Поймать призрака - Дэй Леклер

– Что ж, временно отстранили – это лучше, чем прогнали, – сказал он с сочувствующим видом.

– Ты еще говоришь!

Он встал, и она отступила на шаг, предпочитая, чтобы его сочувствие не принимало физические формы. Хватит. Один раз уже пробовали.

– И все из-за тебя. Если бы ты не явился разоблачать мое привидение, я бы жила спокойно.

– Да, понимаю. – Будто не удержавшись, он придвинулся и нежно провел пальцем по ее нижней губе. – Дуешься?

Она отпрянула, сжав губы в ниточку. Она была права, когда опасалась прикосновения. Его близость, прикосновения его рук были еще опаснее, чем можно представить.

– И не думаю. Что я, девочка? Я, между прочим, дуюсь только тогда, когда меня выпирают с работы.

– А этого не произошло, – напомнил он. – А часто бывает?

Она насупилась.

– Что именно? Чтобы выпирали с работы, временно отстраняли или чтобы я дулась?

Он пожал плечами.

– Выбирай сама. Часто ли тебя выпирают или временно отстраняют от работы?

Она откашлялась. Вопрос не в бровь, а в глаз. Предпочитая не приводить список разнообразных попыток найти работу, неизменно завершавшихся этим противным словом на «В», она решила перейти в наступление, и пусть он, для разнообразия, защищается.

– Я не забыла упомянуть, что все это по твоей вине?

В его бдительном взгляде замерцало веселье. Знакомое выражение. Точно так же выглядит Сникзиф перед броском на какое-нибудь бедное, ни о чем не подозревающее создание. Ни за что на свете она не хотела бы оказаться мышкой, когда в роли кота – Зак.

– Нехорошо отвечать вопросом на вопрос, – поучительно сказал он. – Смотри, как будет правильно. Сначала – ответ на вопрос. Да, ты упоминала, что все это по моей вине. После этого, и только после этого, можно задавать новый вопрос. Например: не думаешь ли ты, что их реакция была нормальной в данных обстоятельствах?

– Ответ. Нет. Вопрос. Убирайся.

– Это не вопрос. Это требование.

– Пользуясь твоим бессмертным выражением, «финиш». Убирайся в любом случае.

Он прислонился к дереву.

– Я не могу убраться. У нас договор. Ты должна представить мне информацию о Франциске Аристе и наблюдать за моими экспериментами. – Он дал ей время переварить сказанное, после чего добавил: – Я сожалею, что тебя отстранили от работы, но это единственное разумное решение.

– Разумное? Как ты можешь… – она запнулась, ужасное подозрение закралось ей в душу. Такое ужасное, что нельзя было произнести вслух. И все-таки она прошептала: – Мое отстранение – твоих рук дело?

Она не колебался.

– Да.

Ярость и неистовство охватили ее.

– Как ты мог? Как ты мог? Мне нужна эта работа!

– Конфликт интересов.

– Конфликт интересов! Тетя Фани, услышь меня! – она почти кричала, отчаянно пиная сухие ветки эвкалиптов, устилавшие землю. – Где конфликт? Я права, а ты – нет!

Мимолетная улыбка тронула его губы.

– Ты уже говорила. Но пока это не доказано научно, твоя работа на Ранчо во время моих экспериментов приводит к конфликту интересов. Ты получила бы возможность влиять на результаты.

– Единственное, на что я могу повлиять, так это на количество твоих зубов! – заявила она, потрясая кулачком. – Ты не можешь понять, что, помимо денег, Ранчо – мой родовой дом. Моя бабушка жила там, когда была ребенком, точно так же, как и Франциска. Я знаю там каждый камень. Я не только люблю его – я лучший гид. Это для тебя ничего не значит?

– Это временно, – настаивал он. – Как только все решится…

– Меня же могли прогнать. – (У него сузились глаза.) – Об этом ты не подумал, когда делал свой запрос, нет?

– Не понимаю. Почему тебя могли прогнать?

– Потому что работник… – Она перебила себя, чтобы пояснить: – Я цитирую своего начальника, понимаешь?

Он нетерпеливо кивнул.

– Понятно.

– Цитирую: «Иметь работника, связанного с разоблаченным духом, нежелательно. Если профессор Кингстон докажет, что Франциска не существует, люди могут подумать, что мы специально наняли аферистку. А это плохо повлияет на общественное мнение и скажется на бизнесе». Конец цитаты.

– Я сожалею, я…

– Ты сожалеешь? Ха! Если бы ты сожалел, то сложил бы в чемоданы свою актриску-привидение и своего ловкача электронщика и поймал первую попутную машину. Мне нужна эта работа. Мне нужно оплачивать счета. Мне нужно содержать бабушку.

У Зака сжались челюсти. Он смотрел мимо нее, далекий и недостижимый.

– Я понимаю, что тебе приходится туго, но уехать не могу. Я связан.

– Тебя не связать, тебя в тюрьму посадить надо!

Жесткий взгляд снова обратился к ней.

– Означает ли это, что ты решила разорвать наше соглашение?

Она сверкала глазами, не в силах остановиться… и проклинала это бессилие.

– Ты вырываешь хлеб изо рта порядочных, с трудом добывающих его людей. Тебе должно быть стыдно.

Он приблизился.

– Ты хочешь вернуться на работу, а я хочу выяснить, существует ли твой дух. Чем скорее это будет сделано, тем скорее ты вернешься на работу. Помоги мне, чтобы мы оба смогли вернуться к нормальной жизни.

– Ты не человек, понимаешь? – сказала она с отвращением. – Какое право ты имел прийти и вот так разрушить мою жизнь?

Его лицо окончательно замкнулось, утратив все следы сочувствия.

– Ты приняла решение написать коммерческую книгу о своем духе. Это дало мне право определить состоятельность твоего заявления.

– Ни черта оно тебе не дало!

– Ты будешь сотрудничать?

Она уставилась в землю, наблюдая за непрерывной вереницей муравьев, спешащих между листьями, засорившими давно не стриженную траву. Он прав. Что сделано, то сделано. Довести до логического завершения все, что ими начато, – единственный способ изменить нынешнее положение. Она нахмурилась и сказала неохотно:

– О'кей, я буду сотрудничать. Но требую точного срока. Если ты не сможешь доказать отсутствие моего привидения к кануну Дня всех святых, то признаешь поражение и уедешь. Договорились?

– Договорились.

– В таком случае лучше тебе войти и познакомиться с Наной. Она уже десять минут выглядывает в окошко. Если мы немедленно не войдем в дом, у нее будет истерика.

– Боже упаси. Идем скорее.

Рейчел провела его по дорожке и открыла дверь. На пороге сидел Сникзиф, загораживая проход. Чтобы миновать Наниного самозваного телохранителя, надо было представить гостя. Для безопасности она встала между человеком и животным.