Дикая роза - Альберто Альварес

В этом месте Роза поморщилась, и Дульсина, заметив это, повысила голос:

— Да-да, не веришь мне, спроси у самого Рикардо: была ли у него Леонела ночью?

— Тебе никогда грузовик в физиономию не наезжал? — задумчиво спросила Роза.

Но Дульсину, только что прошедшую азы тюремной школы, этим нельзя было смутить. С какими-то даже уголовными, в камере приобретенными интонациями она продолжала:

— А ты рот разинула. Тебе сказали, что на кактусе одни цветы цветут, ты и поверила?.. Сколько ты здесь работаешь?

— Да недолго.

Дульсина с издевкой смотрела на нее:

— Но наверное достаточно, чтобы сообразить, как тебе эта работа досталась?

— Мне ее Рохелио нашел по газете. Дульсина демонстративно расхохоталась.

— А того не поняла, что Рикардо дает деньги своему другу дону Анхелю, чтобы он тебе их под видом зарплаты отдавал?

— Это неправда, — с достоинством сказала Роза.

— Нет, это правда. И правда то, что ты всего лишь нищенка, которой подают.

— Ты сейчас отсюда живо вылетишь, — пообещала Роза.

— Да я сама уйду. О чем мне с такой, как ты, разговаривать? Желаю тебе удачи.

Она зло рассмеялась и пошла к выходу. Роза с досадой отшвырнула ни в чем не повинную игрушку.

— Я надеюсь, ты пришел за деньгами, а не за поцелуями, — сказала Ирма, отстраняясь От Федерико, пытавшегося поцеловать ее в шею.

Они вошли в комнату, и первое, что увидел Федерико, — была пачка ассигнаций, лежащая на столе.

— Это для меня? — спросил он.

— Конечно. Можешь взять.

Он уложил деньги в портфель, который специально для этого принес с собой. Поблагодарил. Потом, помявшись, сказал:

— Ты дала мне больше чем деньги. Ты дала мне надежду. Она вопросительно подняла брови.

— Если бы я был тебе совсем безразличен, ты бы отказала мне. А теперь у меня есть надежда.

Она сделала шаг к двери, давая понять, что его визит к ней закончен.

— Ты получил то, что просил. Прощай, Федерико.

По дороге домой он подумал о том, что некоторую часть своих проблем он, во всяком случае, с помощью этих денег решит.

В кабинете он бросил портфель на стол и, отодвинув в сторону письменные принадлежности, вытряхнул из портфеля деньги. Но, распечатав первую пачку, он застыл в недоумении. В пачке были пустые банковские бланки!

В ярости он принялся рвать их. Потом бросился к телефону и срывающимся пальцем стал крутить диск. Разумеется, попал не туда.

Когда же он все-таки дозвонился до Ирмы, она, услышав его голос, весело расхохоталась:

— Ну как, ты теперь богат, Федерико? Я поздравляю тебя от всей души!

Он послал ей проклятие и пообещал, что она его еще вспомнит. И с рыданиями бросил трубку.

Зажимая телефонную трубку так, чтобы никому не было слышно, о чем он говорит, дон Анхель с тревогой сообщил Рикардо о посещении магазина его сестрой.

— Она рассказала Розе о нашем сговоре. Роза рвется ко мне в кабинет.

Рикардо стал умолять друга, чтобы он не сознавался в том, что деньги на Розину зарплату давал Рикардо.

— Иначе я снова ее потеряю!

Но Анхель отвечал, что не умеет врать и что устал ходить по острию ножа. Роза неглупая, и лучше ей все рассказать. Он обещал сообщить Рикардо о разговоре с ней.

Роза вошла в кабинет печальная. Даже то, что дон Анхель был сегодня в ее галстуке, не улучшило ее настроения.

Она прямо спросила у хозяина, правда ли то, что сказала ей Дульсина Линарес о деньгах, которые платил ей дон Анхель каждый месяц в виде зарплаты.

— Да, Роза, не хочу тебя больше обманывать — это правда. Она тихо заплакала.

Дон Анхель стал объяснять ей, что бывает ложь во спасение.

— Рикардо всегда любил тебя и не мог оставить без средств после того, как ты отказалась от денежной компенсации при разводе.

— Когда любят, не врут, — твердила она сквозь слезы.

Ей казалось обидным, что она получала столько же, сколько опытные продавщицы — это выглядело как милостыня. Как теперь она будет смотреть в глаза Рикардо? А тут еще эта жаба продолжает жить у него!

Но Анхель видел, что буря уже прошла. Он сказал, что, вместо того чтобы сердиться на Рикардо, она должна быть благодарна ему.

— Ах, я же еще и благодарить должна, — ворчала Роза. Но кончилось тем, что она сама поблагодарила дона

Анхеля за добрые разъяснения и… за то, что он надел ее любимый галстук.

Он ответил, что теперь это и его самый любимый галстук.

Рассказывая Леонеле и Леопольдине о своем посещении магазина игрушек, Дульсина использовала победные интонации, и у слушательниц создалось ощущение, что ее разговор с Розой должен принести свои плоды.

Леопольдина прямо-таки восхищалась ею.

Леонела спросила Дульсину, рассказала ли она Розе о том, что Леонела ночью была у Рикардо.

— Я даже сгустила краски, — ответила Дульсина. Все три собеседницы рассмеялись.

— Она чуть не швырнула мне в лицо игрушечный грузовик, — пожаловалась рассказчица.

— Как родилась дикаркой, так и умрет. Оставалось ждать результатов этого похода Дульсины. …Как бы они удивились, если бы могли сейчас заглянуть на склад магазина игрушек.

Примчавшийся в магазин Рикардо покаянно рассказывал Розе, как они трое — он, Рохелио и дон Анхель — придумали свой план.

— Трое против одной! — укоряла его Роза.

— А как еще мы могли помочь тебе, зная твой характер? Она сокрушенно покачала головой:

— Все прощаю тебя да прощаю — устала даже…

— Ах, Роза, ах жизнь моя! — засмеялся он и обнял ее. Они стали целоваться, и заглянувшая на склад Малена

была шокирована и побежала жаловаться дону Анхелю.

— Роза Гарсиа на складе с мужчиной целуется! — крикнула она, едва вошла в кабинет.

— Не понял…

— С этим другом вашим! С Рикардо Линаресом! Он строго посмотрел на нее:

— Оставьте их в покое. Разве вы не знаете, что они муж и жена?

Малена ахнула и удалилась.

Подруга Ирмы Дельгадо Ольга с самого начала была в курсе ее замысла и знала, что в ответ на свою просьбу о деньгах Федерико Роблес получит то, что в уголовном мире называется «куклой».

Ей не было жалко лиценциата. Более того, она полагала, что он заслуживает гораздо более сурового наказания, и она не одобряла Ирму, казалось испытывавшую полное удовлетворение и чувствовавшую себя полностью отмщенной.