Я болен тобой - Валерия Дражинская

— Мне действительно нездоровится. Всем хорошего вечера! Было приятно познакомиться, Анастасия! — ловлю ее неприятно изучающий взгляд.

Но мне уже на все наплевать!

— Торопишься к мужу? — интересуется Игнат, и в мозгах, наконец-то, начинает проясняться.

Он знает, что я развелась с Олегом. Неужели из-за этого вся канитель?

— Я уже давно развелась! — вижу, что он не удивлен.

— Заметно! — демонстративный осмотр с головы до ног, — Раньше муж не разрешал так одеваться? Или не по карману было? Кстати, кто спонсирует? — в каждом слове звучит насмешка и презрение.

— Прощай, Игнат!

Пока выходила из ресторана сдерживалась. Но, только успев утрамбоваться в рядом припаркованное такси, как слезы вырвались наружу. Зачем так жестоко?

Только дома слегка успокоилась. Сердобольный таксист даже сам сходил в супермаркет за вином. Я стянула с себя злополучное платье и швырнула его в угол, понимая, что оно здесь ни при чем. Надела свои любимые шортики и майку, в которых сплю. Включила на ноутбуке «Неудержимые» и с бокалом вина бездумно уставилась на экран.

Я не хотела анализировать поведение Игната! Даже нечаянно вспыхнувшая мысль о нем приносила боль. Я попрощалась с ним. Слез уже не было. Накатило странное отупение.

На втором бокале вина и где-то посередине фильма ожил дверной звонок. На часах одиннадцать вечера. Незваных гостей у меня не бывает. Уже молчу про время. Благо, свет везде выключен. Никого нет дома! Я поставила фильм на паузу и принялась ждать, когда нежеланному посетителю надоест звонить.

От последующих событий мои волосы, если бы могли, встали дыбом. Четкий уверенный голос из-за двери задал весомый вопрос:

— Мира, ты хочешь, чтобы я сам открыл эту дверь?

15

Мирослава

Передать словами мое состояние невозможно. Я в полном ауте! Подхожу и открываю ему.

Игнат осматривает меня сверху донизу, как несколько часов назад, но в этот раз выражение его лица невозможно назвать скучающе насмешливым. Вмиг сжатые челюсти, пылающий взгляд и собранные в кулаки пальцы, все это «мягко» намекало на «легкую» нервозность.

— Оденься! — приказал он.

Я несколько секунд непонимающе смотрела на него, а потом с ужасом опустила голову к трусикам-шортикам и майке, слишком откровенно выставляющую грудь. След мой простыл моментально. Надеть халат и затянуть волосы в конский хвост, не заняло много времени, но когда я вышла в свой маленький коридор, то обнаружила закрытую входную дверь и свет на кухне. Я тяжело вздохнула, предстоял трудный разговор. Что ему от меня нужно? Итак, унизил при всех! Еще и красные опухшие глаза после слез не ахти как смотрелись в зеркале. В душе царил полный хаос. Но какая-то частичка меня была в восторге наблюдать его на своей территории. Мысли в голове прыгали, словно взбесившиеся кузнечики. Может, стоило надеть джинсы и футболку?

— Ты долго там будешь стоять? — устало произнес Игнат, заставляя мое тело, поплывшее от хриплого голоса, прийти в движение.

На пороге кухни я застыла как вкопанная по двум причинам. Первая: Игнат, в этой маленькой зоне, с минимальным количеством мебели, в местах с потертым до дыр линолеумом, с обшарпанными сверху обоями, смотрелся примерно, как сто долларовая банкнота рядом с рублем. Второе: он хозяйничал как у себя дома — на плите стоял закипающий чайник, на столе приготовленные две кружки и в данный момент Игнат изучал скудное содержимое моего холодильника. Прошла во внутрь и оперлась поясницей об столешницу кухонного стола.

— Ты вообще готовишь себе? — захлопнув дверцу, эти, на глаз, сто килограмм чистого секса повернулись ко мне.

— Как ты узнал где я живу и что тебе нужно? — проигнорировала я его, но слюна во рту, отнюдь не из-за упомянутой еды, образовалась.

Игнор был взаимным. Игнат спокойно разлил кипяток и демонстративно поставил передо мной кружку ромашкового чая. Себе же сделал кофе, который я купила, в минутном порыве, просто чтобы купить.

— Сначала ты мне кое-что объяснишь, а потом я ненадолго избавлю тебя от этого голодного взгляда! — пообещал он, потягивая кофе.

Его спокойствие зашкаливало. Он снял пиджак и выделяющиеся через рубашку мышцы очень сексуально напрягались, когда он подносил горячий напиток ко рту. Нельзя быть таким совершенным!

— В смысле? — медленно отмираю я.

— Мирослава, без последствий Так смотреть на меня, тебе уже чревато! — Игнат говорил медленно, слегка растягивая слова, — Что у тебя с Олегом за отношения?

— Я не понимаю…

— Что именно? Что, несмотря ни на что, я все еще хочу тебя отыметь? Или твое вранье, по поводу липовой любви к липовому мужу? — от того, что все это сказано спокойным ровным голосом становилось жутковато.

Он знает, что брак с Олегом ненастоящий. Было противно, что постоянно приходилось врать, а теперь стало в сто раз хуже. И стыдно! Но я, хотя бы, уже понимала его поведение.

Я чувствовала, что он взбешен, но контролировал себя. Раньше никогда не сталкивалась с человеком, который мог так расслабленно и без эмоционально выражать свой гнев. Это мало того, что сбивало с толку, а напрочь дезориентировало.

- Я…, - у меня не было слов.

— Почему, Мира? Тебе нравилось издеваться надо мной? Ты от этого получала удовольствие? — казалось, что он ведет вежливую беседу о погоде.

— Зачем ты так?

— После столь долгой лжи, как ты хотела, Мира? — обманчиво мягко интересуется он.

— Прости, — говорю тихо.

— Мне не нужны твои извинения. Просто объясни.

— Я… мы с самого начала договорились никому не рассказывать.

— Слабенько! Но ладно, — кивает он, — Зачем нужен был тот брак? Вы в семью играли?

— У меня отец, — я для правдоподобности тяжело сглотнула, — очень жестокий человек. В двадцать лет, он относился ко мне как в десять. Контролировал и решал все за меня. За непослушание мог ударить. Я сбежала из дома. И единственная стоящая причина, по которой он не притащил бы меня обратно, было наличие мужа. Олег мне помог в этом. Мы с детства дружим. Олег тоже оставался в выигрыше. С его внешностью к нему девушки липли как мухи, а так есть жена, которой можно изредка изменять.

По его внимательно изучающему взгляду, невозможно было определить верит он или нет.

— А тебе, почему нельзя было изредка изменять?

— Я тебя интересую лишь по одной причине. А это не для меня. Было!

— Когда ты пришла ко мне домой ты хотела рассказать правду?!

Я опустила голову и слабо кивнула:

— Но ты был с той девушкой!

— Дальше представить, что у тебя происходило в голове не трудно! Ты не дала мне ни одной возможности своим враньем, — грустно усмехнулся он,