Снова будешь моей. Мой Консерватор - Лина Коваль

- Уже в процессе. Поехали куда-нибудь поедим, Насть?

- Я не голодна, лучше поезжай домой и поспи, Андрей. У тебя чёрные круги под глазами такие огромные, что мне хочется достать консилер из сумки.

- Кон-си-лер? – задумчиво повторяет он по слогам, - Я надеюсь это что-то из секс-шопа?

Взрываюсь диким хохотом, обстановка разряжается и становится как-то свободнее что ли.

- Не угадал, Громов. Это косметическое средство.

- А жаль, - иронично изучает моё лицо, будто соскучился по моему смеху, - может вместе ко мне поедем? Великодушно приведешь меня в порядок?

- Мечтай, Громов! Лучше позови нового финансиста, - стараюсь чтобы голос не был слишком обиженным. Ничего не могу с собой поделать, бесит присутствие Лизы рядом с ним.

Его низкий раскатистый смех проникает мне под кожу и действует как афродизиак. Щеки начинают пылать от возбуждения.

- Милая, ты всегда была ревнивой дикой кошкой. Никогда не знаешь, что ты выкинешь в следующий момент - расцарапаешь лицо или промурлыкаешь мне в шею.

- Можешь даже больше не рассчитывать на второе... Эта функция безнадежно стерта из настроек.

Андрей встаёт из-за стола и отворачивается к панорамному окну. Положив руки в карманы брюк, молча смотрит вдаль. Любуюсь его широкой спиной плотно обтянутой дорогой тканью рубашки. В тягостном молчании проходит несколько минут. Пора встать и уйти, Настя. Чего ты ждешь? На что надеешься?

Вдруг хозяин кабинета резко разворачивается, будто принял решение.

- Давай начнём всё сначала, Насть? - предлагает бывший муж, надвигаясь на меня.

- Ты смеёшься надо мной, Громов? - говорю с лёгкой улыбкой, качая головой. - Мы слишком разные!

- Конечно! Ты женщина, я мужчина. Это естественно, - продолжает, подходя ко мне всё ближе.

- Я не об этом, Андрей, - останавливаю его, жестом руки. - Ты опять забудешь про меня, просто выкинешь, как собачонку, а я?? Снова разобьюсь на кусочки...

- Я смотрю, ты быстро нашла КТО соберёт этот пазл, дорогая? - цедит сквозь зубы. - Целый год спала с Измайловым...

Схватив за локоть поднимает меня со стула, как пушинку.

- Я могу встречаться с кем захочу, - гордо смотрю ему в глаза снизу вверх.

- Закрой свой рот, Настя. Ты снова будешь моей. Этот вопрос решённый...

Он властно обхватывает мою шею ладонью, а его губы начинают хозяйничать на моих. В рот врывается родной вкус его языка. В голове становится пусто, жарко, невыносимо.

Ноги превращаются в вату…

Словно чувствуя это, Андрей задирает моё платье до пояса и подхватив меня за талию, усаживает на стол. Его руки с силой сжимают мои бедра. Ноги сами собой разъезжаются под их напором, пока язык Андрея продолжает бурную деятельность у меня во рту.

Закидываю руки ему за шею, нетерпеливо прогибаюсь в пояснице, жадно целую в ответ. Ничего не могу с собой поделать, я просто не могу противостоять ему. Весь здравый смысл и все принципы снова летят в пропасть и я, под напором умелых рук и языка, лечу вместе с ними…

Мне хорошо. Только с ним бывает так хорошо.

Отодвинув полоску влажного белья, его пальцы осторожно поглаживают меня снизу. С правильной скоростью начинают кружить вокруг нужной точки. Закрыв глаза, пытаюсь справиться с ощущениями, это невыносимо приятно.

- Девочка моя, - нежно шепчет мне в мочку уха, прикусывая ее.

Громко постанывая в его шею, целую и покусываю вкусно пахнущую кожу. Он пахнет моим Андреем, терпко и приятно.

Его рука продолжает творить безумие у меня между ног, два пальца резко проникают внутрь. Ничего не соображая, помогаю ему, насаживаясь на них сама же. Возбуждение становится ощутимее, пальцы внутри меня двигаются все быстрее. Я хочу его, практически раздираю когтями рубашку на спине бывшего мужа.

Через пару мгновений не выдерживаю и взрываюсь оглушительным оргазмом. Полностью расслабляюсь, даю ему захватить меня, сраженная дикими давно забытыми эмоциями.

- Три минуты и шестнадцать секунд, - тихо сообщает он, посмотрев на часы.

- Что? - ничего не соображая шепчу в вырез его рубашки на груди. Его руки продолжают поглаживать мои бедра. В голове разбавленный теплый кисель из хаотичных мыслей.

Даже двигаться не могу…

- Три минуты и шестнадцать секунд мне понадобилось, чтобы услышать мурлыкание.

Вскидываю голову и смотрю ему в глаза, в которых радостно плескаются превосходство и усмешка. Ярость под грудью взрывается ровно с той же силой, что и оргазм пару мгновений назад. Резко откидываю правую руку и награждаю его звонкой пощечиной. Отталкиваю его горячее тело от себя двумя руками, поправляю трусы, платье, хватаю сумку и бегу из кабинета, стараясь не разреветься.

-Какой же ты мудак! Ненавижу тебя.

В след слышу только низкий раскатистый смех.

По пути к лифту проношусь мимо ничего не понимающей Лизы. Судорожно нажав на кнопку первого этажа, пытаюсь привести себя в порядок с помощью большого зеркала.

Волосы выбились из причёски, тушь расстеклась, губы кричаще красные, а платье безнадёжно измято, между ног предательски сыро. Хороша бизнес леди, ничего не скажешь!

Всхлипываю глядя себе в глаза, обнимаю себя за плечи и тихо шепчу:

- Ты у меня ещё попляшешь, долбанный Куклачев!!!

16. Настя

Осознание произошедшего приходит только на следующий день.

Вчера я приехала домой вымотанная. Физически и эмоционально. Приняла душ и в очередной раз забыв про чёрные контейнеры из холодильника уснула уткнувшись в подушку.

Утро началось рано, теперь уже с двух курьеров. С появлением бывшего мужа они возле двери моей квартиры вырастают как грибы на поляне. И если первый принёс уже привычный блестящий вкусно пахнущий пакет с едой, то вторая доставка из известного цветочного бутика нашего города была как минимум неожиданной.

Приложенная записка с текстом: "С добрым утром, Кисуля!" не даёт даже капли сомнений о дарителе и отправляется прямиком в мусор. Как и шикарный букет из любимых мной белых роз.

- Иди ты к черту, спринтер недоделанный! - шепчу, пытаясь запихнуть цветы в ведро.

Я точно знаю, почему он так поступил со мной. При всей своей консервативности и занудстве, больше всего Андрей Громов любит побеждать и доказывать собственное превосходство. Любое сопротивление он воспринимает, как вызов. Любой отказ, как призыв к решительным действиям. Говорить ему "никогда" было глупо.

Как красная тряпка для быка, ей-богу.

Но помимо последствий лёгкого петтинга и моего сокрушительного оргазма на его столе, меня беспокоит