Сердце умирает медленно - Елена Сокол

Ночь прошла беспокойно. Я то падала в омут сна, вспыхивающего перед глазами странными картинками, то металась по постели, пытаясь уснуть. Рассвет встретила, уже сидя среди мятых простыней и одеяла, вытирая капли холодного пота со лба. Сколько не силилась, так и не смогла вспомнить, о чем были эти кошмары, которые причудливыми отрывками врывались в мое сознание, заставляя вскакивать и жадно ловить ртом воздух посреди ночи.

Приняв лекарства, я поднялась с постели. Сменила влажную от пота пижаму на платье, собрала волосы в хвост, умылась и тихо прошлепала босиком на кухню.

— Доброе утро, дорогая, — поприветствовал меня отец.

Он сидел за столом, поглаживая пальцами поверхность чашки с кофе. На нем была та же рубашка, что и вчера, только изрядно помятая, те же синие джинсы. На отекшем лице ярко краснели припухшие веки, а щека все еще хранила след от отпечатавшейся на ней пуговицы. Это могло значить только то, что отец опять спал прямо в машине или на диване в гостиной, не раздеваясь и положив под голову собственную руку.

— Я очень надеялась тебя здесь застать. — Подошла, обняла его сзади за шею и поцеловала в щеку.

— Что-то случилось? — Папа обернулся и пристально посмотрел на меня.

— Просто я… — Обошла стол и села напротив него. — Папа… Мне хотелось, чтобы ты свозил меня кое-куда… — Перешла на шепот. — Пока мама не проснулась. Если она узнает, то не отпустит. Или, что еще хуже, увяжется с нами.

Отец глянул на часы.

— Хорошо. Тогда я скажу, что опоздаю в офис.

— Возможно, и не придется. Это близко. Я могла бы и сама дойти, но, знаешь, боюсь, что она… — кивнула в сторону гостиной.

— Понимаю. — Папа отхлебнул кофе и встал. — Позавтракаешь?

Отрицательно покачала головой.

— Мне хотелось бы успеть до того, как мама проснется.

Он замер и тяжело вздохнул.

— Ты хочешь… — оглянулся и понизил голос, — навестить Райана?

— Да.

Отец понимающе кивнул.

— Ладно. — Взял кружку и вылил содержимое в раковину. — Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?

По правде говоря, я боялась возвращаться в комнату — она могла услышать и проснуться.

— Я уже готова.

Папа критически оглядел мое старомодное платье, затем прическу и босые ступни.

— Пошли. — Сказал, пожав плечами.

Я радостно соскочила со стула, надела шлепки, в которых обычно выходила подышать воздухом, и поспешила за ним через черный ход.

— Может, прогуляемся пешком? — Предложил он вдруг.

— Ну… — Замерев у дороги, я сглотнула. — Да-вай. Если мне это не навредит…

— Эмили, — отец ласково похлопал меня по плечу. — Что тебе может навредить сейчас, так это диван и телевизор. Доктор Кларк рекомендовала начинать с ходьбы каждый день и понемногу увеличивать нагрузки. Так твой организм постепенно привыкнет к тому, что теперь он здоров, и станет набирать силу.

Я с восторгом вдохнула свежего утреннего воздуха и крепко сжала папину ладонь.

— Надо же. — Все еще оглядываясь на дом, из которого могла следом выбежать мать, присвистнула я. — Даже не верится. Иду по улице. Куда хочу. А скоро смогу даже побежать. Правда?

Посмотрела на отца. Тот, усмехнувшись, несколько раз кивнул:

— Конечно.

Мне нравилось. И пусть я шла за руку со своим папой, но впервые дышалось так легко, что, казалось, будто я была всецело предоставлена самой себе. «Захочу, туда пойду, захочу — сюда. Ух, а это та-а-ак весело!»

И только завидев вдалеке знакомую красную крышу, которую мне доводилось несколько раз наблюдать в окно машины, я ощутила некоторое волнение. Это был дом Райана.

«Как он встретит меня? Что скажет его мать? Что, в конце концов, я скажу ему?»

Столько вопросов, и ни одного ответа.

Но что мне было известно точно, так это то, что увидеться нам с ним, чтобы все прояснить, было жизненно необходимо.

— Ступай. — Сказал папа, останавливаясь у подъездной дорожки.

— Ты не пойдешь? — Испугалась я, округляя глаза.

— Нет. — Улыбнулся он. — А разве ты сама не справишься?

Немного самостоятельности мне бы точно не помешало. Тем более, что каждый мой шаг наружу из-под зонтика гипер-опеки матери был настоящим чудом, казался глотком чистейшего кислорода. Поэтому я благодарно кивнула и медленно пошла к двери.

— Думаешь, они уже не спят?

Папа взглянул на часы:

— Без пяти семь. Самое время вставать.

— Как скажешь, — пожала плечами и продолжила путь.

Каждый шаг давался с большим трудом.

Вдруг сознание пулей прошила мысль о том, что через пять минут начнет трезвонить будильник на моей тумбочке, и если его не выключить, мать сорвется с постели и побежит проверять мое самочувствие. Ну… теперь уж ничего не поделаешь. Пусть будет, как будет.

И я постучала в дверь. Терпения хватило ровно на полминуты. Когда никто не открыл, робко нажала на кнопку звонка. Тишину дома нарушила громкая трель, после которой послышались шаги и недовольное ворчание.