До Лета - Лилиана Родс

— Посмотрим, — говорит Уоррен. — У тебя мало времени, и ты начинаешь отношения со лжи. Это никогда хорошо не заканчивается. Но пока ты защищен брачным контрактом, я думаю, неважно, что произойдет. Мы уже достаточно долго сидим за столом только с одиннадцатью членами. Хорошо бы вернуться к полному составу. Он наклоняется вперед и набирает номер Кейтлин. — Проверьте биографию мисс…

— Карина Кэмерон, — говорю я.

Я отодвигаю стул и встаю, заканчивая разговор. Меня злит, что я должен проходить через это каждый месяц. Мой чертов отец продолжает контролировать меня даже после своей смерти.

Выходя, я вижу Кейтлин за ее столом.

— Ты уже начала поиск информации? — спрашиваю я.

— Да, сэр, начала, но обычно требуется пара недель, чтобы собрать всю информацию.

— Есть шанс, что у тебя есть ее адрес? — спрашиваю я.

— Вообще-то да, есть.

Она быстро записывает адрес на листочке и протягивает его мне.

— Спасибо.

Я слишком давно не видел Карину. Пришло время сделать ей сюрприз.

Глава 7

Карина

Неделя пролетает незаметно. Алекс постоянно звонит и спрашивает, приняла ли я решение о переезде, но я все еще не знаю, что делать. Поэтому решаю отложить решение до тех пор, пока у меня не останется другого выбора.

Переезжая к Алексу, я как будто сдаюсь. Как будто признаю, что не могу содержать себя сама. И знаю, что сейчас я не могу, но должна продолжать верить, что все наладится.

В перерывах между посещением бабушки в больнице и проверкой телефона на предмет того, нет ли весточки от Райана, я обзваниваю рестораны, чтобы узнать, не нужна ли им официантка. Работа сама себя не найдет.

Бабушка ест суп из печеного картофеля, который я принесла ей из «John's». Она накрашена, а один из ее домашних халатов застегнут до подбородка. На голове — ее любимый тюрбан, потому что он похож на тот, который носит Ширли Маклейн в фильме «Открытки с того света». Я думаю о сложных отношениях между матерью и дочерью в этом фильме и вздыхаю.

— В чем дело, милая? В последнее время ты часто так делаешь. Может, у тебя что-то болит?

— Конечно, нет, бабушка. Просто у меня много забот.

— Тогда давай, поделись со мной.

Я снова вздыхаю, и она наклоняет голову ко мне, приподняв бровь.

— Ладно, ладно, — говорю я. — Итак, во-первых, я думала, что у нас с Райаном все сложилось в те два вечера, которые мы провели вместе. Я не знаю, почему он мне не звонит.

— Ты говоришь это потому, что твоя задача — заставить его влюбиться в тебя, или потому, что ты действительно хочешь, чтобы он позвонил?

— Ты можешь на минуту забыть, что я согласилась это сделать? Я сказала тебе, как сильно он мне нравится. Чувствую, что между нами, что-то есть, что-то очень сильное. Что-то… — я качаю головой. — Я просто не могу это объяснить, но чувствую искру всякий раз, когда вижу его. Хорошую искру.

Бабушка вздыхает.

— О, теперь у тебя что-тоболит? — говорю я, отодвигая от нее поднос с пустой суповой миской.

— Ты такая же умница, как и я. — Она ухмыляется. — Все остальное я, наверное, передала твоей маме. Ты милая, Карина. Честная и искренняя. И не создана для таких вещей.

— Ты хочешь сказать, что моя мать создана для них?

— Да. Нет. — Она снова вздыхает. — Я не знаю. Не уверена, что когда-либо знала ее по-настоящему. Я родила ее, а дальше она пошла своим путем.

— А как насчет того, когда я родилась?

Она тоскливо улыбается.

— Я не слышала о ней много лет, с тех пор, как она закончила школу, а потом появилась в квартире с маленьким беременным животиком. Я подумала, что все изменилось, и, возможно, так оно и было, но она осталась той же. Через пару месяцев после твоего рождения она снова начала исчезать. Я никогда не знала, куда она ушла и вернется ли домой. А однажды она ушла совсем.

Я уже много раз слышала эту историю, но после визита моей мамы в ресторан на прошлой неделе мне хочется услышать ее снова.

— Я помню, как она иногда появлялась на моем дне рождения, — говорю я. — Мне хотелось, чтобы она осталась подольше или совсем не уходила.

— Но она всегда делала это. Она такая, милая. Заботится только о себе. Ты другая.

Я киваю.

— Я знаю это, как и то, что делать все это для Алекса — не по мне. Но мне нужна была помощь. — Я оглядываю комнату, а потом снова смотрю на нее. — Все это благодаря ему. Тебе стало лучше благодаря ему.

Она кладет свою руку на мою.

— Мне лучше благодаря тебе, Карина. Да, он помог, но только потому, что ты ему нужна. Помни об этом.

— Ты когда-нибудь получала от нее весточки?

— От твоей матери? Нет. — Голос бабушки становится горьким. — Только если ей что-то нужно. Я даже не знаю, как с ней связаться. Почему ты спрашиваешь?

— Одесса сказала, что в ресторан приходила женщина, которая искала меня, и она представилась моей мамой.

Бабушкины идеальные брови взлетают вверх.

— Интересно, чего она от тебя хочет, — бормочет она, прежде чем сжать мою руку. — Теперь о Райане: ты сказала, что он снял маску, и вы обменялись именами. Ты дала ему свой номер?

— Да… — запинаюсь я, вспоминая ту ночь. Дала ли? Ждала ли я звонка или сообщения от человека, который никак не мог связаться со мной? — Черт.

— Ну, он знает твое имя. И если действительно захочет, то как-нибудь найдет тебя. В мое время у нас была телефонная книга, «Белые страницы». Сейчас должно быть что-то подобное. — Она указывает на газету позади меня. — Можешь передать мне это?

Я беру ее в руки и смеюсь, увидев желтую прессу, которая мечтает быть настоящей газетой.

— Не могу поверить, что ты читаешь это дерьмо.

— Это интересно и технически является новостями.

Она открывает газету и начинает перелистывать страницы, рассматривая картинки и заголовки. Что-то привлекает ее внимание, и она останавливается, затем быстро сминает газету и выбрасывает ее в мусорное ведро.

— Никаких интересных сплетен? — спрашиваю я.

— Что? Да, то есть нет, — говорит она, немного смутившись. — Это была газета за прошлую неделю. Я ее уже прочитала. — Она смотрит в сторону корзины, потом снова на меня. — Карина, что бы ни случилось, обещай мне, что будешь защищать себя. Иногда люди не те, кем кажутся. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Я возвращаюсь в