Долг чести. Возьму тебя в жены - Валерия Иванова

А теперь я взял в жены другую. И такие диаметрально разные эмоции.

Я пробыл на кладбище до поздней ночи. Наиль отзвонился, сказал, что Зарина в доме. Когда зашёл внутрь, то сразу увидел девушку, свернувшуюся калачиком на полу. Я подошел к ней, она крепко спала. Какого хрена она спит здесь? Почему никто не провёл в комнату? Завтра поговорю с управляющим.

Я с раздражением выдохнул и поднял девчонку с пола. Она весила, как пушинка. Зара даже не проснулась, доверчиво положила голову мне на грудь и продолжила спать.

Я отнёс её в спальню на втором этаже, аккуратно положил на кровать. Её вещи доставят только завтра, поэтому я пошел в комнату Лейлы и взял её пижаму. Принёс и положил на кровать. Но не ушёл. Наблюдал за спящей… Супругой. Она такая юная, сколько ей, она сказала? Вся жизнь впереди. Но порой судьба имеет нас в разных позах, не спрашивая.

Я снова удивился тому, какая она красивая. Я таких не видел ещё. Мне до ломоты в пальцах захотелось к ней прикоснуться. Сам не понимаю, что за фигня со мной творится. Она — никто. Лишь рычаг, чтобы найти Карима.

Не смог удержаться, провёл по её шёлковой коже от предплечья вверх. Кожа покрылась мурашками, а губы девчонки приоткрылись. Такая отзывчивая и чувствительная. Её рот наводил на самые порочные и грязные мысли. Слишком молодая она для таких тёмных фантазий.

Всё, уходить надо. Но я не удержался и дотронулся до её лица. Девчонка тут же распахнула глаза и села на кровати. С опаской и страхом смотрела на меня.

Боится, как я и думал. Все боятся. И платье это дурацкое, с х*евой тучей застёжек, не справится же сама. Нож достал, а её вообще от страха трясти начало.

— Ч-что ты делаешь? Не надо,— заикаясь, сказала и попыталась отползти.

Но я не дал, схватил за лодыжку и опрокинул на кровать. Она взвизгнула и стала бороться.

— Нет, не надо! Пожалуйста,— в глазах блестят слёзы.

Утешитель из меня хреновый. Я взял её за скулы и встряхнул.

— Хватит истерить. Я разрежу грёбаное платье, чтобы ты смогла его снять. Сама ты не справишься. А видеть эту тряпку я больше не хочу, поняла?

Она замерла, а затем кивнула. Я снова раскрыл нож и стал срезать с неё платье. Зарина начала ёрзать, за что я шлёпнул её по бедру, несильно, но ощутимо.

— Будешь двигаться — порежу тебя. Замри.

Такое чувство, что она и дыхание затаила. Миллиметр за миллиметром я распарывал ткань, оголяя всё больше её кожу. Мне пришлось сжать зубы, когда платье от верха и до бёдер было распорото. На девушке был комплект кружевного белого белья. И, блять, ничего сексуальнее я в жизни не видел. У неё охрененная, высокая, молодая грудь, тонкая талия, округлые бёдра и шикарные ноги, которые вызывают желание закинуть себе на плечи и трахать до беспамятства.

Зарина замерла под моим взглядом. Широко раскрыла свои огромные глаза и наблюдала. А мне стоп-краны сносило, я боролся сам с собой. Давно такого не было. Я себя всегда контролирую. Но сейчас…

Меня потряхивало от желания дотронуться до неё. Протянул руку и положил на живот, почувствовал, как мышцы начали сокращаться. Вверх по ребрам, накрыл грудь. Девушка охнула и попыталась закрыться.

— Не надо, я не хочу… Пожалуйста,— голос ломается от эмоций.

— Не хочешь чего?— спрашиваю, а сам ничего не делаю, а так хочется подмять под себя и забыться в её тепле.

— В-вас… Тебя… Я не хочу. Мне… Противно,— сказала.

Такое чувство, что ржавым ножом ударила в самую грудь.

Не хочет. Противно.

Внутри настоящее пламя разгорелось. Убрал от неё руки и посмотрел с отвращением.

— Можешь быть спокойна, с подстилкой Аязова я спать не собираюсь. Завтра в восемь жду тебя внизу. Обсудим условия твоего пребывания в моём доме.