Лиса для чемпиона - Риша Вольная

Я вот готова. Прямо на этом столе.

Боже! Лина! Какого чёрта!

Царёв медленно поднимается из-за стола и медленно подходит ко мне.

Я представляю себя мраморной статуэткой и даже дышать перестаю. Вдруг мимо пронесёт.

Ах, нет! Упирается левой рукой в спинку моего стула, что та жалобно скрипит, а другой забирает вилку из моих разом ослабевших пальцев.

— О чём ты только думаешь, Лисичка?

Оу, чемпион, тебе лучше этого не знать, а то после уже тебя может стошнить.

— А о чём, по твоему мнению, я должна думать? — не глядя на Андрея, выдавливаю из себя.

— О завтраке, конечно, и о ребёнке.

Он подносит наполненную вилку к моему рту, и я послушно его открываю, принимая еду.

В ушах нарастает гул, как будто я уже в самолёте, который всё быстрее и быстрее набирает высоту. С ужасом начинаю понимать, что меня снова начинает тошнить. Перевожу умоляющий взгляд на мужа. Господи, уйди, пожалуйста! Не хочу опозориться, кажется, уже в четвёртый раз.

— Я поняла, Андрей. Спасибо, — дополнительно шепчу ему и пытаюсь отобрать вилку.

Наши пальцы соприкасаются, вызывая новые волнения в моём теле. Я как море в непогоду, что бьётся волнами об угрюмый утёс боксёрского спокойствия.

— Хорошо, но поторопись.

Царёв возвращается к своему завтраку. Я же сдавленно дышу и тоже принимаюсь за еду от греха подальше.

После чемпион меня как будто избегает, но при этом умудряется в нужный момент всегда быть рядом. Это меня так поражает, что я всю дорогу до самолёта думаю исключительно о муже, точнее, о моём неправильном первом впечатлении о нём.

Мы в браке второй день, живём вместе — третий, а знакомы на чуток больше, но все его действия такие привычные, как будто я у него десятая беременная жена в гареме.

Может, и гарем есть⁈ Просто я не в курсе.

В душе поднимаются ропот и возмущение. Я от шока даже рот ладошкой прикрываю, чтобы мои гневные восклицания на саму себя не вырвались наружу.

Я ревную! Нет, ну Лина, ты совсем чокнулась! Неужели это всё штамп в паспорте и полоска золота с камушками на безымянном пальце правой руки такие чудеса творят?

Глава 14

Андрей

Азалия молчаливая и покладистая, но бля… лучше бы орала и била посуду! Вот честно!

Этот её «тихий омут» пугает меня даже больше, чем возможность проиграть ближайший бой. В этом случае я получу по роже и корпусу, а если Лисичка снова рванёт в бега, пострадает вся моя жизнь. Чтобы про меня ни думали люди, включая саму девушку, я гиперответственный человек, а тут не только за человека отвечаю, но и за ещё неродившегося малыша. Сириус знал, к кому тащить девчонку, чтобы спасти от всех бед.

А как тут спасать, когда она эти беды сама же и генерирует. Потоком.

Выдохнул и бросил короткий взгляд в сторону Азалии, прикрывшей в неизвестном изумлении свой очаровательный ротик.

Она им во сне забавно причмокивает. И вообще, совместный сон без предварительного и заключительного секса — это тоже нечто новое в моей жизни. Но, как ни странно, её лапки, сброшенные на меня, не раздражали. И кормить Лисичку с ложечки тоже оказалось нечто эротическим, что бьёт сначала по нервам, а потом сразу в яйца. И здравствуй, стояк!

Чувствуя, что снова ухожу не в ту степь, быстро моргаю, прогоняя развратные видения. Смотрю в окно и тихо, но отборно матерюсь.

Нас ждали. Прямо около небольшого частного аэропорта столпилась приличная кучка папарацци, которая желает моих крови и нервов.

И ладно я… они же сейчас дорожным катком пройдут и по Лисичке. То-то она рот прикрыла и снова дышит, как сегодня утром за завтраком, через раз. Наверное, снова тошнит. А после моих матов ещё и голубые глаза свои округлила до размеров маленьких зеркальных озёр.

— Это всего-то пресса. Вскоре привыкнешь, — пытаюсь говорить умиротворённо, но ведь эти упыри и меня самого бесят.

Хочется сделать разогрев прямо по выходу из тачки.

Когда тормозим у аэропорта, то к машине спешат тренер и местная охрана. Последний пункт меня всегда особенно ярко смешит, так как этих двух бычков, несмотря на весь их борзый вид, я уложу за минуту. И даже меньше, если постараюсь.

Но мне нельзя махать кулаками вне ринга, а вот этим раскаченным ящерам-недоучкам вполне. Везде несправедливость!

Из тачки выхожу первым, скрывая за своей спиной девчонку.

— Царёв, вас можно поздравить? Дважды? Говорят, вы скоро станете отцом? Это как так? Это суррогатная мать? Или вас силой заставила принять ребёнка? Раньше вы были ярым поклонником холостяцкого образа жизни! — вопросы шквалом сыпались со всех сторон, как и попытки засунуть мне микрофон в рожу так, чтобы он у меня через задницу вышел.

Укоризненно смотрю на тренера и уже подбежавшего менеджера, чья работа убирать от меня эту свору. Но толпа беснуется и словно не замечает попыток их успокоить. Даже мальчики-качки не тормозят их порывы.

Бешеные.

— Пресс-конференция будет через два дня, где я и отвечу детально на все вопросы, — повышаю голос и повторяю то, что уже пару минут пытается донести моя команда. — А сейчас мы ОЧЕНЬ торопимся на рейс, — и в моё рычащее «очень» столько вложено, что эти прыгающие «микрофоны» слегка оседают.

Протягиваю руку за спину, надеясь, что Лисичка не забьётся в угол тачки, а мне не придётся прямо на камеры насильно тащить девицу в самолёт. А то, что лететь со мной она не хочет, я и без её слов знаю. Не дурак.

Но, к всеобщей радости, чувствую тонкие пальчики, что легли в мою раскрытую ладонь.

Крепко сжимаю и помогаю Азалии покинуть салон.

Журналисты при появлении моего рыжего колобка теряют дар речи на несколько секунд. Видимо, не ожидали, упыри хреновы, такого хода.

Я пользуюсь этой заминкой и под прикрытием охраны быстро шагаю к аэропорту.

Азалия торопливо семенит рядом, не поднимая глаз от асфальтной дорожки. Ей наверняка страшно, но внешне она вполне адекватная.

Когда мы почти у цели, толпа отмирает и с новыми силами и частотой в децибелах кидается следом, но поздно. Двери закрывают на замки.

Сразу шагаю к коридорам, ведущим к полосам взлёта. Мало ли… может, и тут где-нибудь в туалете сидит отчаянный журналюга, желающий сенсаций и целого разворота в своей газетёнке.

— Что за фигня, Марат⁉ — тихо рычу на менеджера, что тоже старается поспеть за нами. — Что за пчелиный рой? Я вроде бы в их самочку ещё не переродился!

— Утечка. Со вчера вас с Сириусом таскают по всем программам.