После заката с негодяем - Александра Хоукинз

— Как для джентльмена, который провел ночь, ублажая прекрасную миссис Рэндалл, ты что-то быстро вернулся. Мы ждали тебя не раньше вечера.

Дэр удивленно моргнул, забыв, что Вейн ушел с бала Куинтонов сразу после того, как был представлен нескольким леди, собравшимся вместе в результате очередных матримониальных махинаций его матушки. Син рассказывал, что Вейн был вежлив и тактичен, но не стал танцевать ни с одной из дам.

Можно и не говорить, что его матери это не понравилось. Однако никакие уговоры и слезы не могли поколебать ее сына. Перед уходом Вейн шепнул Сину: «Синие чулки! Ей-богу, мать мне их уже парами подсовывает!» После этого никто не видел его до тех пор, пока он не появился в «Ноксе».

Дэр закрыл книгу с бухгалтерскими записями и, спокойно сложив перед собой руки, произнес:

— Миссис Рэндалл пришлось отправиться домой без меня.

— Что? — Вейн ошеломленно уставился на Дэра. — Из всех нас эта вдова именно тебя захотела сделать своим любовником, неблагодарный ты мерзавец. Это же такое везение! Как ты мог так жестоко обойтись с ней?

Разве Дэр не проклинал себя за это? И все же ему было неприятно слышать упреки от своего безответственного друга.

— Пока ты бегал от судьбы, я защищал Реган от Фозергилла и его дружков.

Вейн презрительно усмехнулся:

— Фозергилл? Какого черта он забыл на балу у Куинтонов? Они ведь, кажется, когда-то рассорились с лордом Куинтоном из-за любовницы. Дело дошло до кулаков.

— Тогда уже и место для поединка было выбрано: недалеко от Баттерси-филдз, — задумчиво произнес Дэр, припоминая подробности того происшествия, случившегося три года назад. — Кажется, Куинтон выстрелил в воздух, а Фозергилл стрелял в него. Метил в голову. В то утро Куинтон лишился кусочка левого уха.

Вейн прислонился к большому полированному столу из красного дерева.

— Я слышал, Куинтон принес свои извинения, когда его перевязывал доктор. Я бы на его месте потребовал не врача, а рапиру. — Граф взял серебряный нож для писем и провел пальцем по острию. Потом подбросил его в воздух и ловко поймал за рукоятку.

Дэр усмехнулся. Фозергилл никогда не вызывал на дуэль ни одного из порочных лордов. Он предпочитал испытывать удачу на противниках послабее.

— Если кто-то действительно пригласил его на бал, то это, скорее всего, леди Куинтон. Ходят слухи, что она так и не простила мужа после той истории. То ли из-за любовницы, то ли из-за дуэли.

— Вот еще одна причина, по которой я не хочу жениться, — сказал Вейн, снова поймав в воздухе вращающийся ножик. — Все жены — мстительные, лишенные чувства юмора существа.

Дэр отодвинулся от стола и вытянул длинные ноги.

— Но Син и Рейн счастливы в браке.

Вейн устремил на Дэра кончик ножа.

— Наши друзья слишком увлечены своими женами, чтобы оторваться от их юбок. К тому же если кто-нибудь из них действительно решит завести себе любовницу, держу пари, что Джулиана пустит Сину пулю между глаз, а София проломит Рейну голову своей тростью.

Дэр хмыкнул в знак согласия. Обе леди крепко держали в руках как прислугу, так и мужей.

— Ну а ты что думаешь? — спросил он у Вейна.

— Я не собираюсь добровольно залазить в клетку, — без тени сомнения провозгласил тот. — Зачем ограничиваться одной женщиной, если можно иметь всех?

— Твоя мать, похоже, думает иначе, дружище, — сказал Дэр, сочувственно покачав головой.

Вейн положил ножик на место и отошел от стола.

— Рано или поздно ей это надоест. — Он пожал плечами и беззаботно улыбнулся. — Или у нее закончатся невесты.

Мужчины рассмеялись от столь неимоверного предположения. Лондон был неисчерпаемым источником молодых незамужних леди.

— Так что, Фрост правильно понял? Ты действительно пожертвовал вечером с вдовой ради того, чтобы вырвать Реган из когтей Фозергилла?

— А еще Болтона и Радклиффа, — добавил Дэр, вспомнив, что Реган до конца вечера больше ни разу не посмотрела в его сторону.

К счастью, ей хватило ума оставаться рядом с подругами, пока они не уехали с леди Кармак.

— Я решил не рассказывать об этом случае Фросту.

Вейн фыркнул:

— Фрост не нуждается в твоей защите от Фозергилла.

— Я сделал это ради Реган, — спокойно сказал Дэр. — Фрост ищет повод первым же дилижансом выслать ее из Лондона. Она не виновата, что Фозергилл волочится за каждой юбкой.

— Лорд Хью, вы настоящий рыцарь, — поддразнил его Вейн. — Скажи мне, а Реган знает, что ты тайком защищаешь ее? От Фроста и от неразборчивых поклонников?

— Нет, — коротко ответил лорд Хью и подумал, что от такого благородства ему самому тошно. Настроение его тут же упало. — И не дай Бог тебе кому-нибудь об этом рассказать.

— Но я еще не назвал свою цену.

Дэр, не вставая со стула, замахнулся, и ему не хватило лишь нескольких дюймов, чтобы дотянуться до рукава Вейна. Граф отклонился вправо и в следующую секунду бросился вон из кабинета. Дэр вскочил и побежал за ним. Ничего, когда он доберется до этого улыбчивого дурака, он сумеет убедить его держать язык за зубами! Если не ради Реган, то ради себя.

— Ничего не изменилось, — заметила Реган, окинув взором гостиную в их фамильном лондонском особняке.

Обшивка стен из орехового шпона, мраморный камин, гобелен с Аполлоном и музами на дальней стене — все выглядело так же, как и пять лет назад. Девушка подошла к гобелену. Когда она была маленькой, Фрост как-то рассказал ей, что мастер, изготовивший это полотно, придал Аполлону сходство с их отцом. Реган долго верила в эту сказку и часто потихоньку заходила в гостиную, чтобы поделиться с отцом своими секретами.