Посмотри в мои глаза - Настя Орлова

Этот вопрос вертится у меня на языке уже несколько дней, с тех пор как после памятной игры в пляжный волейбол я застал эту парочку за кабинкой биотуалета со спущенными шортами, но как-то не было подходящего момента, чтобы задать его Матвею.

– Ну, как серьезно? – Он сухо усмехается. – Нравится она мне.

– А Александрова?

– А что с ней?

– Ты вроде на нее залипал в день приезда, – напоминаю я, поражаясь легкомысленности приятеля.

– Еще бы на нее не залипнуть – девка что надо. Но она сразу дала понять, что на отношения не настроена, а я в чужой огород лезть не стану.

– То есть у нее кто-то есть? – стараюсь, чтобы голос звучал максимально ровно и непринужденно, но сам чувствую в нем фальшь.

– А ты почему интересуешься? – От любопытства Матвей даже приподнимает голову от подушки, но тут же со стоном опускает ее обратно. – Блин, голова просто разрывается.

С минуту мы лежим в тишине. Я обдумываю информацию, полученную от приятеля. Он, видимо, отходит от болевого шока.

– Насколько я понял, Лера ни с кем не встречается, – нарушает молчание Волков. – То ли разрыв у нее был непростой в прошлом, то ли еще что, но сейчас она на романтику не настроена. Дружить предложила… и ладно.

– А Лариса, значит, настроена? – спрашиваю у Матвея, не в состоянии скрыть иронии в голосе.

– У нас с ней отличное взаимопонимание, Кир, – оправдывается он. – Не знаю, почему я ее в прошлом году не окучил.

– У тебя же Вероника была.

– Да-а-а… Вероничка была хорошая, – с ностальгической нотой в голосе тянет Матвей, вспоминая свою прошлогоднюю зазнобу. – Мы с ней потом весь сентябрь переписывались, но расстояние, знаешь… На одних мессенджерах далеко не уедешь. А Лариса из Подмосковья. Может, что и получится у нас после смены. Ну, знаешь, отношения.

– Аминь, – говорю я с подчеркнутой серьезностью, хотя самого распирает от смеха.

Матвей и отношения в одном предложении – это утопия. Но удивительно даже то, что он в принципе об этом размышляет.

– Засранец, – несется недовольное бурчание с соседней койки.

* * *

Провалявшись на кровати минут двадцать, но так и не уснув, я оставляю Матвея в доме за старшего и выхожу прогуляться. Утром я пропустил пробежку – сейчас самое время немного размяться.

На стадионе я зависаю почти на полчаса. Бегаю стометровку, отжимаюсь и подтягиваюсь. Потом лежу на траве, восстанавливая дыхание, и смотрю на облака. Приятная усталость после интенсивной тренировки – едва ли не мое любимое ощущение в жизни. Опередить его могут только секс и, пожалуй, удачная сделка на фондовом рынке. Но сейчас я на голодном пайке по всем фронтам, так что спорт – единственное из доступных мне здесь и сейчас удовольствий.

Стоит мне подумать о сексе, как воображение тут же подсовывает мне образ Александровой. Длинные ноги, тонкая талия, упругая грудь, хрупкие ключицы… В животе уже привычно собирается тепло, концентрируясь в районе пупка и медленно спускаясь в пах.

Чтоб ее!

Резко сажусь в попытке сбросить с себя наваждение и вдруг замечаю ее, Александрову, которая нерешительно стоит у забора со скрученным ватманом под мышкой и смотрит на меня глазами затравленной оленихи.

Поднимаюсь на ноги, удерживая фиалковый взгляд, потом делаю несколько шагов по направлению к девчонке.

– Давно стоишь? – интересуюсь я, наблюдая, как ее щеки медленно заливает краска.

– Только… пришла только что, – говорит она тихо и тут же торопливо добавляет: – Пойду. Не буду мешать.

– Я уже закончил. Что хотела?

Ее взгляд на мгновение замирает в районе моей шеи, будто она боится встретиться со мной глазами, потом смущенно опускается на траву.

– Хотела поработать, – свободной рукой она похлопывает по ватману. – Тут спокойно. Обычно… спокойно. Сейчас тут ты и…

– Со мной, значит, тебе неспокойно? – не удерживаюсь я от возможности ее подразнить.

Краска на щеках Александровой проступает еще сильнее. Между двумя рядами ровных белых зубов показывается кончик бледно-розового языка, который быстро проходится по нижней губе и вновь прячется.

– Я не это хотела сказать, – говорит она спокойнее. – Рассчитывала побыть одна и подумать.

– Серьезные дела?

– Квест, – напоминает она.

– Тот самый.

– Да, тот самый. – Теперь в ее голосе сквозит раздражение. – Я думаю, что девочкам будет интересно и…

– Я тоже думаю, что девочкам будет интересно, – перебиваю ее возмущенную тираду. – И мальчикам тоже. Это хорошая идея.

– Думаешь? – От похвалы ее фиалковые глаза вдруг загораются чем-то новым – каким-то детским азартом, который совершенно преображает ее лицо.

Я задумчиво склоняю голову. Сейчас во мне борются два чувства – нежелание тесно контактировать с Александровой и соблазн как следует развлечь своих пацанов. Затея с квестом на самом деле классная. И если все продумать как следует, то довольны в итоге будут все.

– Да, – говорю, взвесив все за и против. – Не против масштабировать свою идею?

– Что именно ты предлагаешь? – спрашивает она осторожно.

Это хороший вопрос. Куда ты, черт возьми, лезешь, Гордеев?

– Смешанную команду и один общий маршрут, – поясняю я. – В прошлом мы, бывало, устраивали такие междусобойчики с отрядами, подходящими по возрасту. Мои мальчишки точно не откажутся потусить в компании девушек.

Лера широко улыбается, явно воодушевленная моим предложением.

– Я планировала игру на понедельник… – Она вдруг хмурится. – Наверное, не успеем.

– Встретимся после ужина и все обсудим, – говорю я.

– Мы с тобой? – уточняет она недоверчиво.

– Можешь захватить с собой дуэнью, если боишься провести час в моей компании, – насмешливо произношу я. – Извини, сейчас остаться не могу. Мне нужно в душ.

И еще до того, как Лера успевает ответить, я надвигаю кепку пониже на лоб и иду прочь со стадиона.

Блин, вот не дурак ли я? Во что я только что ввязался?

Глава 13

К вечеру Матвей окончательно приходит в чувство, поэтому легко соглашается в одиночестве присмотреть за ребятами после ужина. Справедливости ради, напрягаться ему особо и не придется: сегодня открывается летний кинотеатр «Синички», все будут там.

С Лерой я договорился встретиться возле столовой. На террасе есть столы и освещение – судя по тому, что она повсюду таскает свой ватман, нам понадобится и то и другое, а вот мешать никто не будет: повара и уборщицы давно ушли, а новая смена начнется для них лишь рано утром.

Когда я прихожу в назначенное время на условленное место, Александровой еще нет. Это дает мне отличную возможность занять наблюдательную позицию и подготовиться к ее появлению. Впрочем, спустя пару минут я убеждаюсь, что вся подготовка обернулась провалом, потому что стоит мне увидеть ее издалека, глупое сердце начинает брыкаться, как бешеная белка,