Неистовый барон - Кэтрин Коултер

Вытащив изо рта мокрый палец, Марианна дотронулась до ямочки на подбородке Рогана.

– Скажи, Марианна, что это был за дядя?

– Хороший, – ответила девочка, все еще разглядывая ямочку. – Он сказал, что если я перестану кричать, то он позволит мне посидеть на карнизе. Дядя хотел здесь кое-что найти. Он объяснил, что он тебя знает и потому ему можно быть здесь.

– Он открыл тебе окно?

Марианна кивнула.

– И он поставил тебя на карниз?

– Нет. Он поставил к окну кресло, и я залезла сама.

– И ты перестала кричать?

Девочка усмехнулась. Конечно, перестала! Ведь дядя предложил ей то, что всегда запрещают.

– Марианна, можешь ты мне сказать, на кого он был похож?

– На тебя, – ответила девочка, вдавив палец в ямочку. – Он был похож на тебя.

Устав, она привалилась к груди Рогана. Единственное, что было теперь слышно в спальне Сюзанны, – это чмоканье.

– Вы думаете, она теперь проспит всю ночь? – тихо спросил Роган.

Сюзанна кивнула. Она все еще была в шоке, испуганная почти так же, как тогда, когда умирала ее мать.

В тот раз Сюзанна ничего не могла сделать. Теперь же она сама была матерью, и ее дочь могла умереть.

– Сюзанна, перестаньте! С Марианной все в порядке. Слышите, как она сосет пальцы? Возьмите себя в руки. Ну вот, так уже лучше. Теперь возьмите ее и уложите в постель. Я пришлю одну из служанок, чтобы присмотреть за ней до тех пор, пока вы не ляжете спать.

Если хотите, я пришлю сразу двух.

– Пришлите двух, – сказала Сюзанна.

– г – По меньшей мере, – добавил Тоби. Мальчик был так бледен, что Роган подумал, не заболел ли он. – И лучше пусть одна из них будет мужчиной. С ружьем.

К девяти часам вечера дом тщательно обыскали, все двери и окна заперли. Лакеев обязали охранять усадьбу всю ночь.

Барон, Сюзанна и Тоби сидели в гостиной Маунтвейла – уютной комнате, в которой пахло старым шелком и лимонным воском.

– Вы сказали мне, сэр, перед тем как я лягу спать, посмотреть, как там Марианна, – говорил Тоби. – Ну, я просто зашел и вижу, что она там сидит. Пока меня не увидела, она пела и разговаривала сама с собой.

Потом она захотела, чтобы я вылез и с ней там поиграл.

Я сказал, что не буду, и велел ей сейчас же вернуться в комнату, но она не захотела. Я попытался втащить ее внутрь, но эта маленькая дрянь только придвинулась ближе к краю. Прошу прощения, сэр, но у меня чуть сердце не оборвалось.

– Не говорите глупостей, Тоби. Вы все сделали правильно. Когда я ее увидел, у меня у самого сердце чуть не остановилось. Вы поступили как надо.

– У вас есть еще братья, милорд, кроме викария Тибольта? – спросила Сюзанна. Она сидела очень тихо, не отрывая взгляда от Марианны, лежавшей на кушетке в углу гостиной.

Роган слегка покачал головой:

– Нет, только Тибольт. Но он не стал бы причинять вред кому-либо из божьих спиногрызов, как он называет детей. Он прямо-таки излучает доброту. Нет, Тибольт не тот человек, который мог открыть окно и приставить к нему кресло, чтобы Марианна вылезла на карниз.

– Его зовут Тибольт?

– Да, Тоби. Мой отец дал имя одному из сыновей, а моя мать – другому. Мама выбрала имя Джордж. Мой отец, однако, любит все необычное, даже из ряда вон выходящее. Мне кажется, Тибольтом звали архиепископа в древнем Константинополе. Наверное, Джордж говорил вам, что наш отец славился своей, гм, некоторой безнравственностью. Естественно, он хотел, чтобы Тибольт тоже был таким же безнравственным. Тогда в его имени заключалась бы некая ирония.

– Господи! – сказал Тоби. – Как я рад, что папа не сделал со мной ничего подобного.

– Кажется, в конечном счете с иронией ничего не получилось, – сказала Сюзанна.

– Это верно.

Тоби громко зевнул.

– Тебе пора идти спать, Тоби, – сказала Сюзанна.

Тоби немедленно встал, но не двинулся с места.

– Что случилось, милый? – спросила Сюзанна.

– Можно, я буду спать в вашей спальне, сэр? – глядя на свои туфли, выпалил Тоби. – Не то чтобы я боюсь, но…

– Я сам собирался это предложить, Тоби. Если вы будете спать в моей спальне, я буду чувствовать себя спокойнее, – сказал Роган и вздохнул. Восьмилетний мальчик будет спать в его спальне? Что ж, последние три ночи так и было. Тоби не храпит, а Роган если и храпит, то Тоби на это не жалуется. Барон встал. – Пойду скажу Фитцу, чтобы приготовил в моей спальне еще одну кровать.