Измена. Я тебя прощаю - Тина Джель

— Ну слава яйцам! — разливается его манерный голос в динамике, раньше чем я что-либо успела сказать. — Динарочка, ты меня чуть до инфаркта не довела. Ты что творишь вообще. Я тут уже успел все трусы и чайники твои концертные в баулы покидать. А тебя всё нет. Ты за что так со мной?

— Разгрузиться помоги, — перебиваю его тираду…

— Должна будешь

Бросаю трубку и встаю рядом с автобусом, где уже все собрались. Гул стоит такой, что разобрать ничего невозможно. Тут и артисты и провожающие, орут все. Никто не обращает на меня внимания. Все заняты своими делами, кроме администратора, с которой я не жаждала встречи сейчас, совсем. Надеялась, что пронесёт. Но нет, — не пронесло.

— Фомина, чтоб тебя, — орёт она своим зычным басом, — ты что творишь вообще? Венер тут за тебя, можно сказать, голову на плаху положил, а ты звезда такая, шляешься где-то, подводишь нас всех.

Гул затих и все с интересом уставились на меня.

В обычное время я бы струхнула и быстренько извинилась, но сегодня мне всё равно. Не обращаю на неё внимания. Начинаю вытаскивать чемоданы.

Её у нас боятся все, без исключения. Даже мужики взрослые боятся, скрутит в бараний рог одной левой — любого.

Венер выскакивает из-за автобуса и чмокает её в щёку:

— Зубайдушечка, — угомонись дорогая, мы мигом, ты даже моргнуть не успеешь, а мы уже в автобусе сидим, никто ничего и не заметит, — манерно зачёсывает волосы своей пятернёй назад и бежит ко мне.

— Десять минут у вас на всё про всё и по матрёшкам! Всем! — объявляет она ещё громче, но уже не так грозно, и отходит в сторонку покурить.

Остальные тоже, под шумок, решили подымить перед дальней дорогой.

Венер быстро закидывает мои вещи и закрывает багажный отсек. Я успела. Можно выдохнуть.

— Машину отгоню, — смотрю на Венера, — место мне займи у окна.

— Уже занял, — гладит меня по голове, — со мной сидишь красотка.

— Дина — раздаётся рядом знакомый голос и я подпрыгиваю.

Сердце в пятки уходит.

— Это что за крашеный петух рядом с тобой?

Что он делает здесь? Муж прислал? — проносится в голове.

— Не твоё дело, — поднимаю взгляд.

— Ух ты, дерзкая какая стала, — смеётся, — умница.

Смущаюсь от его похвалы. Щёки краской заливаются. Всегда смущаюсь, когда его вижу. Хоть и прошла куча времени с нашей первой встречи, и он больше никогда не позволял себе никаких сомнительных шуточек в мою сторону, я смущаюсь.

Он улыбается. Открыто. Хорошо. Улыбается своей фирменной, немного бесшабашной улыбкой.

Успокаиваюсь, тоже улыбаюсь.

Прошу Венера подождать меня в автобусе. И он послушно отходит в сторону и присоединяется к кучке любителей подымить, хотя сам не курит. Посматривает на меня, контролирует ситуацию. Девочки же откровенно рассматривают Валеру и даже не скрывают этого. Понимаю их. На такого сложно не засмотреться: высокий голубоглазый блондин, с невероятной улыбкой. Когда он улыбается, мир становится как будто ярче и красочнее. Я сама иногда засматривалась на него, хоть и замужем была и мужа своего любила до одури.

— Ты что делаешь здесь? — наконец отмираю.

— Тебя провожаю…

— Аа, — не знаю, что ему сказать на это, растерялась опять.

— Дина, — он наклоняется к моему лицу, обдавая меня своим дыханием, — давай с тобой договоримся сейчас, если тебе что-то будет нужно, то ты мне звонишь в любое время дня и ночи, независимо от твоих отношений с мужем. Договорились?

— У меня всё хорошо, мне ничего не надо…

— Я знаю малыш, что у тебя всё хорошо. По-другому просто быть не может.

— Я не малыш, — огрызаюсь.

— Извини, — поднимает руки, — но знаешь же, некоторые вещи проще мужчине сделать, чем девочке: кран там починить например, шкаф подвинуть или колесо поменять. Ммм? — серьёзно смотрит, только в глазах бешеные чертята скачут.

Я помялась немного и обнаглела:

— Слушай, раз уж ты сам предложил, можешь машину мою в сервис загнать? А то там тук-тук что-то.

— Да не вопрос вообще, ключи давай. Посмотрим где там тук-тук. Тебе её потом куда?

— Не знаю, — пожимаю плечами, — потом решу. Позвоню тогда?

— Конечно. Обнимемся?

— Обойдёшься, — смеюсь.

— Ну тогда в щёчку тебя поцелую? — не сдаётся.

Киваю и показываю пальцем место куда можно поцеловать. Он наклоняется, но не целует, а шепчет:

— В автобус, быстро…

***

Влетаю в автобус. Поняла уже всё.

В жар бросает и одновременно трясёт мелкой дрожью — страшно.

«Что это за прекрасный принц Динарочка» — несётся от кого-то мне в спину.

Венер толкает меня в кресло, почти у самого входа и садится рядом. Он, кажется, всё уже понял. Съезжаю вниз, почти на пол сажусь. Интуитивно закрываю лицо руками.

Венер закрывает шторку и подхватывает меня. Вытягивает из под кресла, прижимает к себе.

Утыкаюсь в его грудь носом.

Колотит нереально, аж зубы стучат.

Зачем он приехал? Что Ему надо от меня? Унизить меня хочет? А Валера зачем припёрся? Может зря я ему ключи от машины оставила…

Чёрт! Как всё непонятно…

Вокруг суета. Шушукания. Все ломанулись к окнам — бесплатный концерт сегодня показывают. В главной роли — муж мой, вход свободный.

Девчонки начинают громко и с выражением комментировать происходящее: — «наша скромница себе любовника завела, — громко объявляет коллега и партнёрша по номеру». И все начинают дружно похихикивать.

Я впиваюсь пальцами в грудь Венера, не контролирую себя.

— Тшшш, — он отдирает мои руки и обнимает. Легко поглаживает спину. Успокаивает.

— Что мне делать? — собираю пальцами его футболку в гармошку, — может выйти?

— Не вздумай. Сиди тихо, без тебя разберутся.

— По местам расселись быстро. Отлипли от окон, — командует Зубайда и все начинаю нехотя рассаживаться по своим местам. — Двери закрываем и вперёд. Время.

— Не могу, дорога перекрыта. Вон смотри, машина поперёк дороги стоит. — отвечает ей водитель

— Дверь открой, — как-то очень спокойно реагирует наш администратор.

Никто ей не перечит. Ей вообще никто никогда не перечит.

Шум открывающейся двери и все затихли. Дышать перестали, в ожидании сольного выхода нашего администратора. Когда наша Родина-Мать выходит на авансцену — все молчат.

— Эй, петухи ощипанные, — этим голосом легко можно построить роту солдат, — чьё корыто модное стоит перед нашим автобусом? Даю вам пять минут на то, чтобы морды друг другу набить и корыто с нашего пути убрать, иначе беру кувалду и отхожу эту модную тачку так, что отец-производитель не узнает.

Тишина…

Один-два-три — считаю. Ничего не происходит. И…