Ловите няню, шеф - Адалин Черно

— Настолько напились, что даже не помните, что случилось?

Да, я знаю, что это лишнее. И говорить нужно в полтона тише и вообще на пару претензий меньше.

— Дамир Александрович, мне очень жаль, что так получилось, но я действительно выпила два бокала шампанского. Что случилось потом… Я помню только, как вы помогали мне выйти из машины, а дальше… провалами. Точнее… я не уверена, что было в действительности, а что приснилось, потому что я видела сон и мы… мы с вами… в общем, я не помню.

Екатерина тараторила быстро и опасливо, а я впервые подумал, что мне повезло.

Ничего не помнит? Прекрасно! Значит, нет необходимости ей об этом рассказывать. А если вспомнит… буду надеятся, что к тому времени это утратит свою актуальность.

— Так… что произошло, Дамир Александрович?

— Вы едва добрались до дома, Екатерина Сергеевна. Пришлось буквально тащить вас до лифта, а затем и до двери.

— А потом? — опасливо спрашивает, а у меня поднимается настроение.

— Потом я не знаю. Я попросил вас закрыть двери с той стороны и ушел, — и откуда ты научился так врать, Деспотовский? Откуда?

— А вы… мы… ну-у-у, — мнется моя секретарша, не зная, как спросить то, что ее интересует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не знаю о чем вы, Екатерина, и что там вам снилось, но я только провел вас до дома.

— Вы не подумайте, ничего такого, — тут же оправдывается девушка.

— Да я и не думаю. Работайте.

Дважды повторять нет необходимости. Екатерина разворачивается и выходит из кабинета, а я улыбаюсь. Нет, все-таки чертовски приятно осознавать, что она ничего не помнит. Никакой тебе неловкости, ненужных объяснений, влюбленных взглядов. Ничего этого.

После обеда у нас запланировано подписание контракта, и хоть я не надеюсь, что Екатерина все сделаем в срок, она удивляет. Заходит в кабинет ближе к полудню. Заносит папки, протягивает бумаги, говоря, что это мое расписание и послезавтра я смогу взять выходной, она уже перенесла все встречи.

— А вот отчет из бухгалтерии. Я несколько раз проверила, и у меня остались вопросы по расходам на прошлой и позапрошлой неделе. Цифры немного не сходятся, если сравнивать с тем, что занесено в базу. Или есть фиксированные траты?

— Нет. Не должно быть, — сухо комментирую и беру в руки папку.

— Я могу идти?

— Да, — коротко бросаю, погружаясь в чтение отчета.

— Дамир Александрович, — поднимаю взгляд на Екатерину, застывшую в скромнейшей позе пятиклассницы.

Вижу, как она прикусывает пухлую нижнюю губу, как виновато опускает взгляд, а затем интересуется:

— Я хотела спросить… — она запинается, а затем выпаливает на одном дыхании: — Можно мне попросить аванс?

Вообще, не полагается. Компания редко дает авансы на второй день работы. Через неделю — пожалуйста, а раньше не даем. Но!

Я замечаю ее наряд и понимаю, что Екатерина учла мои пожелания и приоделась. Скорее всего, на последние деньги. На ней лакированные туфли на каблуке, юбка, доходящая до колена и соблазнительно подчеркивающая изгибы фигуры, и блузка с небольшим вырезом.

Она выглядит гораздо привлекательнее, чем вчера. Несмотря на недосып, на долгие переговоры и алкоголь, Екатерина действительно немного преобразилась. Именно поэтому я говорю:

— Можно. Я передам в бухгалтерию запрос, и к вечеру вы получите тридцать процентов от зарплаты. Вас устроит?

— Да, конечно, спасибо!

Девушка разворачивается и уже собирается выйти, когда открываются двери и в кабинет входит Герман. Он за секунду оценивает обстановку, смотрит на меня, затем переводит взгляд на Екатерину и выдает:

— Герман, — протягивает ей руку.

— Екатерина, — девушка протягивает ему ладонь, а я закатываю глаза, когда Гера подносит ее руку к губам и целует. — Я покорен! — тут же выдает он, приобнимая мою секретаршу и толкая ее к стулу рядом с моим столом.

— Где твоя секретарша, Дамир? Или еще не нашел? — о, а это уже мне.

И меня чертовски веселит происходящее. Екатерина, шокированная эффектным появлением Германа, и он, удивленный ее параметрами, и явно заинтересованный.

— Она перед тобой, Гера. Зимина Екатерина Сергеевна — мой персональный помощник и секретарь, — представляю девушку, с удовольствием наблюдая за его лицом.

Гера удивленно приподнимает брови, поворачивается к Екатерине, осматривает ее с ног до головы, задерживает взгляд на лице и выдает:

— Что вы делаете сегодня вечером?

Пока девушка теряется и не знает что сказать, я выдаю:

— Оставь Екатерину Сергеевну в покое. У нее заслуженный обед. Можете идти.

— Спасибо, — она тут же разворачивается и спешит на выход.

И только когда она закрывает за собой дверь, я позволяю себе встать и вместо классического рукопожатия поздороваться “нашим” методом. Ладонь, кулак, маленький палец и похлопывание по плечам. Привычка с детства, и когда мы наедине, здороваться по-другому просто не получается.

— Признавайся, где отгрыз такую красотку? — Гера тут же спрашивает то, что его интересует в данный момент. И он явно забыл, за чем пришел.

— На аукционе, — отшучиваюсь я, хотя признаться, мне почему-то не очень хочется, чтобы он увлекся моей секретаршей.

Я убеждаю себя, что это чисто профессиональное желание. Если Герман не будет отвлекать ее от работы, я не буду переживать по поводу сорванных сроков.

— Так зачем ты пришел? — спрашиваю у брата.

— Как зачем? — удивляется и смотрит на меня как на дурака. — Ты видел эту нимфу? Сам Купидон привел меня сюда!

Я смеюсь.

— Нет, серьезно! — возмущается он. — Ты видел, какая она? Эффектная женщина-а-а. А губы… губы… пухлые, мягкие, так и просятся, чтобы их поцеловали.



— Держись подальше от Екатерины, Герман, — говорю уже без шуток.

— О-п-п-а-а! Решил изменить себе и замутить с секретаршей?

— Не мели фигни, просто мне нужен работник, а не женщина, который ты забьешь мозги своими речами.