Обережный круг - Анна Андреевна Иванова

Пьяные мужики сперва наблюдали за странными детьми, но потом им стало вновь не до них, разгорелась какая-то ссора. Один треснул другого в нос, третьи стали разнимать. Образовалась небольшая свара, с которой легко разобрался Жостер. Он просто повыкидывал буйных из таверны и закрыл дверь, крикнув напоследок:

— Завтра приходите, я новую бочку с пивом открою, а на сегодня всё!

Отряхнув руки, он развернулся к оставшимся внутри детям.

— Ну что, господа, позвольте мне показать ваши комнаты.

— О нет, нет, нам одну с двумя кроватями достаточно.

— Но как?

— У нас не слишком густо с деньгами, мы бежали от разбойников с чем смогли.

Хозяин таверны нахмурился.

— За ужин вы должны мне две серебрушки, за комнату — золотой. Оплатить сможете?

Ри нахмурилась, а гвоздь беспомощно взглянув на неё, ответил твердо.

— Сможем, но заберем остатки ужина. Позавтракаем ими.

Было видно, такое дается ему с трудом.

Хозяин таверны хмыкнул. Он решил, что это трудности богатого мальчика, внезапно оказавшегося без средств. Впрочем, он был недалек, от правды.

— Как скажете.

И отвел их на второй этаж в одну из комнат. В комнате было две узкие кровати и два стула, видно одновременно заменяющие прикроватные тумбочки и место куда можно сложить одежду на ночь. Больше в комнате не было ничего.

— Это что за комната? — удивился Гвоздь.

— Самая дешевая для двоих. Хотите подороже? — язвительно спросил Жостер. Его почтение куда-то подевалось после того, как он узнал, что они одни и денег у них мало.

— Сойдет, — буркнул Гвоздь, покосившись на Ри.

Она ободряюще улыбнулась. Хозяин таверны снова хмыкнув скрылся за дверью, и Ри с облегчением заперла за ним дверь на щеколду. Потом подошла к единственному маленькому окошку и проверила открывается ли оно. Оно было заколочено на гвоздь.

— А вот это нужно убрать.

— Зачем? Думаешь придется бежать через окно? Мы вроде хорошо сыграли, он знает, что денег нет. Зачем нас грабить?

— Не всегда причина только в деньгах. Хотя в основном, конечно, в них. Но я, например, видела, как девушек похищают и продают в бордель. А парней в рабство или убивают. Хотя ты знаешь, мне не хочется об этом говорить, но в бордель продают и симпатичных мальчиков…

Гвоздь передернул плечами брезгливо.

— Знаю я о таком. Уроды. Но не думаю, что этот с ними заодно. Здесь не очень-то прибыльное место, мало проходит людей. Вряд ли им выгодно здесь кого-то караулить. Ведь подростки как мы не ходят в одиночестве, мы исключение.

— Какая проблема похитить подростка из номера даже когда тут взрослые? Сказать, например потом, что он убежал в лес и его съели дикие звери? Всякое бывает. Давай не будем играть в предположения и посмотрим, может я в самом деле слишком подозрительна?

В ответ на эти слова Гвоздь растянулся на кровати скинув сапоги.

— Как хорошо…

Ри присела на соседнюю и принялась рыться в своем заплечном мешке.

— Что ищешь?

— Что-нибудь подходящее, чем можно вытащить гвоздь.

Она кивнула в сторону окна.

— И что-нибудь, чем можно дополнительно заблокировать дверь.

И она кивнула в сторону двери. Гвоздь устало вздохнул, но встал. Взял один из стульев и подтащил к двери, там он установил стул так, чтобы спинка подперла дверь под ручкой и отодвинув щеколду попытался открыть дверь. Стул не позволил ему это сделать. Удовлетворенно кивнув своим мыслям, Гвоздь снова задвинул щеколду. И обернулся к Ри.

— Мы так дома запирались от гувернёра. Открыть невозможно.

Ри приподняла бровь удивленно.

— Не знала, что так можно использовать стул. Кто такой гувернёра?

— Ты не знаешь? Гувенёр. Ну это учитель, который постоянно за тобой таскается и постоянно поучает. Ну присматривает за ребенком и учит одновременно. У меня в детстве был такой… Нудный жуть. Еле избавился от него. Рассказать, как?

— Нет. Потом может расскажешь.

Ри подошла к двери. Отодвинула стул. Установила снова. Подёргала дверь. Похмыкала. Осталась довольна. Просто, но действенно.

— Ладно, это хорошо.

Вернулась к своей кровати и снова зарылась в свой мешок. Вскоре вытащила из него какую-то железяку с выемкой, поддела ею гвоздь на раме и при помощи своего меча, положенного плашмя, как рычагом вытащила гвоздь.

Открыла окно. В комнату тут же ворвался свежий воздух.

— Так-то лучше. Сказала она удовлетворенно и выглянула наружу. Как раз чтобы увидеть, что в таверну крадучись входит кто-то закутанный в плащ. Нахмурилась. Не к добру…

— Ну вот, Гвоздь, уже что-то происходит…

Она обернулась посмотреть на него, и с удивлением увидела, что он спит.

— Ну вот и поговорили…

Ничего удивительного в этом не было. Он впервые оказался в безопасности, после долгих дней постоянного напряжения в лесу.

— Ну спи, спи… Вздохнула Ри, и уселась на подоконник, наблюдать за улицей.

Глава 14

В это время внизу в таверне, между Жостером и незнакомцем в плаще происходил такой диалог.

— У меня есть товар для Мутного. — сказал Жостер.

— Интересный? Покажешь? — слишком лениво для заинтересованного ответил незнакомец.

— Не сейчас. Так что?

— Мутный далеко. Ему не до тебя сейчас. Мне расскажи. Может я другого покупателя знаю.

— Девка и пацан. Благородные. Лет по десять, может чуть старше.

Закутанный в плащ мужик присвистнул.

— Эксклюзив! Откуда взял?

— Сами пришли, — заржал Жостер отвечая незнакомцу.

Скидывая плащ, тот сказал:

— Долгий разговор, налей мне чего покрепче. Совсем замерз в этом чертовом лесу.

— Что делал там? Ночью то? — Спросил Жостер, наливая, но не особо рассчитывая на ответ.

Но тот на удивление ответил.

— Грабил трупы, возле северного прохода… Ха-Ха..

Как будто это было смешно!

Жостер неопределённо хмыкнул.

— Случайно не тех благородных, которых детишки ко мне прибились? Жаль я не спросил подробнее откуда они шли и когда на них напали. Ваших рук дело?

— Нет. Не понятно. Мутная история, всех перебили, но не взяли ничего, ну по крайней мере мы не заметили, чтоб что-то пропало. Или охотились за кем-то из каравана, или… за какой-то вещью. Одной.

Сказал с сильным намёком мужик.

Жостер обернулся и внимательно посмотрел на него.

— Думаешь, это оно?

— Всё вероятно. Если твои детишки из этого каравана, то могут знать причину нападения, и… Артефакт может быть у них, если умудрились сбежать.

Глаза хозяина таверны вспыхнули от алчности. Если это так, то продав артефакт он может больше никогда не работать. Поехать в столицу, купить дом