Отпусти кого любишь - Иосиф Гольман

– Ну вот! Значит, конечно, нужно предупредить ребят, чтоб тебя не толкали и не задевали.

– Я больше не хочу быть фарфоровой вазой!

– Какой вазой? – не поняла Ленка.

– Учительница сказала, – не выдержав, уже в открытую плакал Лешка, – чтоб со мной, как с вазой фарфоровой. Меня потом дразнили.

– Лешечек, – Авдеева потрепала парнишку за вихры, – дураки тебя дразнили. Это же не навсегда. Мама ведь рассказывала тебе про новые лекарства?

– Рассказывала, – сказал он, вытирая глаза, – все-таки Женькин сын был сильным мальчиком. – Только у нас таких денег нет.

– Вот ты и заработаешь, – подытожила Ленка. – Но тебе для этого надо в детстве не помереть, понял?

– Понял. – Лешка уже улыбался – Авдеева ему явно нравилась, и ее разговоры вовсе не походили на обычные нотации.

– А потом, пока мама болеет, Машка будет только на тебя опираться, – серьезно добавила Ленка.

– Похоже, больше не на кого, – сопнул носом мальчишка, сразу как-то повзрослев.

– Ты не обижайся на отца, – спокойно сказала Авдеева. – Ему просто надо привыкнуть к ситуации.

– Постараюсь, – уже тоже спокойно ответил мальчик.

Когда Машка проснулась, Ленкина помощь действительно не понадобилась: братишка управился со всеми проблемами сам, вызвав искреннее уважение Авдеевой. Единственное, что ей не понравилось, – это когда он с ребенком на руках ходил по скользкому, забрызганному водой кафельному полу ванной. Авдеева и представить себе боялась, что будет, если Лешка, не дай бог, споткнется. Но ведь и из жизни его не выключишь?

Тем более что Машка в отличие от брата Ленку вообще не воспринимала, даже на руки не пошла. Подобрела, лишь когда та приступила к кормлению детеныша. Авдеева даже усмехнулась: путь к сердцу лежит через желудок не только у мужчин.

Впрочем, ей и самой было в кайф смотреть, как Машка открывала свой маленький ротик с яркими, четко очерченными природой губками и ела приготовленную Авдеевой рисовую кашу. Маленький ротик, маленькие губки – а через пять минут тарелочка была уже пустой.

– На здоровье, – сказала Авдеева сразу повеселевшему маленькому человеку и подхватилась к резко зазвонившему телефону.

Она ожидала услышать голос Женьки, обещавшей сообщить ей о результатах больничного осмотра, но услышала… Валентину.

Авдеева аж зубами скрипнула, так она не любила эту мымру, со всеми ее дипломами, языками и холеной задницей. Ленка, конечно, ее задницы никогда не видела, но почему-то так и представляла себе эту дамочку во всяких там спа и турбосоляриях, в которых богатенькие барышни свои задницы и лелеют.

– Если вы к Грекову, то его еще нет.

– А когда будет?

– Не знаю, – злорадно ответила Ленка, обрадованная возможностью быть невежливой. – Я ему не секретарь.

– А кто вы ему? – очень даже вежливо поинтересовалась Валентина, прекрасно, впрочем, поняв, с кем разговаривает.

– Я ему подруга, – перешла на ее тон Авдеева.

– Понятно, – усмехнулась Валентина. Она никогда не была особо ревнивой, но считала, что каждый должен знать свое место. – После свадьбы проведу учет всех подруг. Оставлю только самых нужных.

– Когда я выйду за Грекова, непременно сделаю то же самое, – дала ответный залп Ленка и, оставив за собой последнее слово, положила трубку. Но что-то в груди екнуло: все-таки шансов у этой мымры, трезво глядя на вещи, было побольше.

– Это не мама? – Лешка подошел на звонок из другой комнаты, шагая несимметрично, как старинный арестант, к одной ноге которого тюремщики привязывали ядро. Только здесь роль ядра успешно исполняла Машка, вцепившаяся брату в коленку.

– Не мама, – еще не отойдя от словесного поединка, ответила Авдеева.

– А кто?

– Одна женщина.

– Папина любовница? – поинтересовался мальчик.

– А ты шустрый малый! – рассмеялась Ленка. – Вот у папы и спроси.

А дальше пришел домой только что упомянутый папа. И буквально через пять минут – Женька.

В целях поддержания боевого духа личного состава Егор заказал на дом в ресторане всякие вкусности – прогресс теперь это позволял легко, были бы деньги.

Но веселья так и не получилось: Женька, которой с утра предстояла больница и – в любом случае – тяжелый диагноз, пошла спать пораньше. Правда, держалась она теперь гораздо спокойнее и тверже. «Молодец все-таки Сеня, наверное, хорошего врача нашел», – благодарно подумал Греков.

– Ну я поеду? – спросила Ленка. – Вроде пока не нужна.

– Ты мне всегда нужна, – сделал комплимент Греков. – Хочешь – оставайся, все равно завтра приезжать. – Они с Ленкой договорились как минимум на три дня дежурства, чтоб дать Грекову временной лаг для поиска няньки-гувернантки.

– У меня свой дом есть, – сказала Авдеева.

Это было правдой. У нее действительно был свой дом, точнее, однокомнатная квартирка, доставшаяся от не жившего с ними отца. Авдеева очень гордилась своей квартиркой. Особенно до того, как увидела грековскую.

– Тогда я тебя отвезу, – заявил Егор.

– Не откажусь, – согласилась Ленка, только сейчас понявшая, как умоталась за день. Она ж всю квартиру, как Золушка, разгребла – а Греков этого даже не заметил. Впрочем, что с мужика возьмешь, все они одинаковые.

А ведь не только домашняя работа ее так притомила, вдруг осознала Авдеева. И даже не няньканье с горластой и вечно писающей, какающей либо желающей кушать Машкой. Больше всего напрягало именно постоянное ожидание проблем с Лешечком. Постоянное прислушивание – не упал ли, не ударился ли? Вот ведь точно сказано – «фарфоровая ваза». «Что за чертова жизнь у пацана!» – пожалела она мальчишку, еще вчера бывшего совсем в другой жизни, совсем чужого, а сегодня – уже нет. Уже болит за этого паренька ее, Ленкина, душа.

«Опель Вектра» – машина уютная и по-немецки добротная. И чего только Греков колготится? Она знала, что он уже контракт подписал на новую «Ауди».

– Слушай, чем тебе эта машина не подходит? – спросила она Егора.

– Всем подходит.

– Ну и зачем новую берешь? Она ж стоит немерено.

– Ты Джадда помнишь?

– Помню. Смешной такой. Напился, как наш – мордой в салат. – Джадд был руководителем всех представительств компании во всей Восточной Европе. Ленка видела его на одной из корпоративных вечеринок, куда ее привел Греков во время очередного «развода» с Валентиной. Именно Джадд продвигал Егора по службе, видя в нем самого достойного кадра российского представительства фирмы.

– Вот он и велел.

– Как это можно велеть купить машину?

– Можно, – неохотно ответил Греков. – Даже кредит беспроцентный выдал. – На самом деле ему тоже не нравилась эта жесткая иерархическая структурированность, столь ощущавшаяся в крупной стабильной международной компании. – У них каждой должности соответствует свой автомобиль.