Ангел-Хранитель, или Никогда не работай в библиотеке - Наталья ДеСави

Помещение шло полукругом, стены уходили далеко вверх, завершаясь куполообразным стеклянным потолком. Тот весь был украшен витражами, изображавших диковинных птиц и животных. Я в этом не разбиралась. По всем стенам не было ни одного свободного места. Ряды стеллажей были плотно заставлены книгами. Казалось, в здании нет ни одного пустого пространства, где бы не стояли книги. В центре зала располагались несколько столов, покрытых зеленым сукном. За ними сидели люди, беззвучно перелистывающие страницы. Так как в зале царил полумрак, столы подсвечивались маленькими настольными лампами, которые освещали пространство над каждой книгой, не мешая при этом другим.

Парень уже стоял около стойки библиотекаря, о чем-то шепотом переговариваясь с ним. Я прошла напрямик через весь зал. Туфли гулко застучали по паркету, звук отскакивал от стен зала и уходил гулким эхом под стеклянный небосвод. Несколько людей оторвались от своих книг и посмотрели с недовольным выражением лица. Один сделал жест, указывающий на табличку, расположенную прямо около входа. На ней были изображены дорожки и ноги, идущие по ним. Я сделала шаг в сторону и пошла по мягким дорожкам, которые были продолжены как тропинки по всему залу.

Когда я догнала парня, он все еще продолжал разговаривать с кем-то, кто спрятался за огромными стопками книг на стойке библиотекаря.

— Пошли, — скомандовал парень, когда я подошла, — с тобой будет говорить он.

— Он — это кто?

— Хан, главный библиотекарь.

— Здорово, — съехидничала я, — от главного дворника до главного библиотекаря. Высоко беру.

— Ты, — повернулся ко мне парень, — только попробуешь что-нибудь сказать про библиотекаря, я тебе…

Говорил он тихо, но со всех сторон на нас зашикали.

— Идем, — парень замолчал, но его взгляд говорил о многом.

Мы прошли в самую дальнюю часть зала и остановились перед закрытой дверью, которая значительно отличалась от всего интерьера. Она была новой, пластмассовой, и какой-то ненастоящей среди всего великолепия древних и старинных элементов декора. Парень толкнул ее, без стука вошел и сразу представил меня кому-то.

— Главный библиотекарь, — доложился он военным тоном, — Антон Ильин, третий отряд ловцов. Со мной здесь видящая. Ее Семен Сергеич оставил вместо себя на время отсутствия. Тут такая ситуация вышла, — он замялся, — герои добрались до тайника. Но эта, — он указал пальцем на меня, — забрала все снимки себе. Трогать ее не могу, а уговаривать — не мое дело.

— То есть просить ты не стал, но ко мне привел?

— Так точно! — отрапортовал парень.

«Только руку к фуражке не приложил», — я хотела засмеяться, но не стала. Уж больно официальным был тон парня, а атмосфера библиотеки не располагала к шуткам.

— Ладно, Антон, в сторону отойди, дай хоть на нее посмотреть.

Парень сделал шаг внутрь, я осталась стоять в дверях. Передо мной открылось довольно большое помещение. Просторный кабинет, в стенах которого могло работать с десяток стенографисток. Но он весь принадлежал одному человеку. Потолок здесь был не такой большой, как в самом зале, и не уходил под стеклянные своды, но выглядел тоже впечатляюще. В центре висела ажурная люстра, такие я видела в музеях, да на фотографиях в старинных книгах. Большая, со встроенными сотнями маленьких свечей, которые по спирали кружились вокруг нее. И это была не имитация, с маленькими лампочками, которые включались кнопкой на стене. По всей люстре были расставлены настоящие свечи. От люстры в разные стороны расходились рисунки. Маленькие ангелы с крылышками и мини-луками кружили по потолку. Между ними летали райские птицы с пушистыми хвостами и широкими крыльями. И все они разлетались к стенам, где, поддерживая потолок, стояли атланты.

Я опустила голову и посмотрела вперед, где передо мной сидел сам хозяин кабинета. Мужчина, лет сорока — сорока пяти, с темными длинными волосами, аккуратно затянутыми в тугой хвост. Он смотрел на меня без улыбки, сощурив глаза и склонив голову набок. Мы встретились взглядами, и тот произнес:

— Вот значит какой ты, будущий хранитель.

Я заметила, как слева от меня Антон весь вытянулся в напряжении.

— Я не будущий, и не хранитель. Я — Ангелина.

— Ангел-хранитель, — улыбнулся мужчина. — Да ты присаживайся. Меня зовут Хан. Вижу, что ты ничего не знаешь, поэтому ты так негативно настроена.

Я прошла в кабинет и села в кресло. Антон закрыл за мной дверь, но остался стоять в углу.

— Что ты знаешь о деятельности ордена? — спросил мужчина, но тут же сам ответил на свой вопрос. — Вижу, что ничего. Сергеич так и не рассказал тебе. Да и не было нужды. Зато сейчас такая необходимость появилась. Ответь мне на главный вопрос — фотографии у тебя?

Я кивнула.

— Это хорошо. Сейчас главное — сохранить их. Но давай по порядку, а то у тебя голова пойдет кругом от такого количества информации. Семен Сергеич — член ордена Хранителей Героев. Его задача — получать информацию от дежурных хранителей и передавать в центральное управление, — он обвел руками комнату.

— Вы тайные агенты? Что-то типа МИ-6? — спросила я, пытаясь скрыть улыбку. Местный дворник-агент довольно занятное сочетание.

— Не совсем. Как видишь, мы находимся в библиотеке. Поэтому, можно сказать, мы литературные агенты. Но и это было бы не совсем верно. Давай-ка я начну совсем с истоков.

Несколько веков назад, когда города только строились, в мире стало появляться много талантливых писателей. Первые из них писали на бересте и папирусе. Но это были не просто письмена. Писать тогда могли только избранные, не то, что сейчас, бумага уходит тоннами на ненужные каракули. В письмена люди вкладывали всю свою душу, частичку себя. Со временем эти истории стали иметь не только историческую и культурную ценность. Они стали оживать. И не улыбайся. Таинственным образом, со страниц древних книг стали сходить герои. Первым был князь Олег. Он сошел с древней рукописи еще в начале 18 века при Петре Первом. Шумихи тогда было много. Но это все замяли, а великие умы начали думать, что с этим делать. Благо, Петр ездил по всему миру и узнал о таких случаях в других странах. Тогда ученые с разных краев Земли и взошли на край двух миров: мира книжного и мира реального.

— Не поняла, — я усмехнулась, — герои всяких там летописей просто выходят из книжек и ходят по улицам? Вы меня точно за идиотку держите.

Мужчина снисходительно улыбнулся.

— Те фотографии, которые забрала из дворницкой — что ты на них видела?

Улыбка пропала с моего лица.

— Люди, одетые по-старинному на фоне современных улиц.

— Вот, — Хан в подтверждение кивнул, — эти люди не просто одеты по-старинному. Это