Злюка - Хелен Бьянчин

Джессика проснулась от звона будильника. Вставать не хотелось. Черт бы побрал Билли вместе с его художественным вдохновением. Однако, как бы Джессика ни чертыхалась, она понимала, что работать с таким профессионалом, как Билли, — большая удача для любой манекенщицы и фотомодели. К тому же еще ни разу не было такого, чтобы она не осталась довольна готовыми фотографиями.

Прохладный душ помог ей проснуться, а стакан апельсинового сока придал энергии. Так рано Джессика никогда не завтракала, так что ограничилась бананом и половинкой апельсина.

В команде Билли работал и визажист, но Джессика все равно сделала базовый макияж. День обещал быть жарким, поэтому она надела легкие летние брюки и в тон им — светло-бежевую шелковую блузку без рукавов.

В такой ранний час машин на улицах было немного, так что Джессика ехала быстро. Обычно, если ей не надо было следить за дорогой, она отключалась и думала о чем-то своем.

Очень скоро Джессика поняла, что думает про Николаса Гроуди.

Интересный мужчина — умный, разносторонний, безусловно, талантливый. Джессика не сомневалась, что таланты его не ограничиваются одной живописью. Наверняка он умелый и чуткий любовник. Было бы интересно узнать, каков он в любви… Нет, не в любви, а в сексе, поправила она себя и только тогда поняла, что мысли ее приобретают опасный оборот. Господи, что с ней такое творится?

Джессика включила радио. Бодрая музыка и искусственно веселый утренний голос диск-жокея помогли ей переключить мысли на другое. Например, на предстоящую работу. Билли любил световые эффекты — вот почему затеял эту съемку на морском берегу на фоне едва брезжущего над океаном рассвета.

Вся фотокоманда была уже на месте. Стоял свет, штативы, отражатели… Палатка-примерочная тоже была на прежнем месте.

— Всем привет, — преувеличенно бодро проговорила Джессика, входя в палатку.

— Хорошая девочка, не опоздала, — устало улыбнулся ей Билли и быстро взглянул на часы. — Даю тебе десять минут, хорошо? Одежда, прическа те же. Минимум макияжа.

Когда Джессика заняла позицию на песке в метре от морского прибоя, небо на востоке уже окрасилось бледным предрассветным свечением. В размытых утренних сумерках влажный песок пляжа мягко сливался с пеной прилива. Все было подернуто зыбкой дымкой, как на старинных акварелях.

— Давайте, ребята, быстрее. У нас мало времени, — Билли поднял свой фотоаппарат. — Джессика?

— Я готова.

Аппарат щелкнул. Билли приступил к съемке.

— Подними голову чуть повыше. Вот так. Держи, держи, — давал он указания. — Теперь повернись ко мне и улыбнись. Замечательно! Прямо-таки — Мона Лиза. А теперь изобрази радость. Не смейся, а просто сделай счастливое лицо. Вот так. Хорошо…

Стало заметно светлее. Билли заторопился.

— Двигайся, солнышко, двигайся так, чтобы юбка кружилась. Еще разок. И еще. Замечательно. — Сам Билли тоже не стоял на месте. Он постоянно перемещался, удерживая фотоаппарат в самых невозможных положениях. — Черт! Слишком быстро светает…

Минут через пять он закрыл объектив фотоаппарата.

— Ладно. На этом все. Всем спасибо.

Джессика облегченно вздохнула. Сегодня ей предстоял насыщенный день. Ее пригласили участвовать в показе мод на благотворительном обеде в пользу фонда борьбы с раковыми заболеваниями, а вечером она собиралась в гости к отцу.