Хранитель Дикого вереска - Наталья Алексеевна Мусникова

— Если хотите позавтракать в тишине, то лучше прямо сейчас выходить, иначе потом студенты и другие преподаватели набегут, гомон поднимется, словно в орочьем логове.

Абигайл поблагодарила служанку, на всякий случай уточнила у неё путь в столовую и по широкой лестнице с высокими, истёртыми от времени ступеньками, спустилась вниз. Было ещё рано, Академия только-только начинала просыпаться, в коридорах едва горели постепенно затухающие ночные магические светильники, не столько разгоняя сумрак, сколько ещё больше подчёркивая его. Двери кабинетов, мимо которых проходила целительница, загадочно поблёскивали табличками с именами преподавателей, время от времени откуда-то издалека доносился приглушённый шорох шагов ещё одной ранней пташки, привыкшей встречать новый день с рассветом. Постепенно Абигайл расслабилась, сумев выбросить из головы и ночной кошмар, и явные недомолвки Агаты и Виолы, и даже грустную историю Верены. Всё это вполне может немного подождать хотя бы до той поры, когда она встретится с синеглазым деканом факультета Стражей, а пока достаточно просто наслаждаться таинственными скрипами и шорохами медленно просыпающейся Академии, приглушёнными смешками, долетающими из комнат студентов, нежными лучиками утренней зари, любопытно и застенчиво заглядывающей в окна и сытными ароматами, долетающими из столовой. Абигайл сглотнула слюну и прибавила шаг, спеша на манящий зов свежей и горячей пищи. Леди так увлеклась, красочно представляя, что именно она закажет на завтрак, что не заметила бесшумно вынырнувшего из-за поворота мужчину, звучно впечатавшись в его обнажённую, покрытую крохотными капельками воды, грудь. Удар был настолько сильным, что Абигайл пошатнулась и наверняка не устояла бы на ногах, если бы мужчина машинально не придержал её за талию.

— Благодарю, — Абигайл смущённо улыбнулась, подняла голову, намереваясь извиниться, но под взглядом льдистых синих глаз смешалась и растеряла все слова.

Хотела увидеть декана факультета Стражей? Ну, вот, как говорится, получите и распишитесь!

— Мне интересно: леди в принципе глазами не пользуется или только утром зрение экономит?

Абигайл поджала губы, понимая, что упрёк, пусть и грубый, но вполне заслуженный, она уже второй раз Норда толкает, причём с каждым разом всё сильнее и сильнее. В следующий раз, если, убереги Триединый, он случится, вообще, наверное, с ног собьёт.

— Прошу прощения, я Вас не заметила.

— Вы хотите сказать, что я настолько незаметный?

Абигайл осторожно сделала шаг назад, к искреннему облегчению, Норд, в отличие от своего приятеля оборотня, удерживать её не стал, скрестил руки на груди, тем самым невольно обратив взор леди на лёгкую золотистость кожи и выраженный рельеф мышц.

— Я… я просто задумалась…

Тёмные, цвета старого золота, брови насмешливо взлетели вверх, в холодном голосе отчётливо зазвенела насмешка:

— О, не прошло и дня, а вам уже есть, о ком подумать! Поздравляю!

Щёки Абигайл запылали от очередного оскорбления, голос задрожал от заклокотавшего, забурлившего, слово лава в пробудившемся вулкане, гнева:

— К Вашему сведению, леди могут думать не только о кавалерах. Есть масса других достойных размышления причин!

Норд сузил глаза, изучая целительницу с видом алхимика, внезапно обнаружившего на стенках колбы налёт и пытающего понять, можно ли считать находку успехом опыта или всё-таки полнейшим его провалом.

— И какие же думы терзают Вас столь сильно, что ни на что другое Вас уже не хватает?

Абигайл поняла, что это её шанс узнать о брате Верены.

— Я…думала об одном студенте…

— А говорили, что Ваши думы не связаны с кавалерами, — Норд фыркнул, брезгливо отступая. — И сколько пыла было в Ваших словах, сколько патетики и пафоса, я даже, право слово, поверил.

Леди стиснула кулачки, взглянула на декана едва ли не с ненавистью:

— К Вашему сведению, если Вы забыли или так до сих пор и не заметили, я вдова и выходить замуж не собираюсь. А думала я о брате, — Абигайл споткнулась, понимая, что вторгается в чужую тайну, кашлянула и уже без прежнего гнева закончила, — о брате своей подруги. Он писал, что стал студентом Академии, подруга попросила передать ему привет.

Лицо Норда сохраняло прежнюю холодную невозмутимость, лишь в глубине синих глаз мелькнуло что-то и тут же погасло, не дав толком понять, что же это было.

— И как же зовут брата Вашей подруги?

— Даниэль Соулс. Он студент Вашего факультета.

Норд прикрыл глаза, помолчал, перебирая в памяти имена студентов, а затем коротко и невозмутимо, словно речь шла о сборе винограда, бросил:

— Ложь. Такого студента нет на моём факультете.

— Возможно, он учился раньше…

Декан глубоко вздохнул, закатил глаза:

— Учитывая, что Вы леди, постараюсь выразиться максимально ясно и понятно: Даниэль Соулс никогда не учился на моём факультете. Ни-ког-да. Надеюсь, вам понятен смысл этого слова?

Абигайл прикусила губу, растерянно глядя на Норда.

— Но его сестра говорила, что…

— Кому Вы больше верите: девице, знающей об Академии лишь из газет или декану факультета, преподающему вот уже добрых десять лет?!

В душе целительницы опять затеплилась не желающая умирать надежда:

— Может быть, он учился больше десяти лет назад?

Норд снова нарочито глубоко вздохнул:

— Леди, да будет Вам известно, вступая в должность декана, преподаватель обязан изучить сведения обо всех студентах, когда-либо обучавшихся на его факультете. Понимаете? Обо всех студентах. И потому я могу чем угодно поклясться, что Даниэль Соулс никогда не был студентом факультета Стражей и боевых магов. Ваша подруга ошиблась.

Абигайл вспомнила несчастное, бледное личико Верены, её грустные глаза, общую подавленность. Если девочка не найдёт брата, жаждущие богатств родственники рано или поздно доберутся до неё и тогда её жизнь станет весьма печальной и краткой.

— Возможно, моя подруга и правда ошиблась и её брат учится или учился на другом факультете.

Норд фыркнул, по его лицу скользнуло что-то отдалённо похожее на улыбку:

— Знаете, это, конечно, не моё дело, но Вашей подруге следовало бы проявить больше интереса к своему брату, тогда и не пришлось бы его по всей Академии искать.

Абигайл холодно сузила глаза:

— Вы правы, это не Ваше дело.

Леди была уверена, что декан замкнётся, обдаст её волной ледяного презрения и уйдёт, но Норд неожиданно коротко хохотнул, даже шутливый поклон отвесил:

— О, прошу прощения, леди, я не хотел оскорбить Вашу трепетную душу. В качестве извинения готов пригласить вас на завтрак.

— Надеюсь, не в качестве главного блюда? — пролепетала Абигайл, опешившая от неожиданного изменения в настроении декана.

— Ну что Вы, молодых дам я предпочитаю исключительно на обед, после занятий, — Норд протянул целительнице руку.

Абигайл уже собиралась положить вои пальчики на эту широкую мозолистую с белой