Границы (без)опасности - Валерия Савельева

Прекращать. Конечно же, прекращать.

* * *

Когда я выложила Владику всю историю о телохранителе и взрыве от начала до конца, первую минуту он молчал, видимо, офигевая от насыщенности моей жизни. Потом покачал головой и просипел:

– Кажется, нашему коду не хватает спиртного. Я бы выпил!

– Спиртного нет, – охотно отозвалась я. – Есть энергетик. Рэд Булл окрыляет.

Теперь, когда я вывалила напряжение на собеседника, на душе сразу стало легче, а голова заработала, подсчитывая убытки и прикидывая примерные сроки, которые уйдут на ремонт Котика. Менять Кота я не собиралась, слишком его любила, но пострадал вроде бы только левый бок, а значит, можно проверить склад, поискать там подходящий каркас и подключить наших умельцев-механиков. А пока Кота будут лечить, буду нагло эксплуатировать телохранителя: покатает ненавистную ведьму на своей тачке, поработает ещё и таксистом.

– Реально? Рэд Булл? – скривился Влад. – Сердце пожалей, там же ударная доза!

Влад у нас в силу профессии специалист в выборе энергетиков. Проверил на себе действие каждого известного в наших краях средства (даже кустарщину пробовал и «по-особому» варил кофе с экстрактом гуараны) и сделал соответствующие выводы.

– Не хочешь, как хочешь, – я пожала плечами.

– Нет уж, гони сюда! Будем переваривать не только кучу еды, но и твои новости.

И мы переварили. Под тот самый слешер, который Влад внаглую допрошёл вместо меня. А потом ещё раз переварили, решив, что слешер – это слишком легко, нужен шутер. Когда переваривать уже не было сил, а мы валялись на диванчике, как два тюленя (Влад в позе морской звезды с джойстиком в руках, я – на нём, присосавшись, как клещ), кому-то под действием второго энергетика пришла в глову прекрасная идея врубить музыку и устроить танцы, как в детстве. В смысле, танцевать, конечно, будем не так убого, как в десять лет, да и вообще из Влада танцор так себе, поэтому дёргаться под музыку буду я, но (!) зато с настроением. С чувством!

Ред Булл, мать его, не только окрылял, но и сносил мне голову похлеще любого алкоголя. Яндекс.Музыка выдала самый бодрый плейлист, звук на колонках был выкручен на максимум, а я расслабленно изгибалась под энергичные ритмы, ощущая пристальный взгляд синих глаз сводного брата.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«I got this feeling on the summer day when you were gone

I crashed my car into the bridge, I watched, I let it burn…»[1] – подпевала я, весело смеясь.

(Это странное чувство появилось у меня в тот день, когда ты ушёл;

Я раздолбала твою машину о мост, я наблюдала, смотрела, как она горит…)

В голове приятно звенело, Влад смотрел, смотрел… всегда любила его взгляд, когда я танцую. Такой пристальный, такой наэлектризованный – с самого детства, даже когда мне было тринадцать, пятнадцать, семнадцать… только на мои танцы он смотрит так же, как на свои любимые игры. А это, скажу, комплимент, достойный эйфории!

А потом эйфория прервалась громким стуком в дверь. Грохотом, уничтожающим весь кайф от музыки и расслабление от танца. В прихожую мы с Владом рванули одновременно, но я всё же оказалась быстрей: успела запнуться о коврик, практически впечататься в дверь, заглянуть в прорезь замка… а потом, наплевав на всё (у меня, вообще-то, мужик в квартире), открыть.

Музыка сразу как-то стихла, потому что после недавнего взгляда-эйфории я была, словно помоями, облита взглядом-ненавистью, взглядом-презрением. На пороге стоял настоящий инквизитор в чёрных одеждах и собирался сжечь ведьму на костре за внепланово устроенный шабаш.

[1] Icona Pop ft. Charli XCX – «I love it»

Когда этот мир свихнулся окончательно? Что пошло не так? Где Стас согрешил?

Ладно, где именно он согрешил, Стас знал – была одна «весёлая» история, в которой он принял непосредственное участие, – но почему расплачиваться приходится ДО СИХ ПОР?

Прибывший «курьер», казалось бы, практически подарил Вероцкому выходной: Регина вела себя тихо, а жизни её или сохранности ничего не угрожало. Чем девушка занималась за закрытой дверью собственной квартиры, его не касалось. Чем бы она ни занималась с неведомым гостем: самым что ни на есть простым способом избавлялась от еды или устраивала эротический забег… Ему. Было. Всё. Равно.

Пока стрелки часов не приблизились к отметке десяти вечера, а за стеной не заиграла музыка. Сначала тихо и размеренно, сладко вплетаясь в спокойный вечер, а потом всё громче и громче, пока не достигла пика, пока стены не стали вибрировать от звуковых волн, а чашка горячего чая, заваренная за неимением нормальной еды, подпрыгивать на столе. Но и это Стас стерпел. Всякое бывает, соседка с гостем развлекаются, как могут…

Но он не подозревал, что музыка может быть ещё громче. Что она может разрывать барабанные перепонки и сбивать с ног, подобно взрывной волне. Но когда, мать её, чашка чая перевернулась – пе-ре-вер-ну-лась, расплескивая по столу содержимое, – терпению Вероцкого пришёл конец. Кажется тело этой девушки-катастрофы нужно хранить даже от неё самой, иначе оглохнет в молодости!

Он торопливо натянул майку, всунул ноги в туфли и выскочил в коридор. Звонка в соседней квартире не было, так что пришлось барабанить. Основательно и яростно, чтобы преодолеть сопротивление музыки. Почувствовав, что дверь под кулаком пришла в движение, Стас набрал в грудь воздух… и резко выдохнул при виде вакханалии, творящейся внутри.

Музыка продолжала бить по ушам (теперь, когда хрупкая преграда в виде двери оказалась открыта, она звучала ещё громче – хотя куда громче?), позади крошечного коридорчика виднелась гостиная: диван был разобран и разворошен, на кофейном столике стоял полный ассортимент вредной еды. А в прихожей злобного гостя встречала сама хозяйка квартиры и её «доставщик», и честно, Стасу совсем не хотелось думать о том, чем они тут занимались. Полно, он и так устроил себе изматывающую тренировку, насколько это было возможно в сжатом пространстве квартиры, чтобы выкинуть из головы тупые шуточки о сексе.

И вот опять!

– О, господин телохранитель, – пропела Регина, натягивая на лицо улыбку и хлопая глазками.

Вероцкий сильнее поджал губы. Лучше бы прикрылась, право слово. Крошечные джинсовые шортики и топик-бандо лишь создавали ощущение одежды, больше открывая, чем закрывая. На лбу Регины выступила испарина, влажные кончики светлых волос завивались, а по ключицам в сторону уютной ложбинки груди медленно стекала капелька пота. Весьма соблазнительно, если любишь…