Академия «505». Циклы Ремали. Часть 2 - Дария Эссес

– Сколько можно его нахваливать? – прошипела Кси.

В следующую секунду голограмма сменилась, и перед нами появилась триада. Я неосознанно напрягся, когда увидел шесть теневых рук. В голове сразу же всплыло воспоминание, как такая же тварь раздирала мое тело на горном плато. Я до сих пор помнил ужас, который испытал, почувствовав ее за своей спиной.

Моргнув, я сосредоточился на профессоре.

– А теперь мы поговорим о тех, с кем вам предстоит бороть… Извините, вы ошиблись аудиторией?

Все взгляды сразу же устремились к выходу.

Я заметил в дверном проеме незнакомую девушку с волосами цвета спелой вишни. На темно-синей форме с золотой эмблемой академии не было ни единого залома. Она стояла, высоко подняв подбородок, словно сама только что вернулась с поля боя. Жесткий взгляд был устремлен вперед – на профессора.

– Нет, – ответила низким тоном. – Я только поступила. Директор Каллисто сказала идти на первое занятие.

– Новенькая? – прошептали позади.

– Похоже. Ничего такая.

Нахмурившись, Ван Дер Берг спросила:

– Как вас зовут?

– Сиера, – тихо ответила девушка. – Сиера Кортлэнд.

– Странно, что директор меня не предупредила. Но хорошо. Проходите и занимайте свободное место, Сиера.

– Кому нужно зачислять нового студента спустя три месяца от начала обучения? – спросила Ксивер, следя за девушкой орлиным взглядом. – Мне кажется это подозрительным.

Рейвен хмыкнула:

– Тебе всё кажется подозрительным, Кси.

– Да, поэтому я еще жива.

– Она тебя сделала, Рейв, – усмехнулся я.

– Не спорю.

Как только новенькая заняла свободное место, Ван Дер Берг снова привлекла к себе внимание. Она подошла к голограмме и отчеканила:

– Итак, триады. Эти существа, как вы знаете, созданы Карателями из ночи Исландии. Они являются порождением экспериментов над материей, пространством и временем. Триады бестелесные, поэтому никакие пули и клинки их не убьют. Это способна сделать лишь сила Ремали.

Эту информацию мы помнили, но всё равно делали записи.

– Стоит отметить, что триады передвигаются с нечеловеческой скоростью. Кто-то может назвать точную цифру?

Я покопался в памяти, но ничего не нашел.

– Да, мисс Цирендор?

– Пять футов в секунду. Примерно, – ответила Астрид знающим тоном. – Если они захотят съесть вас, вы даже не поймете этого. Они быстры и могут проникать сквозь материю, как произошло на инициации со стеклянными кубами.

– Отлично, – похвалила ее профессор. – Но у триад есть слабое место. – Она взмахнула рукой, и голограмма начала вращаться по кругу. Я вздрогнул от того, насколько она была правдоподобной. – Височная область. Скелет.

Я сделал запись.

– У триад есть скелет? И почему именно эти зоны? – спросил Ашер.

– Я и забыла про его существование. Мог и подольше посидеть с закрытым ртом, – пробормотала Кси.

– Однажды ремалийцам удалось захватить триаду и рассмотреть ее строение поближе. Правда, чуть позже кто-то из исследователей ее уничтожил. – Мы с Рейвен и Кси переглянулись. Зачем им делать это, если поимка триады может помочь в борьбе против них? – Как передало руководство, их скелет тоже неосязаемый, но он есть. Никто не знает, почему именно эти области, но если удар вашей электромагнитной молнии и световой сферы затронет их, с вероятностью в девяносто процентов триада погибнет, – объяснила Ван Дер Берг. – Поэтому отрабатывайте меткость так, чтобы автоматически бить по вот этой части. – Когда триада замерла лицом к нам, профессор прочертила линию от пояса до головы. – Либо со спины.

– Сила некоторых настолько велика, что она полностью их растворяет. Даже целиться не надо, – пробурчала Кси. Я сразу понял, что она вспомнила Роксанию и Кая во время нападения триад.

– Верно, мисс Зальцри. Но если мы возьмем в пример ремалийцев-равновесов, которым будет неоткуда черпать силу, любая дополнительная информация о враге им пригодится.

Рейвен грустно вздохнула.

– У тебя еще есть время, – подбодрил я ее. – Просто не сдавайся. Даже если этот дурацкий эфир не пробудится, мы с Кси всегда будем рядом.

Она с благодарностью улыбнулась мне, и мы вернули внимание Ван Дер Берг. Однако в моей сумке вдруг завибрировал телефон. Незаметно положив его к себе на бедро, я разблокировал экран и увидел, что пришло сообщение от Роксании.

Мое дыхание сразу же перехватило.

Но когда я открыл его, то чуть не свалился под стол.

К сообщению была прикреплена фотография. На ней Роксания, лежа на кровати, запечатлела себя на переднюю камеру. Вокруг были раскиданы учебники, но не это заставило меня лишиться дара речи. Я видел верх ее груди, прикрытый тетрадью, но мог с уверенностью сказать, что под ней, блядь, ничего не было.

Господи, из-за нее я начал материться.

Мои глаза бегло осматривали каждый кусочек бархатистой кожи, пытаясь запомнить всё в мельчайших деталях: выпирающие ключицы, помутневший взгляд, родинка над приоткрытыми губами. Перед внутренним взором сразу же мелькнула картина, как она проводит по ним языком и медленно растягивает в соблазнительной улыбке.

Я упивался ее видом, поэтому не сразу заметил подпись.

Профессор Нуар: Запретный плод сладок, не так ли? Знаю, что мы с тобой не можем…

Блядь. Я не успел дочитать, потому что сообщение исчезло.

Но на месте него появилось новое.

Профессор Нуар: Прости. Ошиблась.

Я моргнул. Что значит ошиблась?

– Что представляет из себя граница? По ее периметру расположены аванпосты. Ремалийцы, которые служат там, наши главные передатчики информации о нападениях. Когда они замечают активность триад, передают координаты на военные базы, и оттуда выдвигается отряд…

Роксания хотела отослать фотографию кому-то другому? Но она ни с кем не состояла в отношениях. Или… состояла? Я мог просто об этом не знать. Рука сжала телефон, когда эта мысль просочилась в сознание. Если она говорила о запрете, значит, это относилось к студенту.

Или же… она специально так сделала? Помню, Ксивер занималась чем-то похожим с одним из бывших парней.

Смотря на экран, я всё же набрал ответное сообщение.

Я: Красивая. Жаль, что не для меня.

Быстро отправив, чтобы не раздумать, я прикусил внутреннюю сторону щеки и устремил взгляд на профессора. И только тогда понял, что написал. Это же звучало так двусмысленно! Я имел в виду фотографию, а казалось, что… саму Роксанию.

Придурок. Самый настоящий придурок. Теперь она точно прекратит наши занятия. А если… Нет, никто не сможет отследить нашу переписку, так как по Кодексу нового порядка правительство не имеет права вторгаться в личную жизнь студента или преподавателя, если на это нет особой причины.

Главное, чтобы эта причина не появилась.

Когда телефон снова завибрировал, я чуть ли не подпрыгнул на стуле.

Еще одна фотография. Господи, дай мне сил…

Господь не дал мне сил.

Профессор Нуар: