словно приросли к полу и я даже не могла пошевелиться, — ты обманываешь меня сейчас? Это какая-то игра? Ты что-то затеял, чтобы спасти Баяна? Затесался шпионом в ряды Гвиби?

— Да нет же, я затесался шпионом в ряды господина Баяна.

— Это не так! — воскликнула я.

— Это так! — тоже вдруг сорвался он, его глаза враз покраснели от едва сдерживаемых слез, — я был бы верен Баяну до конца, если бы он не хотел погубить империю, народ! Он никогда не слушал меня! Он не разбирается в политике и хочет перебить половину китайского населения, ты знаешь об этом?!

— Что еще за бред! — еще более повысила я голос, — очнись, Тал Тал, это же Баян! И он твой дядя! Твой родной человек!

Я уже проглотила слова об одной душе на двоих. Неужели Тал Тал не видит, что Баян слепо верит ему?

— Да как ты вообще мог?! — я подошла и, не сдержавшись со всей доступной мне злостью, взглянула в лицо Тал Тала, — ты предал нас! Ты предал всех нас!

— Пусть ты называешь это предательством, но Гвиби Ки…

— Гвиби Ки! Эта аморальная стерва! — завопила я, мало контролируя себя, — что она тебе сказала такого, что ты переметнулся к ней? Она пообещала тебе должность канцлера? Я всегда знала, что твое подобострастие к ней не закончится хорошо.

— Мне не нужна должность!

— Ты врешь!

— Ты должна поверить мне, ты ведь всегда была более разумной, чем другие, посмотри сюда, — Тал Тал лихорадочно высунул какую-то тетрадь и показал мне.

— Что это за дрянь? — брезгливо спросила я.

— Это записи Баяна, он здесь написал план по подавлению ханьского бунта, твоих людей кстати, секта Белый Лотос, здесь он пишет, что вырежет всех людей с фамилией Чжан, Ван, Лю, Ли, Чжао, а это половина населения империи, это же варварство!

— Варварство? — я дико расхохоталась, выхватила тетрадь из рук Тал Тала, — я сейчас покажу тебе, что такое настоящее варварство.

С трудом я разорвала тетрадь