Влюбляться нам нельзя - Кира Фарди

Вздыхаю облегченно. Точно! Через неделю должны прийти месячные. И сразу так легко становится на душе, так спокойно!

Возвращаюсь в класс в приподнятом настроении. Уже не раздражают ни Ритка с вечно страдальческим лицом, ни Влад. А на Макарова вообще не обращаю внимания. У меня ПМС, нет причин волноваться.

Но тревога возвращается уже на следующий день. У Риты восьмого мая день рождения. Обычно мы тусовались вдвоем: сидели в Маке, бродили по набережной, обсуждая парней, развлекались в парке аттракционов. Этот день был только для нас, девочек.

Но сегодня подруга молчит, только виновато смотрит на меня искоса. Я поздравляю ее с днюхой, отдаю подарок – Ритка ни слова.

Да, кажется, нашей дружбе приходит конец из-за гормонального недержания Влада?

– Зайка!

Поднимаю голову: Влад стоит в дверях аудитории и машет букетом цветов. И когда сгонять успел в магазин за углом? А главное, сволочь, делает все так, чтобы мне было больнее.

Рита взвизгивает, бросается к нему на шею. Весь класс аплодирует, девчонки тайно завидуют, я вижу это по их лицам, а мне хочется умереть. Вот прямо здесь лечь на пол и умереть, чтобы не видеть эти счастливые лица, не слышать радостные вопли.

Молча собираю вещи в шопер, вскидываю его на плечо: уроки закончились, а с завтрашнего дня новые майские праздники. Сегодня отличный вечер, чтобы потусить с подружкой, но не для меня, увы.

Рита догоняет у доски, загораживает дорогу.

– Ну, Поля, прости меня. Не обижайся. Сегодня мы с Владиком хотим побыть одни. Сама понимаешь…

– Проехали.

– Поля, неужели Влад все еще тебе нравится?

– Нет! – рявкаю на нее. – Пропусти!

– Он сказал, что бросил тебя, потому что вы были не так близки, вот я и подумала…

«Бросил меня? Козел! Вонючий козел!» – от злости хочется крушить все вокруг, швырять стулья, опрокидывать столы, бить стекла, но я лишь стою, сжимая ручку сумки, мечтая избавиться от навязчивой подружки, убитой чувством вины.

– Ты меня поймешь, когда у тебя появится парень, – кричит вслед Рита.

Я делаю шаг и будто спотыкаюсь.

Парень?

Он… у… меня… был!

Это ты увела его, даже не спросив разрешения. Холодная ярость клокочет, требует выхода, но вокруг люди. Они не поймут, решат еще, что я от ревности схожу с ума.

Нет уж! Становиться посмешищем для всей школы не буду! Не дай бог еще отцу доложат! Он тогда всех в порошок сотрет, и первой мне достанется.

Я медленно поворачиваюсь и растягиваю улыбку на весь рот.

– А у меня есть парень! – говорю громко, так, чтобы все одноклассники услышали. – И… он классно целуется.

Глава 8

На миг в классе повисает тишина: прекращаются разговоры, все головы поворачиваются к нам, вижу любопытные лица.

– Что? – Влад отрывает взгляд от игры, в которую режется с Юркой.

– Что? – Повторяет за ним Рита.

– Что слышали. У меня есть парень. И… он классно целуется.

Ловлю недоверие, мелькнувшее в глазах Влада, его противную ухмылочку.

– Кто? – хором спрашивают они.

– Сашка Макаров.

Хватаюсь за стену, чтобы не упасть. Что я делаю, идиотка? Да я этого говнюка на дух не переношу с детства. Он такой…

Точно ПМС, раз о Макарове вспомнила!

– А Сашка знает о том, что он твой парень? – ехидно осведомляется Влад. – Его здесь нет, подтвердить не может.

Рита его перебивает.

– Здорово! – хлопает в ладошки она. – как я за тебя рада, Полька!

Подружка бросается мне на шею, на этот раз не удается увернуться. Я отстраняюсь и вижу облегчение, написанное на ее лице. Мне становится немного жалко Ритку, потому что уверена: она кажется Владу доступной. Он наиграется с ней и бросит.

– Ладно, проехали. Я пошла.

– Я приглашаю тебя и Макарова на свой день рождения, – выкрикивает вдруг Ритка. – Сегодня. Сделаем парное свидание. Встречаемся в парке в шесть часов вечера. Возле ворот. Ну, там, где обычно.

Я хлопаю ресницами: вот это поворот! То Ритка хотела отпраздновать днюху только с бойфрендом, а тут и я сгодилась.

«Что, Заречная, выкопала себе могилу, – свербит в голове, – осталось сколотить гроб».

Домой плетусь в гордом одиночестве и прикидываю, как буду обрабатывать Макарова. Совершенно делать это не хочется, но и признаться Ритке не могу, перед всем классом опозорилась.

Обхожу свой дом с противоположной стороны, ищу глазами нужные окна, но сквозь плотный тюль ничего не видно. Плетусь в подъезд, поднимаюсь на пятый этаж и какое-то время стою, собираюсь с духом позвонить. Палец никак не желает прижиматься к кнопке. Он то приближается, то отдаляется, словно живет своей жизнью.

Наконец жму и слушаю трель звонка, потом тяжелые шаги. Дверь открывается.

– Тебе чего? – грубовато спрашивает Сашкин отец.

Он стоит в майке и шортах и щурится сонными глазами. Отвожу смущенный взгляд. Отец у Макарова – военный летчик, часто в командировках. Вот и сейчас вижу сумку, брошенную в прихожей, раскиданные вещи.

– А Сашка дома? – едва выдавливаю из себя.

– На тренировке.

Отец закрывает дверь, но я успеваю крикнуть в щель:

– А когда придет?

– Сейчас…

– Ой!

Я подпрыгиваю от голоса Макарова, который раздается за спиной. Вечно он застает меня врасплох!

– Тебе чего?

– Поговорить надо.

Смотрю на него снизу вверх: Сашка почти на голову выше меня. И почему я такой мелкой уродилась? Чувствую себя клопом на выгуле. Или клопихой.

– Вали отсюда!

– Саш…

– Плохо слышишь? Сходи к лору, пусть уши прочистит.

Сашка распахивает дверь и исчезает в глубине квартиры. Я стою, красная от смущения, и не знаю, что дальше делать.

Дома сразу прячусь в своей комнате. Уже три часа дня, у меня есть только полчаса, чтобы уговорить этого придурка подыграть мне. Кручу в руках телефон: кому же позвонить?

– Стилус, у тебя есть номер Макарова?

– За Стилус получишь в глаз! – злится Светка. – Я же тебя Зарекой не обзываю.

– Обзывай, я без обидок, – смягчаю тон. – Есть или нет?

– Странно, вы же встречаетесь, а номерами не обменялись?

Светка бросает трубку. Еще бы! Я наступила влюбленной девчонке на больную мозоль. А новость, кажется, уже облетела весь класс. Чувствую себя загнанной в ловушку. Что же делать?

От стука в дверь подпрыгиваю, настолько глубоко ушла в свои мысли.

– Полюшка, к тебе пришли, – зовет мама.

Кого еще нелегкая принесла? Нехотя бреду в прихожую и столбенею: в дверях топчется Сашка.

Я смотрю на него и не верю своим глазам. Этот упырь у меня дома? За все годы соседства мы и парой нормальных слов не перекинулись, только ругались, а тут за несколько дней такой тесный контакт.

– Ты