Трофей Степного Хана - Екатерина Руслановна Кариди

Девушка стояла против него, испуганно округлив глаза, а он держал ее за руку. Тэмир наконец понял, что произошло. Он не хотел пугать ее.  

- Аффет* (прости), - буркнул, отводя глаза.

Поднялся и быстро пошел прочь из шатра.

Вышел, а на дворе уже утро. Вот это он поспал! Дава дежурил снаружи, глянул на него, и по его круглому лицу расползлась ехидная улыбка.

- Эй, чего вылетел как на пожар? Оса под хвост ужалила?

Он только мотнул головой. Отошел недалеко, потом  сразу вернулся.

- Что было, пока я спал?

- Ничего, - пожал плечами Дава.

- А что там с тем, кто ночью в степь выезжал? Не слышно?

- Почему не слышно, - брови парня шевельнулись. - Дер-Чи ночью посты объезжал.

- Вот как, - Тэмир прижал подбородок к груди, была у него такая привычка, когда что-то казалось непонятным или вызывало сомнения. - И ездил в сторону становища даулетов?   

- Не знаю, ханскому сыну виднее, в какой стороне проверять посты.

Тэмир кивнул. Действительно, ханскому сыну никто не указ. Встал и хотел идти в шатер.

- Эй, подожди! - окликнул его Дава и вытащил небольшой котелок, укутанный в тряпки. - Вот, специально для вас спрятал, чтобы не остыло.

***

Как Але было неудобно, что она подняла вопли.

Но просто от неожиданности. Когда отодвинула занавеску и увидела, что Тэмир спит прямо так, сидя на полу у стены, ойкнула. А он проснулся и...

Ей казалось, она его обидела.

Ведь не трудно было догадаться, что он ее ночью охранял. Так глупо вышло, она себе просто места не находила. Когда он наконец вернулся с двумя мисками каши, она готова была бежать навстречу, но не решилась. Подошла осторожно и проговорила:

- Ты извини, я не специально. Ты не подумай, правда...

Он смотрел на нее, что-то такое было в серых глазах, ей казалось - не понимает. А он неожиданно кивнул и показал в сторону плетеного столика:

- Суах* (садись), Алия.

У нее сразу отлегло от сердца. Уселась, пождав под себя ноги, вздохнула полной грудью и улыбнулась. И тут же покраснела, потому что мужчина застыл, глядя на нее.

***

У нее светлые серые глаза с темной каемкой по краю и голубые белки. У здешних девушек белки глаз желтоватые, черные волосы и кожа такого оттенка, как кость, у них коричневатые губы и десны. Тэмир имел женщин, видел. А у нее белая кожа, и губы от природы яркие, как дикие ягоды на снегу, волосы - золотой ковыль... 

Одна прядка упала на щеку, он хотел поправить.

Неожиданно полог шатра колыхнулся, на пороге возник посланник.

- Великий Угэ-хан собирает совет, тебе надлежит явиться.

Выплюнул это и уставился на него с неприязнью. Тэмир сцепил руки на груди и проговорил:

- Я услышал.

Тот брезгливо скривил рот и убрался. Плевать было Тэмиру на его презрение. Но момент был испорчен. Тэмир шумно выдохнул, в считанные секунды уничтожил кашу в своей миске и встал. Надел ханский халат, бляху десятника, подумал и прицепил к поясу меч. Еще нож в голенище. Надел малахай.  

Обернулся к девушке, а у нее глаза огромные, тревожные. Тэмир не хотел, чтобы она боялась, но сейчас он должен уйти. Сказал:

- Коркма* (не бойся), хурдан келим* (я скоро вернусь).

И вышел.

***

Почти сразу появилась Цэцэг, принесла травный отвар, лепешек и запах лета. Здесь оно тоже есть. Не такое, как дома. Сухое, пыльное, но цветущие травы и солнце...

Цэцэг говорила с ней, они дальше продолжали понемногу учить язык. Потом девушка убежала, обещала попозже зайти. Понятно, у нее ведь дела. Это Аля могла целыми дня сидеть у Тэмира в шатре и ждать его возвращения.

Потому что без него Але сразу становилось не по себе. Когда он уходил куда-то, не хотелось его отпускать. Казалось, ему грозит опасность. Все эти страшные люди с жестокими лицами, для которых ничего не стоит чужая жизнь. Насмотрелась она на них еще тогда, в первый день. До сих пор стоял в глазах кровавый поединок и как толпа орала: «Цом! Цом!». Трофей, добыча.

Тэмир ведь один из них, такой же. Не дура все-таки, Аля понимала, что раз она - трофей и живет в его шатре, значит, по местным законам она принадлежит ему со всеми потрохами. Но. Но.

Он защищал ее, заботился. И он не тронул ее и пальцем.

Аля не знала, что творится за пределами этого шатра, из которого страшно было даже нос высунуть. Могла иметь только смутное представление. Ясно одно - между ней и этим опасным миром только Тэмир. Если бы не он, неизвестно, что бы с ней было. Она нервно вздрогнула, вспомнив того страшного мужчину. И тех других. Смотревших на нее, как на кусок мяса.

А Тэмир... Пока что она своим присутствием создает ему одни проблемы.

Вот и надо перестать быть амебой и начать делать хоть что-то полезное. Хотя бы порядок тут навести.

Холостяцкий шатер одинокого воина был пустоват, и в принципе тут и так все содержалось в относительном порядке. Но Аля нашла себе работу. Сложить аккуратно, почистить, рассортировать, красиво уложить.

Когда-то давно, в другой жизни, когда она была студенткой и училась на ландшафтного дизайнера, Аля планировала свою жизнь. Конечно, думала, что у них с Пашей будет квартира. Сначала, наверное, однокомнатная, или даже студия, больше бы они в ипотеку не потянули. Потом, может, сменили бы на двушку... Каким это все казалось ей безумно далеким и пресным. Пустым.

Словно только здесь началась ее настоящая жизнь.

«Боишься - не делай, делаешь - не бойся, а сделал - не сожалей».

Сожалела ли она теперь? Нет. То, что открывалось впереди, пугало, но было интересно.

Вроде ничего особенного у Тэмира в его холостяцком жилище не было. Совсем немного одежды, обувь старая, шкуры, куски войлока, полотнища ткани. Было оружие, доспехи, седла, кое-какая утварь, инструменты. Все она более или менее упорядочила, старалась сделать, чтобы было красивее. Оставалась его постель, Аля смотрела на нее и не решалась коснуться.

И не заметила, что уже не одна в шатре.

***

Тэмиру еще вчера ночью показалось странным, зачем это Дер-Чи было ехать проверять посты именно в той стороне, где начинались земли даулетов.