Призрачный рай - Mila Moon

— Оно тебе очень идет, — пауза. — И снять не составит труда.

Я не обращала внимания на ток, горячую волну, поднявшуюся мгновенно от его слов и легкого прикосновения. Не поддаваться. Проигнорировала сказанное и подошла к парням, поздравляя и унимая дрожь в теле. Внутри кипела борьба: одна сторона кричала «Поддайся соблазну!», другая героически сопротивлялась, говоря «Не будь тряпкой!».

Пока группа записывалась и затем отвечала на вопросы ведущих, я смотрела куда угодно, только не на него. Я любила наблюдать, как он играет, как пальцы умело скользят по струнам, как он энергично двигается, и его глаза сияют. Я хотела невозможного: подойти и повиснуть на его шее, зарываясь в мягкие беспорядочные пряди, попробовать на вкус губы, прошептать, как рада выходу альбома. Я хотела большего, чем просто химия, а Габриэль… Оглушительный хлопок открывающейся бутылки вернул в студию. Лавлес обливал всех шампанским и громко смеялся, пока остальные пытались отобрать бутылку. Ненормальный. В него летели трехэтажные маты, барабанные палочки Шема, но гитарист только широко ухмылялся, проворно изворачиваясь.

Когда все содержимое вылилось и бесполезную емкость обезвредили, скрутив ржащего, как конь, Лавлеса, персонал засуетился. Запыхавшаяся и раскрасневшаяся Джи позвала за собой, и мы вышли втроем через черный вход, в то время как парни — через центральный, где их встретили вспышки фотокамер и поклонники. Джи и Эмили что-то обсуждали, но я потеряла нить разговора, пока автомобиль вез нас в Голливуд. Я безумно хотела забаррикадироваться в студии Элои, смотреть какой-то фильм с ведерком мороженого или пиццей. Что угодно, только бы пережить эту пытку над чувствами.

Вход в клуб оцепила охрана, не давая протиснуться ушлым папарацци и настойчивым фанатам. Они возмущались, но лица секьюрити были непроницаемы. Как только мы выбрались из машины, журналисты кинулись к Джи и обрушили шквал вопросов. Я перевела дыхание, когда попала наконец-то в помещение.

— Почему мы не зашли с черного входа? — девушки стояли возле зеркала, поправляя прически и наряды.

— Лучше дать им то, чего хотят: несколько фото, ответы на вопросы, — Джи пожала плечами. — Они как акулы, их надо подкармливать.

Меня такая перспектива совсем не привлекала. Все время находится под пристальным наблюдением? Контролировать поведение, речь и личную жизнь, которая становится уже не личной, когда в нее постоянно заглядывают посторонние. Миллионы посторонних. Я сморщилась, вспоминая все сплетни, придуманные СМИ. Это кажется цветочками перед тем, если они разнюхают правду обо мне и Габриэле. Что случится тогда? Даже не хочу представлять…

Внутри уже гремела музыка, и некоторые повеселевшие гости танцевали. Разноцветные светодиоды и софиты бегали по помещению, извивающимся телам и лицам. Мы устроились на диване за столом, уставленным закусками и выпивкой. Эмили и Джи даже подтанцовывали, пока я сидела с кислым лицом, наблюдая за происходящим, и создавала видимость, что мне хоть немного весело.

Виновники торжества появились не так быстро, когда клуб уже до отказа наполнился подвыпившей элитой. Их встретили аплодисментами и свистом, подбадривающими выкриками и похлопыванием по спинам. За столик приземлилось пару человек из команды, одним из них оказался Джес. Парни из группы устроились за другим столом, и Джи переместилась на руки к Сину. Как и несколько незнакомых девушек. Фанатки? Модели? Неважно… Я приказывала даже не смотреть в ту сторону, но лишь один брошенный взгляд вызвал тошноту. На его коленях сидела рыжеволосая девушка и что-то увлеченно говорила. Я не слышала Джеса, музыки, только шум в ушах… Все смешалось: бит, его руки на ее бедрах и талии, множество искр, голоса гостей. Желчь поднималась стремительно быстро, еще немного — и вывернет от отвращения, глядя на них.

Я рефлекторно дернулась, схватила сумочку и на удивленный вопрос Джеса ответила, что подышу воздухом. Я просто трусливо убегала, чтобы не видеть, как он обнимает другую. «Не ревнуй, они одноразовые», — пролетел в голове насмешливый голос, и злость засияла с новой силой. Ревность… Гадкое чувство. К своему стыду и ужасу, я хотела оказаться на месте рыжеволосой… или ударить его, накричать, избавиться от душившего гнева. Я бежала в неизвестном направлении, путаясь в хитросплетенных лабиринтах и теряя ориентир. Перевела дыхание, когда оказалась в пустом коридоре, где горел тусклый красноватый свет. Из-за волнения я не увидела, как из темноты показался силуэт и превратился в очень знакомого человека.

— Куда-то собралась?

***

Оззи

Раздражение росло из-за долгого отсутствия сна. День смешался с ночью, а кратковременное действие порошка спасло ненадолго. Несколько стаканов с виски никак не улучшили ситуацию и настроение, как и приземлившаяся на колени рыжая. В нос ударил сладкий аромат духов, слишком приторный и противный. Она что вылила на себя весь флакон? Взгляд быстро скользнул по ее стройным ногам, декольте и замер на приоткрытых алых губах. Девушка кого-то смутно напоминала. Карие глаза, медовые кудри, фарфоровая кожа… безобразные рыбьи губы, намазанные такой же безобразной помадой. Бля, где же я встречал эту отштукатуренную мордашку?

— Сегодня не твой день, милая, — ее натренированные губки скривились. Не повезло, ведь я находился не в духе и мог хорошенько отыграться. Пусть проваливает, пока не поздно.

— В прошлый раз ты был очень милым, Оззи, — проворковала она и провела ладонью вверх по ноге, но я остановил проворные пальчики и цокнул языком.

— В прошлый раз? — склонил голову, смотря сквозь нее.

— Да-а… Ты не помнишь?

— Нет… Наверное, ты была недостаточно хороша, — я натянуто улыбнулся, а девушка возмущенно поджала губы, кинула «Мудак» и скрылась в толпе. Обиженная подстилка, сама ведь напросилась. Веселье выветрилось из крови, и клетки наполнились недовольством, злостью… Я сжал пальцами подпаленную сигарету и быстро затушил, не делая затяжки. Кинул негодующий, даже завистливый, взгляд на подвыпивших орущих друзей. Я находился на грани между реальностью и потребностью расслабиться, отключиться. Два выматывающих дня: студия, караулящие СМИ, вечеринка в Малибу, ночь без сна, релиз альбома, несколько эфиров, выступление, интервью, фанаты, очередная тусовка… В голове хрень.

— Эй, братан, ты чего вялый такой? — крикнул Шем, наливая в стакан новую порцию виски. Напиток не дал никакого результата, словно я влил в себя обычную воду. Дерьмо… За столом что-то бурно обсуждали, но я не особо прислушивался, подумывая уединиться на какое-то время в випке, чтобы не сорваться. Веселье обернулось полной лажей, надо срочно исправлять ситуацию.

Пустой коридор освещался только неоновой