Судьбе вопреки - Мишель Кондер

Дэй подумал о том, что именно такие желания заставляли его отца всю жизнь бросаться в погоню за глупыми мечтами.

Нахмурившись, он махнул рукой в сторону деревни.

– Пойдем? – сухо спросил он.

Карли посмотрела на него, вскинула голову и пошла вперед, Дэй двинулся следом. Вдруг Дэй резко схватил девушку за руку. Карли раздраженно уставилась на него, но он поднес палец к губам, делая знак молчать, и указал на густые кусты. Самка оленя и двое ее детенышей мирно щипали траву, поводя чуткими ушами. Дэй видел, что Карли вместе с ним восхищается волшебством момента. Внезапно у них над головой пронзительно вскрикнула птица, и олени подняли голову.

Дэй услышал, как взволнованно вздохнула Карли, когда самка оленя посмотрела ей прямо в глаза. А затем повела носом и стремительно умчалась в чащу вместе со своими оленятами.

Дэй улыбнулся. Он любил прогулки на свежем воздухе, но с тех пор, как десять лет назад начал свой бизнес, у него почти не оставалось времени на общение с природой, как когда-то в детстве.

– О боже, какие они красивые, – пробормотала Карли.

– Это напоминает мне о доме.

– Правда? – Она удивленно посмотрела на него. – И чем?

– Я вырос в маленьком городке у подножия Дымчатых гор. Одно время даже хотел стать лесником.

– И что же заставило тебя так круто изменить планы и стать финансовым воротилой?

– Финансовым воротилой?

– Это мнение прессы.

Дэй пожал плечами.

– Я хорошо ладил с цифрами. Мой учитель математики заметил это. Он поддержал меня, и я выиграл стипендию на обучение в Гарварде.

Карли медленно кивнула.

– Звучит впечатляюще.

– Да, мне нравится то, что я делаю. Мне нравится вкладывать деньги в бизнес и наблюдать, как он развивается и набирает силу. Но жизнь в больших городах оставляет мало времени для поездок на природу, где можно вот так запросто встретить оленя.

И зачем он делится своими мыслями с этой женщиной, еще чего доброго расскажет ей, что чувствует себя одиноко в больших городах, в своих просторных квартирах, которые не дают ощущения настоящего дома.

– В Ливерпуле не встретишь оленя. – Карли рассмеялась. – Наша дикая природа – это подростки, толпами собирающиеся на железнодорожных вокзалах, и часто не из самых лучших побуждений.

Поймав себя на мысли, что ему нравится с ней общаться, Дэй нахмурился.

– Ты любишь его?

Карли удивленно уставилась на него.

– Кого?

– Старика, – резко откликнулся он. – Ты его любишь?

В ее прекрасных глазах вспыхнул ледяной огонь.

– Ты снова об этом? – Она покачала головой, словно он разочаровал ее, и у него вдруг все сжалось внутри. – И он не «старик», а твой дед.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Потому что не хочу портить приятное впечатление от прогулки.

И она торопливо направилась прочь.

– Ответь на мой вопрос, Карли. – Он легко догнал ее.

– Или что? – Она гневно уставилась на него. – Заставишь меня?

– А ты этого добиваешься? – Он смерил ее пристальным взглядом. – Тебе не нравится нежность старика?

– О! – Карли пыталась держать дистанцию, но Дэй схватил ее за локоть и резко развернул лицом к себе. – Ты просто отвратителен!

– Ты прикасалась к нему, как к любовнику, хотя он на пятьдесят лет старше тебя. Это ненормально.

На самом деле она прикасалась к барону как врач или друг, но Карли подумала, что, к сожалению, Дэй видел только то, что хотел.

Она сбросила его руку и неожиданно почувствовала укол разочарования, когда он так легко отпустил ее. Ее раздражала ситуация, в которую она попала, а еще больше то, что она ничего не могла с этим поделать. Карли устало закрыла глаза.

– Правильно говорят, что всегда проще принимать желаемое за действительное, – сказала она, из последних сил пытаясь сохранить самообладание. – Это действительно так.

Дэй нахмурился.

– Если ты не его любовница, то кто? Потому что я не верю в глупую историю о том, что ты «дочь друга».

– Спроси своего деда.

Он некоторое время молчал, а затем кивнул в ответ:

– Непременно.

Испугавшись, что он сделает это немедленно, помешав разговору Бенсона с дочерью, Карли схватила его за руку.

– Деревня за холмом. Ты ведь хотел ее увидеть. – Она отпустила его руку. – Или же ты пошел со мной, чтобы выудить информацию?

– Показывай дорогу, – жестко произнес он.

Карли молча пошла вперед. Однако даже вид живописной деревни, показавшейся впереди, когда они спустились с небольшого холма и вышли на Хай-стрит, не помог ей избавиться от чувства неловкости.

Карли дружелюбно улыбнулась двум местным жителям, проходившим мимо, хотя не знала их. И от этого ей вдруг стало легче. В Ливерпуле каждый был сам по себе, люди спешили по улицам города с угрюмой решимостью, не замечая ничего и никого вокруг. На улицах редко можно было услышать смех, а здесь царило веселое оживление и дружелюбная атмосфера. Карли залюбовалась детьми, которые затеяли игру на главной площади.

Это был праздник по случаю дня рождения кого-то из детей. Словно сговорившись, Карли и Дэй одновременно остановились понаблюдать. Незаметно взглянув на него, Карли вдруг остро ощутила его силу и мужественность. Засунув руки в карманы джинсов, Дэй стоял, слегка опустив плечи, словно нес на себе тяжесть целого мира.

– Я его не люблю. – Слова вырвались до того, как она успела понять, что происходит. – Я ни в кого не влюблена.

Он резко взглянул на нее, и Карли мысленно отругала себя за это нелепое замечание.

– Я имею в виду, что… – Она глубоко вздохнула. – Ты мог бы вести себя помягче со своим дедом.

Он снова пристально посмотрел на нее.

– Неужели?

Карли вздохнула. Судя по всему, от этого человека не дождешься сострадания.

– Забудь о том, что я сказала, – пробормотала она.

Карли не понимала, зачем она вообще все это ему сказала. Она не имеет права никому раскрывать секреты барона, к тому же ей нет дела до того, как к ней относится Дэй. Она не пытается понравиться ему и заставить его взглянуть на нее другими глазами. К чему это приведет?

– Тогда кто он тебе? – резко спросил Дэй, сверля ее пристальным взглядом, словно хотел выведать все ее тайны.

– Я не хочу об этом говорить.

– На этот раз ты первая об этом заговорила.

– Признаю свою ошибку, – с серьезным видом откликнулась она и принялась прогуливаться по маленькой площади.