Свет - Рейвен Кеннеди

– Совершенно верно.

Глава 57

Аурен

Есть что-то освободительное и волнующее в этом обоюдном порочном признании. Возможно, за меня говорит моя фейская сторона. Возможно, гниль, что укоренилась в моей душе. Но что бы это ни было, оно обращается к тому зверю, что живет у меня в груди.

Я с силой сжимаю член Слейда, срывая стон с его порочных губ.

– Заставь меня кончить, Слейд.

В его глазах вспыхивает огонек, и он цокает языком:

– Ты – моя пара. Моя женщина. Мой партнер. Но когда вопрос стоит о твоем лоне, то я здесь главный.

Я надменно вскидываю бровь, хотя от его слов внутри все переворачивается.

– А если я захочу распоряжаться твоим членом?

У него вырывается мрачный, хриплый смешок.

– А ты хочешь?

Я киваю и провожу пальцем по пульсирующей венке на его члене. Уже почти прикасаюсь к головке, но убираю руку и, смело смотря ему в глаза, облизываю ладонь, хорошенько ее смочив. Когда я снова обхватываю ладошкой его член, Слейд резко зажмуривается. Я вожу по нему рукой, массируя.

– Черт. Побери.

Я даже не пытаюсь скрыть улыбку, но потом чувствую, как из щели вытекает смазка и капает мне на живот. Снова и снова вытекает несколько капелек, и не знаю почему, но от этого вида, от того, как сильно я его возбуждаю, чувствую себя еще более могущественной, и совершенно по иной причине, нежели той, о которой упоминал Слейд. Из головки просачивается еще несколько капель, впитываясь в платье, и ткань прилипает к моей коже.

На сей раз языком цокаю я.

– Король Рот, взгляните, что вы натворили, – говорю я и, подняв палец, смахиваю несколько собравшихся на кончике капель. Слейд смотрит на меня горящим взором, когда я подношу палец ко рту и всасываю его. Чувствую на языке его соленый привкус и втягиваю щеки, а потом, чмокнув, вытаскиваю палец.

У него вырывается еще одно проклятие.

– Пытаешься меня прикончить?

Я снова улыбаюсь и обхватываю его член.

– Прикончить тебя? Учитывая то, чего я желаю, это будет мне точно не на руку.

Он сдавленно хихикает.

– Тебе-то уж точно на руку.

Я смеюсь, но вскоре осекаюсь, когда Слейд наклоняется и прижимает там ко мне свою ладонь.

– Я могу дать ровно столько же, сколько получу. Ты просто помни об этом, Золотая пташка.

Я вздрагиваю и сбиваюсь, отчего мои плавные поглаживания становятся сумбурными. А вот Слейд продолжает кружить и прижимать ко мне ладонь, не сбившись с ритма.

Юбка, которую он крепко прижимает коленом, ограничивает мои телодвижения, и от того его настойчивые ласки кажутся еще более яркими. Словно я чувствую все до мельчайших деталей: рубиновая ткань, пригвоздившая меня к кровати, жар его ладони, влажные пятна, оставленные им у меня на животе, и прохладные метки на сосках от его рта.

Вся эта теплая влага оседает на мне, как медленно скапливающийся конденсат. Он покрывает меня всюду: покрасневшие щеки, удерживаемые тканью бедра, руку, которой продолжаю ласкать его член, и на нем выступает еще одна капелька смазки, как капля росы.

Жаль, что я не могу наклониться и слизать ее.

– Не дразни меня, – говорю я, снова пытаясь приподнять бедра, чтобы он надавил сильнее. – Я хочу кончить.

– Правда? – говорит он столь же неторопливо.

– Да, – пытаюсь выдавить я, хотя это больше похоже на хныканье. Слейду удается так быстро вызвать у меня отчаяние, что это напоминает заклинание, которое может наложить только он. Я никогда так не терялась в вожделении, как сейчас, с ним. И вдруг, как по волшебству, он начинает двигать рукой быстрее и сильнее. Я стону, выгнувшись дугой, чувствуя, как подхожу к пику…

– Нет!

Внезапно он убирает руку, и вместе с ней меркнет мой оргазм.

Я испепеляю Слейда взглядом, шумно дыша, словно только что пробежала пять лестничных пролетов.

– Почему ты остановился? Я уже готова была кончить.

Несносный мужчина встает с кровати, и мое платье больше не пригвождает вес его тела. От облегчения ноги покалывает, и я приподнимаюсь на локте, а потом сразу же провожу рукой по груди. Я задираю юбку, скольжу пальцами вниз, готовая коснуться изнывающего клитора…

И под платьем мое запястье решительно перехватывают за секунду до того, как я успеваю дотянуться до нуждающейся в прикосновениях плоти.

– Отпусти.

Не обращая внимания на мою просьбу, другой рукой Слейд спускает штаны и кладет мою руку обратно на свой член.

Вместо того чтобы погладить его, я сжимаю. С силой. И не с настойчиво-чувственным намерением. Нет, я стискиваю его иначе – грубо и зло, посылая ему предупреждение. Но этот подонок даже не вздрагивает. Нет, он просто стонет. Будто то, что я сжимаю его, словно хочу выдавить из лимона сок, доставляет ему удовольствие.

– Ммм, такая агрессивная, – мрачно говорит он, двигая бедрами вперед, будто прося большего. – Пытаешься меня наказать?

– Да. – Теперь я пытаюсь дотянуться до его мошонки. Посмотрим, понравится ли ему, если и с этой частью его тела обойдутся так же жестоко.

Но он как будто просекает мои намерения, потому что снова хватает меня за запястье, а затем, не успеваю я моргнуть, как оказываюсь лежащей на спине с прижатыми над головой запястьями.

– Миледи, вы потеряли привилегию пользоваться руками.

По моему телу разливается возбуждение, вплоть до низа живота. Может, мы похожи благодаря нашей фейской природе, ибо мне тоже нравится, когда Слейд ведет себя агрессивно.

Но я все равно смотрю на него волком.

– Если не доставишь мне оргазм, я сама это сделаю.

– Нет, – покачав головой, говорит он. – Не выйдет. Пока я нахожусь в этой комнате, только я и буду доставлять тебе удовольствие. Только я решаю, когда ты кончишь.

Я слегка приподнимаю голову.

– Тогда сделай это, – бросаю я вызов.

Если бы тело могло за меня говорить, то это прозвучало бы как мольба.

Он бросает на меня мрачный взгляд и окидывает взором мой растрепанный вид.

– Держи руки над головой. Не двигай ими.

Я с трудом сглатываю и киваю, а он отпускает мои запястья.

Слейд встает надо мной и ведет пальцем вниз, не отрывая взгляда.

– Только взгляни на это, – шепчет он, коснувшись другой рукой влажного пятна на моем животе. – От тебя мой член стал совсем мокрым. Как же он хочет тебя.

Я побуждаю его к действиям, вскинув бедра.

Он сжимает член в кулаке, пару раз неспешно проведя по нему рукой, и это движение кажется таким сексуальным, что ниже