Академия «505». Крах Ремали. Часть 1 - Дария Эссес

Вот тогда я поняла, что крупно влипла. Попробовав его один раз, я точно не смогу остановиться.

Я запустила пальцы в его волосы и провела ноготками, которые вдруг превратились в коготки, по затылку. От переизбытка эмоций во мне пробудился эфир, отчего я замурчала и выгнула спину, словно дикая кошка. В такие моменты Джулиан сходил с ума. Когда он впервые увидел мои клыки, то чуть не упал в обморок, а потом заставлял меня демонстрировать их каждый раз, как только выпадала возможность.

Но во время поцелуя…

Это было горячо.

Заметив во мне изменения, он хрипло застонал и провел языком по моим клыкам. Его дыхание участилось, одна рука крепко сжала мои ягодицы, пока другая поглаживала горло. Кровь в венах нагрелась от предвкушения, когда я почувствовала нарастающую в его штанах выпуклость.

– Нас могут увидеть, – прохрипела я, но продолжила отвечать на движения его губ, слегка царапая их клыками. В воздухе повисло ощутимое напряжение, которому нужно было незамедлительно найти выход. – Джулиан, нас…

– Пусть только попробуют. Я вырву им глаза, если они увидят тебя в таком состоянии, – прошептал он, заставив меня хихикнуть.

Джулиан спустился влажными поцелуями по моей шее и переместил ладонь к пуговице на штанах.

Я на короткое мгновение напряглась.

Конечно, он не оставил это незамеченным. Потемневший взгляд сразу же поднялся и нашел мой.

– Если не хочешь, мы не будем этого делать.

– Я… Я хочу, но…

– Но?

– Но… – Смутившись, я зарылась лицом в его шею и пролепетала: – Но не здесь. То есть я хочу, чтобы ты… Но не прям… Потому что я…

– Ты не хочешь заниматься сексом, потому что сейчас не время и не место?

Я с облегчением выдохнула:

– Да.

– Ты девственница?

– Угу.

Я почувствовала, как у него перехватило дыхание. Прикоснувшись к моему предплечью, Джулиан заставил меня посмотреть на него. Почему-то я приготовилась найти его разочарованный взгляд, но когда встретилась с карими глазами, в них плескалась только нежность.

– Тогда мне нужно найти свечи, розы и, пожалуй, шампанское с красной икрой. Ты любишь красную икру?

Я не сдержалась и засмеялась.

– Честно говоря, никогда не пробовала.

– Тогда я…

Вдруг в дверь постучали. Я пискнула и мигом спрыгнула с колен Джулиана, приглаживая волосы. Мое сердце так громко и неистово колотилось, что его, наверное, слышали на другом конце света.

– Кто? – прорычал Джулиан. Он обхватил меня за талию и снова притянул к себе на колени.

– Вы закончили осквернять нашу комнату? – пробормотал с той стороны Крэйтон.

Джулиан хихикнул.

– Я сделал то, что никогда бы не смог сделать ты, Крэй-Крэй.

Я шлепнула его по груди и прошипела:

– Это прозвучало отвратительно.

– Мне всё еще плохо от мысли, что он целовал мои губы, – прищурился на меня Джулиан. – Господи, опять я об этом вспомнил. Нужно будет выбить из этого малыша дурь, чтобы он даже не смотрел в твою сторону.

– Он и не смотрит, – прошептала я. – Он влюблен в…

– Вы классные, ребята, – донесся до нас голос Крэйтона. – Только я всё слышу, спасибо большое.

Я прикрыла покрасневшее от смущения лицо. Черт!

– В Роксанию? – заорал на всю спальню Джулиан.

– Тише ты!

– Господи, пойду подышу, – проворчал Крэйтон. – У вас есть десять минут: командиры вызывают нас на собрание.

За дверью раздался его тяжелый вздох, а после – удаляющиеся шаги.

– Кто бы мог подумать, что мы соберемся открывать свою академию. С каждым днем всё интереснее и интереснее…

Глава 4

Директор академии каждого кластера – доверенное лицо Альтинга. Это человек, который безусловно и безвозмездно направляет свои силы в обучение будущего поколения. Перечить, осуждать, не соглашаться с методами руководителя – запрещено.

Тезаурус ремалийцев, глава 30, пункт 10

Следующие две с половиной недели мы провели как белки в колесе. Точнее, как хомяки, потому что Джулиан соорудил колесо наподобие беговой дорожки, напоминающее то, по которому раньше бегали эти мелкие зверьки.

И его первым подопытным стал я.

В этом идиотском колесе ремалийцы, по словам Джулиана, смогут совершать пробежку перед тренировками. Однако оно развалилось после первого моего круга.

Вот же неудача!

Эти недели подземный город напоминал муравейник. Мужчины в рабочих костюмах, которые выполняли у Карателей силовые задачи, занимались оборудованием учебных аудиторий. Строители, ремонтники, маляры – Зейден как истинный сын Сары Блэквуд командовал ими, приводя в приемлемый вид складские помещения, заваленные ненужным хламом.

Мы с отцом и Джулианом готовили тренировочные залы, в то время как мама и несколько ее помощниц занялись спальнями. Роксания и Феникс раз в пару дней выбирались наверх и принимали поставку вещей и продовольствия. Если к нам прибудут новые люди, то придется расширить не только пространство, но и запасы.

Как оказалось, многие Каратели продолжали работать на заводах. Вот откуда такая частая поставка. Очень умно, но опасно. Главное – не попасться.

Девчонки по большей степени командовали теми, кто командовал. Я обожал наблюдать за тем, как Ксивер копирует голос Сары и шастает по подземному городу со шваброй вместо меча, посвящая каждого революционера в своего подданного.

Нужно было видеть лицо Зейдена, который гонялся за ней с кисточкой, заляпанной краской, скрывая смех за руганью.

Ксивер медленно, но оттаивала. Конечно, раз в пару дней либо Джулиан, либо Зейден получали по яйцам, но для моей сестры это было нормой. Я бы даже сказал, вела она себя очень рассудительно.

Чего не скажешь о наших отношениях с родителями. Я старался поддерживать между нами теплую атмосферу, насколько это было возможно, но Кси не сдерживалась в прямолинейности и порой грубых высказываниях. Особенно в разговорах с мамой.

Однако если бы та сказала нечто подобное в отношении человека, к которому у меня были чувства, я бы отреагировал точно так же. Безусловно, мать и отец беспокоились за нас, но говорить прямым текстом, что Кай испорчен из-за своего отца – это слишком.

Ксивер уверяла себя, будто ей плевать на Кая, когда сама же отчаянно защищала его. Мы с сестрой всегда были преданными. Поэтому, как только Роксания начала теряться в коридорах подземного города из-за того, что направления были помечены стрелками разных цветов, я провел ночь в мастерской и сделал таблички с надписями. Спальни – направо. Столовые – в подвал. И так далее.

Интересно, она оставила себе атлас?

– Повернись ко мне задницей.

– Простите? – опешил я.

– Поверни ко мне свою шикарную пятую точку, товарищ.

Астрид прыснула от смеха.

– Шейн, вы вообще видели его пятую точку? Там же одни