Можно ли купить счастье? - Барбара Макмаон

— Это временный брак, — прошептала она, когда за экономкой закрылась дверь. — Я обращусь к Хедли, когда он будет свободен. А возить он должен тебя.

— Хедли не мой шофер, а Джонатана. Хедли сейчас нечего делать. Если захочешь куда-то поехать, он будет под рукой. Это даст ему возможность как-то оправдать свое жалованье.

— Доброе утро, Люк — Кэтрин Винтерс в атласном халате вплыла в столовую. Она остановилась возле пустого стула и посмотрела на стоявшую посреди стола детскую сумку, в которой лежала Элли.

Встретившись взглядом с Линдси, она вежливо улыбнулась.

— У вас очень красивый ребенок, — натянуто сказала она.

— Благодарю вас. Ее зовут Элли, — откликнулась Линдси.

Кэтрин хотела сказать что-то еще, но только кивнула по-королевски и подождала, когда Люк придвинет ей стул.

— Люк, мне сегодня нужно послать Хедли с поручением. Скажи ему, пожалуйста.

— Если только он не нужен Линдси, — сказал Люк, сел во главе стола и развернул газету.

— Конечно, твоя жена во всем должна быть первой, — съязвила Кэтрин.

— Мама! — Тон Люка предупреждал об ужасающих последствиях, которые ждут Кэтрин, если она будет продолжать в таком же духе.

Мгновенно приняв решение, Линдси одарила улыбкой Кэтрин и Люка.

— Вообще-то Хедли с утра мне будет нужен. Мы вернемся после ланча, когда Элли пора будет спать, и днем он — к вашим услугам. — Она твердо выдержала взгляд Кэтрин. Если Люк хочет установить в доме свою иерархию, то она не станет лишать его этого удовольствия. Напрасно Кэтрин ее раздражает. Пускай теперь ждет.

Кэтрин поджала губы, но кивнула.

— Прекрасно.

Линдси поспешила покинуть столовую, сказав, что ей нужно переодеть ребенка, и хмуро прошагала в детскую. Решение воспользоваться услугами Хедли было вызвано отчаянием. Просто не хотелось без Люка оставаться в его доме. Она повезет ребенка в парк; может быть, навестит Джека, поболтает с ним, перекусит, потом вернется домой. Старик любит Элли, и Линдси всегда рада его видеть.

Когда они вернулись домой, Элли вся извертелась, готовая разразиться плачем. Она уже с утра была раздражительной, к тому же пропустила обычное время сна. Ничего, сейчас заснет, и Линдси на несколько часов будет свободна.

— Хорошо погуляли в парке? — спросила Марабель, как только Линдси открыла дверь. Элли изогнулась, чтобы посмотреть на экономку, сунула палец в рот и приготовилась зареветь.

— Да, хорошо. Но нам давно пора спать. Надеюсь, она сейчас заснет. Что я буду делать, когда Элли начнет ходить?

— Дети могут вывести из терпения. К тому же чем они старше, тем меньше спят. Это несправедливо, — согласилась Марабель.

Линдси с улыбкой посмотрела на дочку, и сердце ее наполнилось нежностью. Улыбнувшись Марабель, она пошла вверх по лестнице.

— Сейчас мы тебя переоденем, и ты поспишь, девочка. А когда проснешься, мы пойдем в сад, посмотрим, как тебе там понравится, — приговаривала Линдси, надевая на нее ползунки.

— Извините, миссис Винтерс.

Линдси обернулась. В дверях стояла медсестра.

— Мистер Балком хотел бы видеть вас и ребенка, если вы можете уделить ему пару минут.

— Я укладываю Элли спать. Она переутомилась.

— Я понимаю, но он не станет с этим считаться. К тому же режим сна для него важнее, чем для малыша. Пожалуйста.

Линдси медленно кивнула. Жаль, что Люка нет дома. Ей не хотелось одной встречаться с Джонатаном Балкомом.

Остановившись в дверях, Линдси увидала, что старик полусидит в кровати и неотрывно смотрит на ребенка. Медсестра что-то пробормотала и скрылась.

— Вы хотели нас видеть? — спросила Линдси, подходя к кровати.

— Твоя дочь? — рявкнул Джонатан, не сводя глаз с Элли.

Линдси через силу кивнула. Неужели Люк ничего не говорил деду об Элли?

Джонатан с трудом опустился на подушки.

— Я не знал про ребенка. Он не говорил. Проклятье! Люк должен был сказать!

— Ей пора спать, я пойду отнесу ее, — сказала Линдси.

— Погоди. Не каждый день человек встречается с правнуками. Как ее зовут?

Линдси открыла было рот, чтобы сказать, что Элли Люку не дочь, но тут же закрыла, увидав в глазах старика нечто похожее на радость; у него порозовели щеки, и вообще он выглядел лучше, чем вчера.

— Ее зовут Элли.

— Теперь понятно, почему он женился на тебе, а не на Джаннетт. Привет, Элли, — сказал Джонатан. — И ведь ни разу не заикнулся о ребенке! А должен был. Я люблю детей.

Малышка перестала вертеться и повернула головку на звук его хриплого голоса.

— А ты не дурачишь моего внука, а? — прорычал он, уставившись на Линдси.

— Это ребенок моего мужа, — сказала она, вздернув подбородок.

— А-а… — довольно протянул старик. — Постреленок. Сколько ей?

— Четыре месяца.

— Для своего возраста мелковата. Люк — здоровый малый.

Линдси пожала плечами. Она повернула Элли так, чтобы старику было лучше видно.

— Ты получше за ней следи. Смотри, чтобы Марабель и другие держали дом в чистоте. Тут много такого, что не годится для ребенка. Не хочу, чтобы она поранилась.

Линдси смотрела на него, и голову сверлила мысль: лучше бы он следил за оборудованием своей компании. Ее Вил не просто поранился…

— Я буду следить, — холодно сказала она и вышла из комнаты.

Люк направился к деду; в этот момент из комнаты вышла сиделка, сестра Спенсер, и плотно закрыла за собой дверь.

— Он спит?

— Ой, как вы меня напугали, сэр! Да, он прикорнул.

— Как у него сегодня дела?

— Как обычно. Визит вашей дочери очень его взбодрил, — сказала сиделка. — Я решила, что могу погулять.

— Сегодня чудесная погода, — осторожно сказал Люк.

Он развернулся и направился к лестнице. Его дочь, хмм? Зачем Линдси потащила ребенка к Джонатану? Люк быстро рассмотрел ситуацию под разными углами. Она добивается денег? То-то он удивился, когда пообещал установить трастовый фонд для них обеих, а она не закинула удочку на куш побольше! А Линдси, выходит, догадалась, что ей выгоднее влезть в душу к старику и урвать кусок пожирнее!

Люк резко распахнул дверь. Элли крепко спала в кроватке. Журнал, который Линдси вчера читала, так и лежал на кресле-качалке.

Он пошел в спальню.

Вчера он просидел в кабинете сколько мог, ушел тогда, когда начал клевать носом. Открыв дверь спальни, увидел пустую кровать и решил, что она все же перебралась в другую комнату, но тут заметил ворох одеял под окном. Она спала. Разрываясь между удивлением и злостью, он перенес ее на кровать. На такой огромной кровати можно спать и не замечать, что под одеялом еще кто-то.