Мамин сибиряк - Юлия Резник

– Да кому я нужен – неудавшийся спортсмен с маленьким сыном?

– Что за бред? – как я и думал, ахнула Люба. – Это тебе внушила твоя… хм… жена?

Ну, какая же милота. Про себя потирая руки, я попытался состроить скорбную мину.

– Я сам пришел к таким умозаключениям. Люб, ты еще долго будешь размахивать тарелкой у меня перед носом? Давай уж ее сюда. И хлеба побольше… Я буду макать в подливку.

Соседка послушно поставила на стол передо мной посудину с румяными голубцами. Я отпилил половину, подул и сунул в рот. А-а-а. Господи, какие горячие!

– Осторожнее. Ну что ты творишь?! Там подлива еще кипит.

Стряхнув выступившие на глазах слезы, я отмахнулся.

– Сядь, и поешь со мной.

– А Степа?

– А что он?

– Ну… Он, наверное, тоже голодный.

Я с трудом сглотнул собравшийся в горле ком. Отложил вилку. И спросил сипло:

– И что ты предлагаешь?

– Как что? Я соберу ему ужин, а ты отнеси. Или пригласи мальчика поужинать с нами. Как хочешь.

Горло свело. Когда ты батя, забота женщины о твоем ребенке трогает что-то глубинное.

– Ну уж нет. Еще я на свидания его за собой не таскал! – притворно возмутился я.

– У нас никакое не свидание! – пискнула Люба.

– А что ж еще?

– Мы не встречаемся!

– Конечно, нет. Мы собираемся пожениться.

– Когда? – сощурилась Люба, сладенько улыбнувшись. Ах ты ж зараза! Решила меня моим же оружием?! Ха! Не на того напала. Желание переиграть всех и вся у меня в крови. А девчонку я сделаю одной левой.

Встав с барного стула, я достал телефон и вручил Любаве.

– Изучи календарь и выбери понравившуюся дату. А я пока отнесу малому поесть.

Ох, каким же взглядом она меня одарила! Нет, с Любашей определенно стоило познакомиться. Спасибо идиоту Юре, не то бы могли жить через стенку, а на деле ни разу не встретиться. Это раньше, поколениями проживая на одной территории, соседи хорошо знали друг друга. Сейчас же те времена остались в далеком прошлом.

Степка с Лордом обнаружились в обнимку на диване в гостиной.

– Ты чего так рано?

– Принес тебе поесть.

– Голубцы? Я их терпеть не могу, – нахмурился сын.

– Я знаю. Поэтому это будет мне на завтра. А ты…

– А я сварил пельменей.

– Молоток. Ну, давай.

– Поесть он мне принес, ты слышал? – спросил у Лорда Степан, не скрывая сарказма в голосе, когда мои шаги стихли. Я улыбнулся. Все же сын у меня вырос что надо. Может, поэтому в последнее время я стал все чаще задумываться о том, что неплохо бы повторить. Да не с кем… было.

– Ну как, Люб?

– Как что?

– Выбрала дату?

Я был уверен, что она спасует. И всеми силами старался не заржать.

– Свадьбы? – сощурилась соседка.

– Конечно. Разве не о ней мы говорили?

– Вот! Первое июля. По-моему, великолепно.

– Это через четыре недели, – посчитал я, утыкаясь в протянутый мне телефон.

– И что?

– Ничего. Как раз успеем подготовиться. Ты какую свадьбу хочешь? Пышную? Человек на пятьсот? – повышал ставки я, наслаждаясь Любашиной растерянностью. Нет, ну ведь чудо какая девочка мне досталась!

– А почему не на шестьсот? – съязвила маленькая зараза.

– Можно и на шестьсот. Но тогда придется позвать всю мамину управу. У меня столько знакомых нет. А у тебя?

– У меня тоже! – рявкнула Любава.

– Можем позвать твоих подопечных. Ты кого кроме собак и кошек лечишь? Коров? Или, там, коз?

– Все, Мамин. Хватит! – прыснула Люба, пряча лицо в ладонях. – Твоя взяла. Я сдаюсь.

– Не понимаю, – косил под дурачка я. – Ты про что?

– Ты меня сделал! Всухую. Хватит уже молоть эту свадебную чепуху!

– Нет.

– Нет?! А если я соглашусь? Вот возьму и соглашусь пойти за тебя замуж! По правде.

– Ну, и хорошо. Ты мне нравишься. Я тебе нравлюсь. Мы поженимся, и все от нас, наконец, отстанут.

– Я не хочу замуж!

– Думаю, это твое решение вполне оправдано в случае с хохлатым. Я бы за него тоже ни за что не пошел. Но я-то, я, Люб, – ударил в грудь, – совсем ведь другое дело, а?

Губы Любы дрогнули. Она прыснула в ладошку, не в силах сохранять серьезное выражение лица.

– Женя оказался тем еще козлом, это да. Но мне моя самостоятельная жизнь нравится в любом случае.

– Ну, так я ни в коем случае на нее не покушаюсь.

Люба смущенно поерзала.

– Не понимаю, как мы дошли до этого разговора. И до такого вранья. О! Кстати, совсем забыла. Угадай, кто ко мне сегодня приходил на работу.

– Кто?

– Твоя мать.

– Ты шутишь?

– Не-а. По-моему, она хотела удостовериться, что мы врем. И я не уверена, что мне удалось развеять ее сомнения.

– Ничего, когда мы бахнем себе штамп в паспорт, ей придется поверить в серьезность происходящего.

– Ты опять за свое, Мамин?

– А что нам теперь остается? Я же не виноват, что ты не справилась со своей ролью. Я так для твоего придурка отлично все отыграл.

– Не думаю, что Женя поверил, будто у мужчины вроде тебя ко мне что-то серьезное, – выдала Люба, собирая пальцем крошки. А я аж завис.

– Что означает это «вроде тебя»?

– Ну-у-у, успешный, богатый, и все такое… – отвела глаза Люба.

Та-а-ак. Ну, вот и кто вбил в голову Любе этот первостатейный бред? Впрочем, я, кажется, знаю…

Глава 8

Звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть на импровизированной кровати, которая вообще-то являла собой высокий матрас, лежащий прямо на полу мансарды.

– Господи, это еще кто?

Приложив ладонь к колотящемуся сердцу, я перевела дух и попыталась скинуть с себя одеяло, в складках которого показалась сонная морда Геракла. Из-за привычки спать под одеялом в любую погоду постельное слегка отсырело и теперь противно липло к ногам. Лето приближалось. С каждым днем становилось все жарче, и потому все острее вставал вопрос