Мертвый узел - Анна Шеол

Постепенно все волнения улеглись, и дни потекли за днями спокойно, без происшествий и тревог, как когда-то давно.

И каждый следующий был смертельно похож на предыдущий. Так смертельно, что я в них понемногу запуталась. Бордель-кафе, встречи со старыми клиентами, звон чаевых в кармашке передника, чудом не разбитая бутылка вина, подзатыльники от Зои и завтраки с Алисией, часто протекавшие в молчании. Вернее, рыжая-то трещала без умолку, я просто не знала, что отвечать, и в глубине души чувствовала себя виноватой, что ей в одиночку приходится заполнять эту пустоту.

Многое, вплоть до покрасневших от чистящего средства рук, неимоверно напоминало мне предыдущую жизнь. Ту, которая оборвалась случайно и несчастно, едва Ланкмиллеру стоило сунуть в нее свой нос. Оборвалась, чтобы никогда не начинаться вновь, и вот как-то сама собой началась. Я не знала, хорошо это или плохо. Все попытки наконец определиться были мучительными, так что я предпочитала их избегать.

Ланкмиллер больше не звонил с тех пор, и, видимо, вообще забыл о моем существовании. Алисия во всяком случае не выказывала явных признаков беспокойства, из чего я сделала вывод, что хозяин пребывает в добром здравии, просто потерял ко мне интерес. Может, это и к лучшему, что он наконец исчез из моей жизни. По крайней мере, так она стала гораздо спокойней, без потрясений и драм.

Так я думала, пока однажды забытый уже мобильник отозвался в кармане передника короткой глухой вибрацией, заставляя судорожно хвататься за ткань, соображая, какая часть тела у меня сейчас отваливается. Когда случайно нащупала его, поняла, что дело вовсе не в том, что я помираю. Пока доставала, в глубине все еще надеялась, что это какая-нибудь рекламная спам-рассылка, но судьба была непреклонна, как и всегда. На экране высветилось сообщение:

«Атлантик, 1423, 13:30 завтра».

Я усмехнулась мысли, что это самый короткий и емкий приказ из всех, что я получала. Отель «Атлантик» был расположен через две улицы от «Шоколада», 1423 – судя по всему, номер комнаты, в которой он будет ждать. Что ж, видимо, это значит, что Ланкмиллер вернулся в Шель. Хотя это и не объясняет, с чего ему вдруг назначать свидания по отелям при таком шикарном особняке. Впрочем, все это неважно по сравнению с тем, что мне придется вновь увидеть его, дышать с ним одним воздухом, существовать в одном пространстве, действующем гнетуще. Это никогда не заканчивается хорошим.

Я сунула мобильник обратно в карман, чувствуя, как во рту становиться кисло, а на душу опускается такая тяжесть, что, кажется, слышно, как трещит позвоночник.

Море было неприветливым в тот день, непрозрачная черная вода, волнующаяся перед штормом, даже чайки попрятались. В кафе только и разговоров о том, что сезон дождей в этом году затянется.

Я вдохнула и резко выдохнула. Конечно, совесть была мне мало свойственна, но все-таки отпрашиваться в разгар рабочего дня – да еще и, как назло, донельзя загруженного, – было не самой приятной штукой. С тоской оглядывая полный зал, я прижимала поднос к груди – если не подзатыльник, то пару взглядов, бьющих не менее метко, я точно получу за свои выкрутасы. Впрочем, какая уж теперь разница.

О том, что о визите мучителя давно известно, сказала мне сама Зои. Точнее, это по случайности вышло.

– Роуз, глянь, сегодня в одиннадцать часов это открытие завода было, – управляющая втащила меня за руку в подсобку. – Хорош же?