(не)подарок - Ольга Пожарова

На плите почти полная кастрюля супа, но это уже и не суп, а какая-то зловонная жижа. Выливаю нахер в раковину, а кастрюлю хочу выбросить в помойное ведро — маме куплю новую. Но помойка переполнена. А вонь… А где тут вони нет?

И суп нужно было в унитаз вылить — теперь в раковине ещё чёрт-те что!!!

Идиот!!!

Надо было кастрюлю вместе с "супом" и выкинуть. Вонь теперь…

По уму, тут половину квартиры вынести к херам — всё пропиталось этим алкашным запахом!

И вызвать клининг. Хотя… Правильнее, дезинфекцию…

Вычищаю из раковины всё назад в кастрюлю. Не переблеваться бы…

Может, правда, клининг?

Но смысл, пока мамы нет? Через три дня будет то же самое…

Ладно, мусор всё же выброшу. И кастрюлю…

Жрёт то он что?

Открываю холодильник. Пачка масла, обрезки чего-то там колбасного и три банки пива…

Да и хер с ним!

Продукты я не покупал: знаю, что мама оставляла ему деньги. На еду, как она сказала. Такой наивности можно только позавидовать…

Иду в их с мамой комнату…

Ох, блять… Лучше бы не заходил!

На кровати и на полу блевотина и… Зажимаю нос ладонью и добегаю до туалета… Блять, и тут всё уделано!

Залетаю в ванную и склоняюсь над раковиной.

Нет! Назад сюда мама с Тасей не поедут!!! Сниму им нормальную квартиру! А если мама не захочет, я Тасюнделя к себе заберу!!

Ага, блять, к себе!!!

К нам с Нежданой…

Представляю, как она обрадуется…

Уж если даже Лиза тогда сказала, что мы пока не можем…

Умываюсь холодной водой.

Нет, нахер, сюда я больше не ходок!!!

НЕЖДАНА

— Мам Галь, вот зачем этот праздник? Первый раз на третий курс? — помогаю своей второй маме сервировать стол.

И, да, помощницу по хозяйству мы так и не наняли, хоть папа и предлагает это постоянно. Но мама Галя непреклонна — сорок дней со смерти Даши еще не прошли, вот, пройдут, тогда и… Но что-то мне подсказывает, что не хочет она никого нанимать…

— Жданочка! А что плохого в празднике? Я торт испекла… Твой любимый… — непроизвольно облизываюсь — выпечка и торты у мамы Гали божественные просто… — Да, и это, скорее, семейный праздничный ужин — мы же не в ресторане отмечаем… Ты, Коленька, я и Богдан, вот, придёт… Придумала уже, что наденешь?

Если честно — нет, но свою вторую маму расстраивать не хочу и потому отвечаю, что есть пара вариантов, сейчас определюсь.

Поднимаюсь к себе в комнату и начинаю определяться… Если бы меня спросили, то я бы предпочла ничего не праздновать, но родители… И тут же становится стыдно: папа и мама Галя искренне хотят меня поздравить! Ну да, лучше, наверное, было, когда я с бабушкой жила — подарки не получала даже на Новый год. А потому что на них деньги нужно было сдавать, а бабушка моя считала, что достаточно того, что она меня кормит- обувает- одевает…

Однажды Юлия Викторовна, моя классная руководительница, купила мне подарок на свои деньги, классе в седьмом, кажется…

До сих пор помню, как бабушка эти конфеты отобрала и раскидала по школьному двору, а еще и директору нажаловалась. И больше подарков мне никто не дарил…

А вот как я теперь — празднику уже не рада!

++++

Богдан немного опаздывает и приезжает весь на взводе. Нет, он ведет себя вежливо, дарит нам с мамой Галей по букету каких-то необычных хризантем. Маме Гале белые, мне — жёлтые. Мне ещё вручает коробку, перевязанную бордовой лентой — подарок на начало учёбы, как я понимаю.

Но что-то не так… Хотя с Богданом всегда что-то не так, словно есть какая-то недосказанность…

Не знаю, может, он обиделся на меня за вчерашний поцелуй?

И ведь только я подумала, что он почему-то не пытается меня поцеловать, как нате вам — он тут же и попытался.

Конечно, я совру, если скажу, что не представляла наш с ним первый поцелуй. Для меня — так совсем первый… Но я не думала, что он случится перед воротами моего дома и в трёх шагах от будки охраны. Всё же я не готова к зрителям в такой момент…

И я отвернулась, подставив ему щеку…

И что, он, вот, прямо настолько обиделся, что сейчас сидит словно на раскалённой сковородке?

Спросить, разумеется, не решаюсь…

— Так почему исторический-то, Неждан? — я что, пропустила вопрос, пока вспоминала наш недопоцелуй?

Или он опять молчал-молчал, а потом вдруг резко что-то выдал?

Ладно, в любом случае, нужно ответить…

— Из-за Томаса Кромвеля…

— Оливера, — поправляет меня Богдан.

— Нет!

— Кромвель был Оливером.

— Не того Кромвеля, другого Кромвеля…

Замечаю, что мама Галя с папой смотрят на нас разве что не с открытыми ртами.

— Кромвеля звали Оливером! — стоит на своем Богдан.

— А дядю этого Оливера звали Томасом!

— А при чём тут его дядя?!

— При том, что именно этот дядя и стал идеологом английской Реформации!

Мама Галя и папа только что попкорн не едят…

— Но короля же… Как его… Казнили по приказу Оливера…

— Карла Первого Стюарта. И не совсем по приказу Оливера… Но это уже было позже, а Томас жил в шестнадцатом веке веке и был Первым Советником Генриха Восьмого…

Богдан закатывает глаза, а мама с папой переглядываются.

— И Генриха Томас твой не казнил?

— Наоборот…

— Как это? — прямо заводится Богдан.

— Генрих казнил Кромвеля… И двух своих жён тоже… Да и много кого еще… Друга даже своего…

— А жён за что? — ахает мама Галя.

— За измену и колдовство первую… То есть она, так-то, вторая, и за просто измену без колдовства — пятую…

— Боже правый!! — прижимает руки к груди мама Галя.

Папа и Богдан переглядываются.

— Ты сам спросил!!! — вот с чего я-то завелась?

— Вот, Галюнь, а я говорил, что луше бы наша дочка поступала на юридический…

— И рассказывала бы нам сейчас про маньяков всяких! — тут же парирует мама Галя. — Эти Кромвели её хоть сто лет назад жили…

— Пятьсот… — зачем-то поправляю я.

— Ещё лучше! — соглашается мама Галя.

— Может, чай уже с тортом, Галюнь? — примирительно поднимает руки вверх папа.

А у Богдана сейчас такое выражение лица… Нет, я, наверное, могла бы смолчать и не показывать, что знаю что-то лучше, чем он, но… С какой стати?!

++++

Выхожу из дома, чтобы проводить Богдана до ворот и Бритни тут же бросается к нам. Нет, она не укусит, конечно же,