Призрачный рай - Mila Moon

— Я буду нести этот крест до конца жизни, будь моя воля, я бы отмотала время назад и поступила иначе…

— Но это невозможно, — только Габриэль пострадал больше всех, потому что уход матери сильно отобразился на нем в будущем. Теперь мутная картинка его детства становилась немного четче. Когда я вспоминаю его потерянное и ничего не выражающее лицо трехлетней давности, недостающие кусочки пазла встают на места.

Мы обе молчим, пока порывистый ветер треплет волосы, темно-синие волны разбиваются внизу о скалы, а небо постепенно затягивает тучами, обещая вновь нелетную погоду. Неприятный разговор, так мерзко… Я запускаю руки в карманы и ежусь, Арин предлагает вернуться, и мы в таком же угнетающем молчании идем в дом. Поднимаюсь в мансарду и застаю курящего Лавлеса с телефоном в другой руке. Он окидывает меня взглядом и продолжает что-то быстро печатать. Беру сумку и спускаюсь вниз, ища Арин. Нахожу ее в своей комнате. Когда стучусь и заглядываю, она слабо улыбается и приглашает войти. Понимаю, что Арин плакала, по немного покрасневшим глазам, но не подаю вида, испытывая угрызения совести, после сказанного и облегчение от правды, которую узнала. С одной стороны, не жалею о сказанном, с другой… Я ведь знаю только часть правды, и надо брать в учет, что это правда Арин. В любом случае, если бы передо мной стоял выбор между ребенком и мечтой, я, не задумываясь, выбрала первое, будь на ее месте.

— Хотела кое-что отдать, — достаю из сумки несколько фото и протягиваю слегка удивленной женщине. Возвращаясь из Глендалох, я попросила Габриэля заехать в Дублин, чтобы проявить несколько снимков. Даже тот, из-за которого он грозился, что мой зад посинеет, когда выглянула внезапно радуга на утесах. На самом деле, у него такая красивая и искренняя улыбка в тот момент на лице… Я распечатала эту фотографию и себе. — У вас только детские фото… Теперь будут снимки взрослого Габриэля.

Арин рассматривала их больше пяти минут, и ее лицо светлело, на губах играла счастливая улыбка.

— Спасибо, Ливия, — она подняла блестящие от слез глаза, и мне стало неловко. Я пробубнила что-то нечленораздельное в ответ, глядя куда-то на стену. — Ты замечательная девушка.

Щеки сразу порозовели, после ее слов. Я не нашла, что сказать и покинула комнату Арин, возвращаясь в мансарду. Лавлес по-прежнему заинтересовано пялится в свой телефон, но на несколько секунд убирает его и самодовольно улыбается.

— У нас будет оглушительная туса в честь релиза.

Почему-то эта идея мне совсем не нравится, но я лишь сдержанно поднимаю уголки губ в ответ и говорю, что это круто. Он недоверчиво сверлит малахитовыми глазами, но молчит.

— Что-то не так, Ливия? — спрашивает Габриэль через время, отрываясь от телефона, который постоянно вибрирует.

Из меня почти вырывается мучивший вопрос «Что между нами?», но в последний момент я качаю головой и говорю, что просто устала. Он не верит, это видно в слегка прищуренных глазах, но я быстро отвожу взгляд, беру косметичку и убегаю в душ. Нет, духу не хватает спросить… «Что между нами…? Ха-ха, Ливия, что между вами? Потрясный секс. Он будет иногда тебя иметь, пока ты ему окончательно не наскучишь». Становится гадко, и я морщусь, но в голове звучит убаюкивающий голос Габриэля:«Важно, не каким меня видят другие, важно, каким меня видишь ты, Ливия…». Можно ли считать это ответом на невысказанный вопрос? «Время все расставит по своим местам, и ты увидишь истину, кто вы друг для друга».

Наш вылет по расписанию поздно ночью, но мы выезжаем заранее, чтобы не опоздать. Арин провожает нас с грустной улыбкой и потерянным выражением на лице, которое старательно хочет скрыть. Получается не очень, и я вновь чувствую укол вины, что в последний день не сдержалась и все высказала. Они о чем-то говорят пару минут с Габриэлем, затем женщина его обнимает, подходит ко мне и шепчет, чтобы я ей звонила без повода. Глажу на прощание Биэра, забираюсь в машину и наблюдаю в боковое зеркало, как их фигурки постепенно исчезают.

Ирландская сказка подходит к концу, когда объявляют посадку на наш рейс, и мы поднимаемся по трапу в салон, усаживаясь на свои места. Габриэль сует один наушник мне и включает тяжелый рок. Морщусь и мотаю головой: сейчас совсем не то настроение. Долго смотрю в иллюминатор, проматывая все важные события. В стране эльфов, множества легенд началась и моя сказка… Не хотелось бы, чтобы она завершилась, как только «изумрудный остров» останется за океаном.

В Лос-Анджелесе самолет приземляется в предрассветных сумерках, и я на мгновение забываю, что здесь совершенно другая погода: песок, пальмы, пекущее солнце и жара. Лавлес сразу же приказывает надеть солнцезащитные очки, когда мы проходим регистрацию. Я сонно киваю, следуя и выполняя все, что он говорит, чтобы нас не засекли.

Прилетели вместе, но из аэропорта выходим порознь, будто незнакомые люди: его уже ждет тонированная иномарка, а я сажусь в первое попавшее такси. На прощание он говорит «Так надо» и быстро растворяется в толпе. Да, мне неприятно, но я понимаю, что по-другому нельзя: он знаменитость, а я всего лишь фотограф, нанятый их лейблом. Говорю таксисту адрес и прикрываю глаза, откидывая голову на сиденье, но в кармане вибрирует телефон. Читаю сообщение и глупо улыбаюсь, плохое настроение почти испаряется.

От: Озабоченный косплеер

«Я скоро приеду, не засыпай без меня».

Перечитываю несколько раз короткое, но греющее душу смс, не пряча довольную улыбку. Всего несколько слов кардинально меняют внутреннее состояние.

В ответ присылаю только смайлик — средний палец. Чтобы не думал, будто я сразу послушаюсь и буду ждать, жертвуя драгоценным сном… И так все соки высосал за последние сутки, кровопийца.

Глава 46. Другая доза

Пох*й на мою жизнь, её не спасти, детка. Не говори мне, что можешь спасти эту хр*нь. Меня начинает от всего этого тошнить, но я не хочу огорчать тебя. Я напугал тебя? Детка, ты не вернёшь меня в прошлое? Я иду вдоль очередной одинокой дороги, просто очередная одинокая дорога…

Lil Peep «Save That Shit»

Ливия

Проклятая стрелка будто приклеилась к циферблату и не собирается двигаться. Я гипнотизирую часы уже больше двух часов и ненавижу себя за наивность. Бросаю вскользь взгляд на темный экран телефона и сильнее сжимаю зубы, проклиная его заодно с застывшими часами. И еще одного козла, которого ненавижу! Мысленно ненавижу, рву беспощадно на куски и царапаю идеальное лицо,