Пусть простить меня невозможно - Ульяна Соболева

В багровых тонах расцвела паранойя.

В соседней Вселенной случилась война.

Магнитное поле неравного боя

Смертельной волной приближается к нам.

Если взорвется черное солнце,

Все в этой жизни перевернется.

Привычный мир никогда не вернется,

Он не вернется.

В колокол бьет, объявляя тревоги,

Печальный призрак нашей свободы.

Но не услышат и не помогут

Мертвые Боги.

В бескрайней ночи источники света.

Мерцание звезд — огоньки сигарет.

Последний парад начинают планеты,

И каждый получит счастливый билет.

Если взорвется черное солнце,

Все в этой жизни перевернется.

Привычный мир никогда не вернется,

Он не вернется.

В колокол бьет, объявляя тревоги,

Печальный призрак нашей свободы.

Но не услышат и не помогут

Мертвые Боги.

БИ2

Я подозревал, что все это будет иметь последствия, но не думал, что на меня выйдут настолько быстро. Ведь нужно было для начала вычислить и сложить дважды-два. Но кто-то очень хорошо пас Воронов и дышал им в затылок. И я ощущал себя гребанным пророком, потому что ждал этого подсознательно. Не может все быть настолько гладко… На фирму отца охотились с тех пор, как он ее создал и стал монополистом.

Поднялся с дивана и, зажимая сигарету зубами, вышел на балкон. Я все еще не мог поверить, что Зарецкий звонил мне лично. Более того, он знал кто я… то есть наша с Оксаной легенда была бессмысленной, и те, кто хотели, могли нас найти в любое время. Наивно было предполагать, что прошлое нас отпустит. Но моя девочка верила, а я предпочитал занимать выжидательную позицию. Мне нравилось видеть ее счастливой, и я боялся, да, боялся когда-нибудь увидеть в ее глазах сожаление и разочарование. Увидеть, что больше не любит меня.

— Мои источники сообщили мне, что у вас есть то, что нужно мне. Назовите вашу цену.

С места в карьер. Без предисловий и раскачек. Поздоровался и перешел к делу.

— А что именно вам нужно? Могу выслать любую программу сотрудничества. Вас интересуют поставки пластика или французских гобеленов?

— Я думал, что сын самого Царя достаточно умен, чтобы понимать — кто и зачем к нему обратился.

— Увы, где мне тягаться с Царем? Я — Бешеный. Чувак без крыши, принципов и сознательности. Так вам что именно нужно? А то я занятой человек.

И буквально услыхал, как на том конце провода восседающий на троне чиновник заскрежетал зубами.

— Несколько дней назад с вами встретились и передали вам нечто, имеющее для меня высокую ценность. Я готов купить это нечто за любую цену. Назовите ее, и все.

— Это вы про бельгийское нижнее белье? Я заказывал его для жены как раз на днях. Готов уступить… тем более столь важный человек. Но не уверен, что вам подойдет размер. У нее медиум, а у вас три икса эль.

— Сопляк. Прекращай паясничать. Ты прекрасно знаешь, что мне нужно. И я по-хорошему прошу продать. Не вынуждай отнимать так, чтоб ты пожалел о том, что родился.

— А ты попробуй отними.

И отключил звонок. Сукин сын. Как он вообще узнал обо мне? Как вычислил? И вместе с тем зарождающийся страх и злость. Неужели Граф не понимал, что все настолько серьезно? Позвонил своему человеку, тесно связанному с Воронами, чтобы тот объяснил мне по ситуации на сегодняшний день, что происходит вокруг семейства психов и какого хрена ими заинтересовался Зарецкий лично? Почему я уже сейчас имею дело с этим хитрожопым слизняком? Что там происходит на самом деле? Ахмед не смог тягаться и подключил влиятельного подонка?

Неужели Воронов проиграл выборы, как говорилось в СМИ? И лишился поддержки правительства? И мы снова вернулись к поставкам, которые не дают покоя преступным группировкам годами. У Графа есть козыри, и я в этом более чем уверен. Один из них — это фальсификация с личной смертью. И Зарецкий, мразь, снова вернулся в свое кресло… И судя по всему еще более окрепший и обросший бицепсами. Я думал, после Ахмеда уже ничто и никто не может угрожать этому пернатому семейству маньяков. Иногда казалось, что они все забыли… Но это обманчивое впечатление. Такое забыть невозможно. Здесь не только война… здесь страшные потери… В их последнюю встречу я видел в глубине его глаз. Видел затаившуюся там боль и тоску. И мне она была знакома.

Мы оба успешно прятали свои страдания и тоску по отцам за лицемерными улыбками и желанием жить дальше, как будто ничего не случилось. Граф изменился. Он и не был плюшевым зайцем, но сейчас стал более жестоким, циничным и опасным. И если когда-то раздумывал, в отличие от своего брата, и ценил человеческую жизнь, то сейчас я видел, что он готов идти сам по головам. И я бы не хотел перейти ему дорогу…

Только я не ожидал, что Воронов меня подставит в полном смысле этого слова. Я был уверен, что о дарственной никто не знает. Поэтому согласился. Иначе не стал бы ему помогать. Мне есть, что терять, вашу мать.

Стоял с прикрытыми веками и лихорадочно думал… Мне надо либо избавиться от бумаг, либо стоять до последнего и быть готовым к последствиям. Или…или есть еще один вариант. Обезопасить себя и свою семью. Заставить Зарецкого оставить их в покое. И последний вариант… он казался мне более чем реальным. Но… этот вариант мог разрушить мой брак.

Затушил сигарету и направился в спальню. К черту все мысли… нырнуть в теплую постель и ощутить аромат своей жены. Обо всем остальном подумаю завтра. Распахнул дверь и неслышно прошел вглубь спальни. Воздух наполнен ее запахом, ароматом ее тела и волос. С наслаждением вдохнул его полной грудью. Посмотрел на силуэт под одеялом, на выглядывающее шелковое плечико и разметавшиеся по подушке волосы. Наклонился и впился в плечо зубами, заставляя ее открыть глаза. Взмах ресниц, и у меня уже болезненно тесно в штанах. Эта женщина сведет меня с ума.

— Посмела уснуть без меня?

— Устала, — улыбнулась и поцеловала меня в нос. И взгляд какой-то странный. Словно не ожидала. Словно я ее раздражаю.

— Мммм… я могу сделать тебе массаж, — и развернул ее к себе. Навис сверху, всматриваясь в лицо, которое не казалось мне сонным, скорее, каким-то отстраненным.

Ожидаемой радости или веселья в зеленых глазах не увидел. Но еще не придал этому значения, провел костяшками пальцев по ее плечу, убирая волосы, лаская ключицу, опускаясь к груди, сдавливая пятернями и приподнимая вверх, наслаждаясь тем, как наполнили мои руки и уткнулись сосками в ладони. Обвел большим пальцем ее губы, наклонился и повторил движение пальца языком. Увлекся, посасывая нижнюю губу, стягивая лямку ночнушки с плеча и высвобождая грудь. Приоткрыл глаза и встретился с ней взглядом. Не сразу смог понять, что не так, еще несколько минут сжимал ее груди, ласкал соски пальцами, пощипывал их. Пока не понял, что она не отвечает.