Восьмой Артефакт - Tomok0

— Стрит-флеш! — невозмутимо провозгласил дилер, раскладывая карты. Возгласы удивления и разочарования смешались в один неистовый вздох толпы. Раздались аплодисменты. Гермиона не понимала, что произошло. Она лихорадочно вглядывалась в лица игроков, но ничего не могла по ним прочитать. Внезапно Джарван резко поднялся, подхватил свою волшебную палочку со стола и направился к выходу из зала. За ним неуверенно посеменила его блондинка Элена, оглядываясь на солидных магов в надежде поймать их заинтересованный взгляд.

— Мистер Малфой выиграл, — она услышала голос гоблина. До неё даже не сразу дошёл смысл сказанного.

Гермиона пораженно смотрела на Драко, а тот ухмылялся ей в ответ. Он взял несколько фишек и положил на стол перед дилером:

— Это вам.

— Премного благодарен, — бесстрастно ответил гоблин, едва удостоив щедрого посетителя взглядом.

Драко шёл к ней, то и дело останавливаемый магами, которые поздравляли его и восхищались игрой. Наконец, он приблизился к ней, всё ещё ухмыляясь.

— Вот и всё, — проговорил он ей на ухо.

— Давай уйдём отсюда, — прошептала она, ощущая слабость. Он учтиво предложил ей локоть, и она крепко вцепилась в него. На ватных ногах Гермиона шла к выходу из казино, всё ещё не осознав до конца, что произошло. От нервного напряжения её мутило, и когда они вышли на улицу, она вдохнула влажный тёплый воздух и внезапно стала оседать на землю. На несколько мгновений она потеряла сознание, а очнувшись, обнаружила себя в объятиях Драко, который с волнением смотрел на неё.

— Что с тобой? — он нахмурился, глядя на неё.

— Переволновалась, — она попыталась высвободиться и встать на ноги, — очень душно, давай отправимся на остров.

Он кивнул:

— Обними меня за шею, я аппарирую, — она обхватила его руками и почувствовала рывок.

Когда она открыла глаза, они были уже на вилле. Здесь были охлаждающие чары, и Гермиона сразу почувствовала себя лучше. Драко опустил её на кровать и сел на край постели, внимательно глядя на неё.

— Что всё-таки случилось?

— Перенервничала, должно быть, — она положила ладонь на лоб. — И там было так душно.

— Перенервничала? — с сомнением протянул Драко.

У Гермионы вдруг появились силы:

— Да, представь себе, я переживала! Мерлин, я уже была готова отдать спальню твоим родителям…

— Что-что? — переспросил он, с трудом сдерживая смех. — Какую спальню?

— Мою, Драко! Ты проиграл всю свою недвижимость и уже собирался расстаться со своим домом на Итон-сквер! И я уже подумывала, как мы будем жить дальше, переживала, что твоим родителям будет неприятно жить у меня, но выхода нет!

Он рассмеялся, так искренне и громко, что она поневоле тоже улыбнулась.

— Салазар, ты неподражаема. Ты действительно думала о моих родителях в такой момент? — он даже перестал смеяться, серьезно глядя на неё.

— Конечно, Драко! — ей казалось это таким естественным, что она откровенно не понимала, что его удивило. — Ведь если мы поженимся… они тоже станут мне семьей, я не могу не думать, что с ними будет, если вдруг они лишатся своего дома и денег.

Он с каким-то особым выражением лица смотрел на неё. Затем взял за руку и произнёс:

— Ты действительно невероятная. Ты думала о моих родителях, несмотря на… — он не закончил, поглаживая её ладонь большим пальцем. — Это очень важно для меня.

В следующий момент он снова рассмеялся.

— На самом деле, я проиграл бы только треть всего состояния. Так что спальню отдавать бы не пришлось, — он хитро сощурился. — И я же сказал тебе, что отыграюсь.

— Вот об этом я хотела бы с тобой поговорить, Драко Малфой! — Гермиона решительно села на кровати, подложив под спину подушки. — Это было безрассудство, безумство, сумасшествие с твоей стороны! Как ты мог играть такими суммами! Непреложный обет!.. О Мерлин и его потомки, ты же проиграл, и чудом отыгрался!..

Глядя в его смеющиеся глаза, Гермиона внезапно поняла.

— Мерлин и Моргана… — она пораженно уставилась на Драко. — Ты… ты сделал это нарочно? Ты специально проиграл Джарвану во второй игре? Ты видел, что он не блефует?

Он молчал, но хитрая улыбка растягивала его губы, подтверждая всё сказанное ею без слов.

— Драко, ты… Ты хоть понимаешь, что я там пережила? — она не находила слов. — А этот эмир?.. Он понял, что ты обвёл его вокруг пальца?..

— Вероятно, — сдержанно ответил Драко.

— Зачем ты это сделал? — прошептала она.

— Потому что могу, — внезапно жёстко ответил Малфой, — не переживай, их джинны трудятся, не покладая рук, выкачивая нефть из скважин, поэтому он может позволить себе иногда проиграть.

— Дело не в этом. — Гермиона ощущала смутное подозрение, что Джарван записал Драко в число своих врагов из-за этого проигрыша.

— Забудь, — сказал Малфой равнодушно. — Давай ложиться спать, завтра утром мы возвращаемся домой.

Гермиона кивнула, подумав, что даже рада, что им не придется оставаться на острове по соседству с Джарваном долго.

«Домой» — он сказал это так легко, и эта фраза согрела её. Теперь это «их» дом.

***Возвращение в Британию через портключ было неоспоримым преимуществом жизни в магическом мире. За несколько секунд можно было перенестись на расстояние в несколько тысяч миль без малейших следов усталости или дискомфорта. Правда, на этот раз Гермиона внезапно испытала неприятное ощущение в желудке, тошнота подкатила к горлу так неожиданно, что она судорожно сжала челюсти, молясь, чтобы неприятность не произошла с ней прямо в порт-центре.

— Ты в порядке? — спросил Драко.

Неприятные ощущения исчезли так же внезапно, как и появились, оставив после себя легкое головокружение, и Гермиона как ни в чём ни бывало кивнула.

— Ты побледнела, — заметил Малфой, подхватывая чемодан и направляясь к камину.

— Как ты это разглядел через загар, не пойму, — усмехнулась Гермиона, следуя за ним.

Остаток дня они провели, нанося визиты. Гермиона объявила родителям о том, что они с Драко намерены пожениться весной следующего года. Мама безумно обрадовалась за дочь и бросилась её поздравлять. Отец был более сдержан на слова, но Гермиона видела, что он рад за неё. Несмотря на прошлое Драко, родители Гермионы вошли в его положение и сочувствовали ему. Малфой был рад встретить понимание с их стороны. Это казалось ему невероятным, что кто-то вот так сразу принимает его историю без агрессии.

В мэноре Гермиона ощущала себя увереннее, чем в прошлый раз. Она вполне дружелюбно поболтала с Нарциссой, и с интересом выслушала мнение Люциуса о международной политике Бруствера. Когда они узнали о будущей свадьбе сына, миссис Малфой прослезилась от умиления (Гермиона ошарашенно поняла, что она это серьезно!), а Люциус отправил эльфа за бочонком огневиски. Нарцисса была весьма