Впотьмах - Людмила и Наталья Корниловы

— Как я понимаю, это была психотерапия?.. — слабо улыбнулась Лидия.

— Это был опыт, сын ошибок трудных.

— Ну, поговорили на отвлеченные темы — и хватит… — вмешался в разговор Эж. — Лидия, что тебе сказала нирида? Не просто же так ты повела нас сюда!

— Если честно, то из того, что она мне сказала, я многое не поняла, расскажу, что есть…

— Как ты ее понимаешь?

— Не знаю, но такое впечатление, будто бы мы мысленно переговариваемся друг с другом. Правда, нириду понять непросто — она говорит достаточно медленно, и многое в ее словах воспринять достаточно сложно…

Как мы уже знали из слов Лидии, нирида заскочила к нам в лодку за пропитанием для своих детей. Лидию она отвергла сразу: как нам и говорили рыбаки в поселке, нириды никогда не трогают беременных женщин и маленьких детей — похоже, в этом смысле эти водные чудища гораздо благороднее и гуманнее некоторых людей. Именно потому нирида и утащила Эдуарда: по разумению этой водной жительницы, если самец пытается расправиться с беременной самкой, то этим он нарушает законы мироздания, а потому ему прямая дорога к ее детям в качестве основного блюда на обед. Меня она не тронула потому, то я кинулась на помощь Лидии, а Эж, как ей показалось, сам рад был броситься на подмогу нам обоим, а значит, по логике нириды, его можно было оставить в живых как того, кто способен заботиться о своем потомстве. А еще тогда же нирида поняла, что она и Лидия — они могут понимать друг друга, и это стало еще одной из причин не трогать ни ее, ни нас. Как видно, нирида посчитала Лидию пусть и не ровней себе, но чем-то вроде тех, кому свыше дано понимать язык водных обитателей, а таких среди людей почти не встречается. Более того: в равнодушном голосе нириды Лидия с удивлением заметила нечто вроде оттенка симпатии…

Именно потому, когда нас при попытке бегства постарались нагнать на лодке преследователи — потому Лидия и попросила Эжа направить лодку к противоположному берегу: она была уверена, что нирида нас не тронет. Что давало ей подобную уверенность — этого нам Лидия не сказала, просто пожала плечами: дескать, не сомневалась, и все.

А еще Лидии отчего-то хотелось еще раз увидеть ту, которая убила человека, которого она когда-то так сильно любила. Уже оказавшись на этом берегу, Лидия позвала нириду, и когда та пришла, то в душе девушки появилось множество эмоций, и вначале она даже не могла понять, какие чувства она испытывает при виде нириды. В то же самое время Лидия поняла, что любой вопрос об Эдуарде может вызывать у обитательницы вод неоднозначную реакцию, и потому она так и не сказала нириде ничего о своем погибшем ухажере. Вместо этого Лидия, неожиданно для себя, попросила ее помочь нам покинуть это место. К сожалению, помочь нам нирида не могла, или же не пожелала это сделать. Единственное, что она сказала, так только то, чтоб мы шли к тропе на водопой — мол, там иногда ходят люди, но это не рыбаки. Да и на ту сторону реки, в поселок, эти люди никогда не ходят, и даже стараются не подходить близко к берегу…

— Наверное, вполне обосновано опасаются нашу общую знакомую… — усмехнулся Эж.

— Может быть… — не стала спорить Лидия.

— И это все, о чем вы поговорили?

— Почему же… Нирида сказала, что она сама не так давно родила нескольких малышей, но выжили только трое, и теперь она делает все, чтоб их сберечь. Если принять во внимание, что это у нее вторые роды, а при первых все дети умерли… Если я правильно поняла, то у этих чудищ рождается всего по нескольку детенышей, только вот с выживанием молодняка дело обстоит сложно. А еще ее самца убили…

— Кто? Когда?

— Не знаю, но когда она говорила об этом, то ее голос был окрашен столь негативными эмоциями, что я просто не решилась переспрашивать.

— А еще о чем говорили?

— О разном… — уклонилась Лидия от ответа.

— Значит, говоришь, на твою просьбу покинуть эти места нирида посоветовала нам идти к этой тропе… — задумчиво произнес Эж. — И, по словам этой водной особы, здесь иногда ходят люди, и это не рыбаки… Интересно, кто это такие? Если верить тому, что нам рассказали в поселке (а не доверять их словам у нас нет оснований) на эту сторону никто из тамошних жителей не суется — достаточно вспомнить, что лодка, которая погналась за нами, на середине реки повернула назад, хотя догнать нас им ничего не стоило. Интересно…

— Это как сказать… — буркнула я.

— А в поселке об этих людях, похоже, ничего не знают… — Эж потер лоб ладонью. — Не нравится это мне, ну да ладно. Иного выхода у нас все одно нет, пошли, поищем здешних лесных жителей.

— Знать бы еще, где их искать… — вздохнула Лидия.

— Для начала пойдем по тропе…

— Почему именно по ней?

— Девушки, милые, когда же вы у меня станете хоть немного внимательней?.. — покачал головой Эж. — Если вы оглянетесь, то увидите, что за холмиком, на котором мы в данный момент сидим, начинается небольшой спуск, а потом вновь идет низина, то есть начинается болото. Выходит, единственное место, по которому можно спокойно ходить — это та сама тропа, возле которой мы с вами находимся. Значит, иного пути тут нет, вот и пойдем по нему, а дальше будем действовать по обстоятельствам. В общем, дорогие мои спутницы, следуйте за мной.

— Да мы и не возражаем. Главное, нам на этой тропе с каким-нибудь зверюгой не столкнуться.

— Я, знаете ли, тоже не любитель подобных встреч.

Тропа, по которой мы отправились, шла среди кустарника и высоких деревьев. Несколько раз при нашем приближении в стороне взлетали испуганные птицы — я, разумеется, могу и ошибаться, но судя по их реакции, люди сюда захаживали не так и редко.

Трудно сказать, сколько времени мы шагали по утоптанной земле — на мой взгляд, это продолжалось не так и долго, но внезапно Эж остановился, принюхался, а потом повернулся к нам.

— Чувствуете?

Я втянула ноздрями насыщенный свежестью воздух. Хм, а ведь Эж прав — чуть тянет гарью. Неужели где-то пожар? Только этого нам еще не хватало!

— Похоже, где-то