Дочь дьявола - Кэтрин Коултер

Неаполь

Клочья тумана поднимались с залива, плыли над причалом и окутывали беловатым покрывалом узкие улицы Неаполя. Трое мужчин, закутанных с головы до ног в длинные черные плащи, прятались во мраке у стены здания в кривом переулке, словно выжидая чего-то. Самый старший из них прислонился к углу дома, напряженно вглядываясь в мутную пелену.

— Тише, парни, — прошипел он. — Идет… но не один. С ним кто-то еще.

— Ничего, позабавимся немного, — утешил другой, метким плевком вспугнув ободранную кошку, рывшуюся в отбросах.

Граф де ла Валль, небрежно поигрывая украшенной лентами тростью, вполуха слушал своего приятеля Селестино Дженовезе.

— Иисусе, — стонал тот, — да здесь темнее, чем в аду! Ты искушаешь судьбу, Эрве! Я не решился бы прогуляться здесь средь бела дня, на виду у той сволочи, что кишит в этих улочках!

— Перестань ныть! — велел Эрве. — Привыкай к мраку — будешь иметь представление, что с тобой станется, когда ты покинешь эту землю.

— Тебя ничем не проймешь, Эрве! Хладнокровный ублюдок! Но мне все-таки это не по нраву!

— Лучше думай о прелестном лакомом кусочке, который делил сегодня с нами.

Селестино, тучный молодой итальянский аристократ, с довольно большим животиком и курчавыми каштановыми бакенбардами, вздрогнул от омерзения, понимая, что в такой темноте Эрве не заметит выражения его лица, и неохотно пробормотал:

— После того как все четверо по очереди оседлали шлюшку, она быстро потеряла желание угодить нам!

— Возможно, в следующий раз ты будешь первым, — скучающе бросил Эрве. — Она так мило хныкала и просила пощады! Тебе должно было понравиться, Тино. — И, пожав плечами, затянутыми в элегантный фрак, добавил: — Ей заплатили за услуги. Золотом. Я сунул в эту грязную ручонку именно столько, сколько требовал ее отец. Она с лихвой вознаграждена за потерю девственности.

Внезапно тишину разорвали резкие вопли:

— Хватай их, парни! Разобьем эти глупые головы! Из переулка выскочили три черные тени. Селестино взвыл от страха. Эрве де ла Валль выхватил из-за пояса кинжал и отбросил бесполезную трость.

— Дерись, дурень! — приказал он Тино. — Не можем же мы бежать от этого гнусного отребья!

Он ринулся на одного из нападающих и взмахнул клинком, метя ему в грудь, однако неожиданно его руку перехватили и завернули за спину с такой силой, что граф невольно охнул, но продолжал молча сопротивляться. В ушах звенели призывы Селестино о помощи. Хуже проклятой девки!

Граф закрыл глаза, ощутив, как острие ножа коснулось обнаженной шеи. Дерьмо! Умереть от рук подлых крыс, охотящихся за его кошельком!

Из темноты послышался чей-то крик. Скосив глаза, Эрве увидел мужчину, в руке которого серебром отливала шпага. Незнакомец кинулся на одного из воров. Тот отбил удар и в ужасе завизжал:

— Прочь, парни! Скорее прочь!

Грабители исчезли бесшумно, словно привидения. Эрве невозмутимо сунул в ножны клинок и отряхнул подбитый соболем плащ.

— Ради Бога, Тино, — проворчал он при виде приятеля, которого неудержимо рвало, — да возьми же себя в руки!

— Вы не ранены?

Эрве прищурился. Неожиданный спаситель говорил на итальянском. Спокойный голос хорошо образованного человека. По-видимому, это человек его круга.

— Нет, — небрежно ответил он. — Вы появились как раз вовремя, друг мой. Иисусе, Тино, да приди же в себя!

— Это чрезмерное потрясение, — заметил незнакомец. — Но воры сбежали. Бояться больше нечего.

— Кто вы? — спросил Эрве.

Мужчина отвесил изящный придворный поклон.

— Маркиз Пьетро ди Гальвани, к вашим услугам.

Селестино, опустошив содержимое желудка и немного оправившись от страха, выпрямился и направился к ним.

— Что вы здесь делали один, в такой час?

Маркиз пожал плечами:

— Вышел развеять скуку. И благодарен вам обоим за доставленное развлечение. Эта шваль не любит драться честно.

— Скуку! — фыркнул Тино. — Помилуйте, да вас могли убить.

Мужчина весело рассмеялся.

— В таком случае, я все равно избавился бы от скуки, верно?

— Мне бы хотелось отблагодарить вас, синьор, за спасение моей жизни, — неожиданно вмешался Эрве. — Мы с Селестино направлялись ко мне домой. Не желаете выпить с нами?

Маркиз, казалось, поколебался.

— Пожалуйста, — вставил Тино. — Я совсем не разглядел вас в темноте и тумане.