Как стать королевой - Алекс Вуд

Танцуя с Гильермом, Ив думала, что на самом деле не отказалась бы от услуг звездочета. Куда приведет ее мечта о короне… Как примет ее семья Анри…

И, главное, как она собирается с ним жить, если даже поцеловать его не хочет?

— Вы необыкновенно грустны, Ив, — сказал вдруг Гильерм. — Вам здесь не нравится?

— Здесь чудесно, — вздохнула Ив. — Даже слишком.

Она украдкой разглядывала Гильерма. С Анри сходства было маловато. А жаль. Умное тонкое лицо, красивые глаза, бородка очень ему идет… Должно быть, в молодости Гильерм был очень хорош собой. Настоящий принц.

Интересно, если бы Анри был похож на отца, ее сердце трепетало бы сильнее?

— Ив, вы изумительно танцуете, — сказал Гильерм, когда музыка закончилась. — Если бы позволяли приличия, я бы танцевал только с вами.

Ив перехватила удивленный взгляд дамы в розовом, которая очень неудачно проходила мимо, и подумала, что Гильерму лучше бы не разбрасываться такими сомнительными комплиментами.

— Вас могут услышать, ваше величество, — сказала Ив со вздохом. — И подумать неизвестно что.

— Вы совершенно правы, красавица моя. Такие вещи лучше говорить подальше от посторонних. Как вы смотрите на то, чтобы подышать свежим воздухом на балконе?

Ив запаниковала. Что ж они все привязались к этому злосчастному балкону?

— Давайте лучше в зале останемся. Я боюсь простудиться.

— Отлично. — Гильерм не казался расстроенным. — Может, присядем на тот диванчик?

Он показал на нишу, наполовину скрытую от любопытных глаз гирляндой цветов.

— Выпьем немного шампанского, поговорим по душам. Там нас точно никто не услышит.

Он все знает, похолодела Ив. Этот дурак успел во всем ему признаться, и сейчас меня ждет лекция об ответственности монарха за продолжение династии…

* * *

Нелегко было на сердце Ив, когда она пробиралась вслед за Гильермом к укромной нише и усаживалась рядом с ним на диванчик.

Эта ниша была словно нарочно создана для интимных разговоров. Музыку здесь было слышно плохо, и цветы гарантировали, что вас никто не увидит за беседой, в то время как вам открывался прекрасный вид на зал. На столике рядом с диваном стояло шампанское и фужеры, блюдо с маленькими кремовыми пирожными и эклерами, которые так пленили Ив накануне.

— Как видите, о нас позаботились, — рассмеялся Гильерм в ответ на ее удивленный взгляд.

Ив наблюдала, как ловко он разливает шампанское, и готовила речь. Она найдет, что сказать папаше‑самодуру, который заставляет единственного сына жениться вопреки желаниям собственного сердца. Они, к счастью, не в шестнадцатом веке живут. Сегодня дочь управляющего отелем ничуть не хуже принцессы.

Но к удивлению Ив разговор об Анри все не начинался. Гильерм веселил ее подробностями подготовки к маскараду и приличными анекдотами из частной жизни гостей, подливал шампанское и кормил пирожными, но о главном, что не давало Ив покоя, молчал.

Через полчаса бутылка опустела, а Ив опьянела достаточно, чтобы самой начать разговор. Но тут Гильерм вдруг взял ее за руку.

— Ив, я должен вам признаться…

У Ив мурашки побежали по коже. На родительский выговор такое начало походило мало. Неужели очередное признание в любви? Она посмотрела в зал. Слышать то их, конечно, не слышно. Зато видно неплохо, несмотря на переплетение цветов. Гильерм, наверное, из ума выжил, раз вздумал хватать ее за руку у всех на виду.

— На нас смотрят, — пробормотала Ив.

— И пусть, — улыбнулся Гильерм. — Я всего лишь хотел сказать, что у вас самый великолепный костюм на балу. И очень оригинальный. Я уверен, что королевой сегодняшнего вечера выберут именно вас.

Он точно не в своем уме, вздохнула Ив про себя. Об этом и в зале можно было поговорить.

— А я был бы счастлив стать вашим королем, — продолжил Гильерм игриво. — Из нас бы получилась прекрасная пара. Звездочет и королева…

— Пират подошел бы больше, — ляпнула Ив, не знавшая, как понимать откровения короля. Это обычное поведение для моралийского монарха или же ее прекрасные глаза свели с ума не только юного принца?

В отличие от большинства красивых девушек Ив Карпентер критически относилась к собственной внешности. Она знала, что хороша собой, но не считала, что каждый мужчина должен падать к ее ногам, пленившись ее улыбками, ресницами или чем там обычно пленяются мужчины. Ив слишком хорошо помнила о Вешалке, чтобы любой мужской взгляд трактовать как влюбленный.