Мы созданы из моментов - Молли Маклейн

— Супер. Буду держать тебя в курсе.

— Пожалуйста. — Джесси долго смотрит мне в глаза, отчего у меня во рту пересыхает.

Не задумываясь, облизываю губы и, когда его голубые глаза прослеживают за моими действиями, прикусываю губу, чтобы не сделать этого снова.

— Я не сказала тебе спасибо.

— Вообще-то сказала.

— Ой. Извини. — Мои щеки заливает румянец, и я так часто моргаю от волнения, что буквально чувствую, как мои ресницы касаются щек. — Думаю, сегодня солнце светит слишком сильно.

— Ты немного порозовела. — Джесси протягивает руку и проводит пальцами по моей скуле. — Также немного горячая.

Не могу сделать вдох. Я определенно перегрелась, но уверена, что это никак не связано с солнцем.

Осознаю, что прошли годы с тех пор, как Джесси прикасался ко мне, и мне это нравится гораздо больше, чем я имею на это право.

Это не мешает мне протянуть руку и обхватить пальцами его запястье, где его кожа покрыта татуировками.

— Джесси…

Его взгляд падает на наши соединенные руки, и мышцы на его шее напрягаются, когда он сглатывает. Между нами напряжение… треск в воздухе…

А затем звук тормозящих шин на подъездной дорожке прерывает момент, и я опускаю руку, в то время как Джесси делает шаг назад.

Он проводит рукой по лицу и прочищает горло, словно собирается что-то сказать, но вместо этого на улицу выбегает Джетт.

— Эй, малыш, подойди, обними меня, — бормочет Джесси. Когда Джетт прыгает в его объятия, наши взгляды снова встречаются, и я отворачиваюсь.

То, что только что произошло между нами, вероятно, не должно было случиться. Их любовь друг к другу также является моей слабостью, и, если судить по последним минутам, это не единственная моя слабость.

Лейн подходит с большой папкой в руках и настороженно улыбается.

— Джетт, приятель, ты вернулся домой? — Лейн протягивает руку и игриво толкает ногу сына, но тот вместо ответа зарывается лицом в шею Джесси.

— Привет, мужик, — говорит Джесси, немного напряженно. — Как обстоят дела с инвестиционным бизнесом в наши дни?

— Не жалуюсь. — Лейн усмехается, его рука свободно и, возможно, немного собственнически обхватывает мою талию.

— Рад слышать, — отвечает Джесси, но его внимание снова возвращается к Джетту. — Мне пора идти. Скоро увидимся, хорошо?

Джетт кивает, и я не могу не заметить, как его маленькие кулачки сжимают футболку Джесси.

— Люблю тебя, папочка.

— Я тоже тебя люблю. — Джесси чмокает его ухо, и маленькое тельце Джетта вздрагивает от безмолвных эмоций.

Я не могу смотреть на то, что будет дальше. Не могу смотреть, как он опускает Джетта. Не могу смотреть, как Джесси ерошит свои волосы, как всегда. Не могу смотреть, как Джесси уходит, а наш маленький мальчик сидит на ступеньках крыльца с грустными щенячьими глазами в тот момент, когда он уезжает.

Не могу все это делать, не развалившись на части, и я хотела бы сказать, что не знаю, почему так происходит.

Правда в том, что я держалась четыре года, девять месяцев и несколько дней из-за тех двух недель.

Двух недель, которые имели для меня очень большое значение, и я никогда никому не говорила об этом.

Глава 6

ДЖЕССИ

Что, черт возьми, это было?

Провожу рукой по лицу и веду грузовик к выезду из города, в северном направлении, сильно давя ногой на газ.

Я понял, что что-то не так, как только увидел Хейден сегодня. Ее глаза были немного дикими, и она вцепилась в Джетта чуть крепче, чем обычно. Я непроизвольно предположил, что между ней и Лейном что-то произошло, и без долгих раздумий щелкнул тот самый старый переключатель.

Подарок был просто удобным совпадением, но говорить Хейден, что она прекрасна? Прикасаться к ней, как будто у меня было на это чертово право?

Я повел себя в своем стиле — увидел возможность и воспользовался ею. Точно также, сделал бы жадный идиот, которым я был пять или даже шесть лет назад. И вел себя подобным образом в надежде, что симпатичная городская девушка уделит мне всего лишь несколько минут своего времени.

Я поклялся, что больше никогда не буду заниматься этим дерьмом.

Тогда в жизни Хейден был мужчина, и он все еще присутствует в ее жизни. И, если того факта, что она забеременела, но все равно выбрала Лейна, было недостаточно, чтобы вбить в мою тупую гребаную голову, что она хочет именно его, тогда кольцо на ее пальце стало неопровержимым доказательством, черт побери.

Так все и было. Пока я не взглянул на Хейден сегодня, и мне показалось, что последних нескольких лет не существовало вообще. Я сразу же вернулся в ту первую ночь, которую провел с ней на Янтарном озере…

* * *

СЕМЬ ЛЕТ НАЗАД…

— Немного поздно гулять одной, не так ли? — спрашиваю я, когда нахожу Хейден сидящей на пляже с прижатыми коленями к груди.

Остальная часть ее группы, кучка студентов из колледжа, с которыми я видел ее ранее в городе, тусуется сейчас в небольшом домике, принадлежащем ее семье, на холме позади нас.

— Если бы я была ребенком, то, возможно, и было бы поздно, но это явно не так. — Она поднимает голову и бросает на меня самодовольный взгляд, в то время, как серебряный лунный свет окрашивает ее красивое лицо в нежные тона. Ее длинные светлые волосы свободно ниспадают на плечи и выглядят почти бледно-лиловыми, а темные глаза, слово черный обсидиан.

Я заметил Хейден много лет назад, в тот день, когда ее семья купила тот небольшой домик позади нас, но меня привлекает не только ее красота, но и атмосфера элегантности и уверенности, которая витает вокруг нее. Она ведет себя иначе, чем большинство девушек, которых я знаю. Ее плечи всегда расправлены, она всем улыбается и излучает уверенность, которая так мне нравится.

Сегодня у Хейден унылое настроение, и тени на ее лице не имеют ничего общего с темнотой.

— Подожди, что ты делаешь? — скептически спрашивает она, когда я падаю на песок рядом с ней.

— Мне кажется, тебе не помешала бы компания, — говорю я непринужденно и сверкаю своей улыбкой, кладя руки на колени. — Или я ошибаюсь?

Она приподнимает брови от удивления.

— Эндерс, у меня полный дом народа.

Значит, она знает, кто я. Да, черт возьми! Теперь главный вопрос в том, знает ли она, кто именно я из братьев Эндерс.

— Тебе не следует быть здесь.

Хейден оглядывается на полностью освещенный домик, где всю ночь грохочет музыка — какое-то несуразное хип-хоп