Большое путешествие - Ева Шафран

— Да так, хотела рассказать кое-что интересное, — Лана постаралась улыбнуться, но мышцы лица поддались не сразу.

— Что?

Девушка повернула голову в сторону брата и рассказала о своем пребывании на лугу, о вратах и о туманной фигуре.

— Хм, любопытно, — протянул тот. — Знаешь что? Давай ты завтра нарисуешь, покажем ребятам.

— Давай, — Лана улыбнулась и прикрыла глаза, затем вздохнула и начала вслушиваться в размеренное сопение Элиаса рядом с ее подушкой.

— Валкар! Валкар, проснись! — сквозь пелену сна пробивался голос. Элинир открыл глаза, над ним висело встревоженное лицо Кая. Серебрянные глаза метались.

— Что? — элинир поднял голову и поморщился. Вчера он прилег на диван и, видимо, уснул в неудобной позе.

— Лане стало хуже, — слова, словно железные штыки проткнули остатки сонной пелены. Валкар соскочил с дивана и бросился к выходу из каюты, чуть было не встретившись с косяком двери, но отличная реакция помогла увернуться.

В каюте любимой он был через несколько секунд. Следом за ним влетел Кай.

— Что с ней? — элинир подошел к кровати девушки и застыл. Ее лицо стало еще бледнее, чем у Кая, по нему ползли какие-то черные полосы, глаза были закрыты, но зрачки под ними метались.

— Не знаю, как будто лихорадка сильная, — пробормотал Ворген, отпуская запястье девушки.

Валкар сел на край кровати и сразу же опустил руки на больное плечо, которое сейчас было открыто и обнажало не очень глубокую рану — несколько красных дырочек по кругу, как от укуса. Но сегодня она стала черной, а от нее во все стороны по коже шли черно-коричневые полосы. Не раздумывая, элинир призвал все силы и направил в рану. Комнату озарил зеленый свет, все замерли в напряжении. Валкар продолжал держать руки над раной, стиснув зубы и вливая силу исцеления.

— Хватит, ты себя истощишь, — через какое-то время на плечо ему упала рука Джандера и крепко его сдавила.

Валкар вздохнул и убрал руки, немного пошатнувшись. Картина не изменилась, совсем.

— Да что же это! — рыкнул элинир, ударив кулаком по кровати. — Всегда же все работало…

— Дело не в твоей силе, а в ране, — проговорил Кай.

— Я знаю, — прошептал Валкар, затем посмотрел в лицо девушки. В груди все болело от жгучей тревоги, которая не проходила уже который день. Но сейчас добавилось еще отчаяние и безысходность: — Лана…

Она не очнулась и на следующий день. Валкар поставил небольшую деревянную кровать по другую сторону от ее. Он не хотел оставлять ее ни на минуту. Габриель сначала ворчал и возмущался, но, увидев, мрачный и загнанный взгляд Валкара, смирился и уступил.

На шестой день девушка открыла глаза, но почти не могла говорить. Видимо, яд каким-то образом подействовал на голосовые связки.

— Я с тобой, я с тобой, — Валкар сидел рядом с ней и гладил ее руку и голову. Он вздохнул и постарался улыбнуться ей, но внутри все разрывалось. Тело бросало в дрожь при одной мысли, той самой, которую он не допускал, всеми силами выталкивая ее из своего сознания.

Элиас подошел с другой стороны и завыл, почти по-волчьи, с хрипотой. Затем положил голову девушке на плечо.

— Я… — она пыталась что-то сказать, но затем просто улыбнулась и закрыла глаза, задремав.

Валкар услышал, как Габриель поспешил выбежать из каюты, чтобы никто не увидел его слез.

— Капитан, сходите проветритесь, я подежурю, — тихо проговорил Монтео. — И вам нужно поесть.

Валкар кивнул и встал, пошатываясь, направился к выходу.

Погода была сегодня солнечная, как Лана любила, элинир поднял лицо к солнцу, затем вздохнул, а по лицу покатились слезы. Он вытер их рукавом рубашки, но они все текли и текли, плотным потоком, не останавливаясь, заливали шею и терялись на груди. Валкар прошел к борту и рухнул возле него. Затем опустил лицо в ладони и зарыдал, уже не сдерживаясь.

— Я могу сделать ее вампиром, — раздался голос Кая. Он опустился на палубу рядом с элиниром и откинулся на деревянный борт. — Скорее всего это поможет, и она будет жить.

Валкар поднял лицо от ладоней и посмотрел перед собой невидящим взглядом.

— Нет, — наконец ответил он.

Кай покивал и тяжело вздохнул. На палубу закапали кровавые слезы.

На следующий день ей стало лучше, Лана начала говорить, хоть и не без труда. Все собрались в ее комнате, внутри у всех появилась надежда и даже радость.

— Что у вас с лицами, красавчики? — протянула она, пытаясь улыбнуться. Ребята усмехнулись.

— Лана, как ты? — Валкар не отпускал ее руки, губы растянулись в улыбке, глаза сияли надеждой.

— Как будто меня били всю ночь, — хмыкнула девушка, покосившись на дракона. — Уж ни Элиас ли?

Тот гаркнул и взлетел, чтобы сделать круг по комнате. Рептилия ощущала общую атмосферу и хотела поделиться своей радостью по-драконьи.

Пока все начали оживленно гудеть, обрадовавшись возвращению Ланы, девушка смотрела в глаза Валкару, не отрываясь:

— Мне кажется, я умираю.

— Не говори ерунды, — Валкар резко мотнул головой, словно прогоняя свои собственные мысли. — Тебе стало лучше. Ты справилась.

— Нет, — прошептала она, а элинир похолодел. — Я чувствую, что оно добралось до сердца, и холод теперь везде.

— Лана, — губы Валкара задрожали.

— По-обещай мне, что проживешь без меня долго и счастливо, я бы хотела этого, — медленно проговорила Лана, из уголка глаза вытекла одинокая слезинка и потерялась в волосах.

— Нет, что ты такое говоришь, — почти возмущенно отозвался Валкар. — Я не смогу без тебя жить счастливо, Лана. Ты мое солнце, единственная.

— Ты встретишь еще, ты молодой и красивый, будущий король или командор, как у вас там, — она улыбнулась. — Обязательно найдется такая.

— Нет, ты не понимаешь, — слезы потекли из глаз Валкара. Он замотал головой. — У волка может быть только одна волчица. Без тебя мне не нужен ни Эльсинор, ни долгая жизнь. Я люблю только тебя, глупая ты девчонка, должна была это уже десять раз понять и уяснить.

Лана усмехнулась, Валкар взял ее руку и приложил к своей щеке. Рука была ледяная.

— Я тоже тебя люблю, Валкар, всегда, — она коротко вздохнула, а затем прикрыла глаза. Элинир замер, ощущая, как внутри все скручивается от ужаса. Но волчий слух улавливал еле слышное биение сердца девушки. Она заснула.

Валкар медленно поднялся и вышел из каюты. Словно поняв его мысли, все остальные тихо поплелись следом, даже Габриель и Кай, которые